Борис Шапталов – Троцкий и Сталинский троцкизм (страница 12)
Такой порядок означал закрепление двойственной природы пролетарского государства. С одной стороны, оно охраняет общество и общественную собственность от попыток буржуазной реставрации и потому является социалистическим, в то же время, сохраняя и защищая капиталистические нормы организации труда, производства и распределения, несет в себе буржуазные черты. Это было отчасти “буржуазное” государство, но без буржуазии. “Буржуазная” функция государства была обусловлена тем, что рыночные отношения неизбежно порождали социальное расслоение.
Данные умозаключения оказались близки к теоретическим наброскам Ленина 1918 года о «государственном капитализме» в социалистической стране. Рыночную теорию применительно к социализму подхватил Бухарин и двинулся дальше. Однако то, что у Троцкого представлялось как вынужденная мера, которую надо скорее изживать, у Бухарина превратилось в долгосрочную стратегическую перспективу. И Троцкий немедленно бросился в идейную борьбу с российским отцом «рыночного социализма».
Троцкий о рынке
«Новая экономическая политика» (НЭП) есть политика перехода к рынку и освоения методов рыночного регулирования экономики. Перед властью встали конкретные вопросы: как именно, через какие органы, в каких пределах вводить рынок? Было много непонятного и пугающего («вот вам, бабушка, и коммунизм! За что боролись и кровь проливали?»). Троцкий был один из тех немногих не пугливых, кто сразу стал предлагать конкретные меры по освоению рыночных методов и способов регулирования производства и потребления. В обширных «Тезисах о промышленности» (март 1923 г.) Троцкий сформулировал ряд принципиальных положений по экономической политике советского государства. Приведем основные.
«Победоносной может оказаться только такая промышленность, которая дает больше чем поглощает. Промышленность, живущая за счет бюджета, … не могла бы создать устойчивой и длительной опоры для пролетарской диктатуры. Вопрос о создании в государственной промышленности прибавочной стоимости есть вопрос о судьбе советской власти…».
«Расширенное воспроизводство государственной промышленности немыслимое без накопления государством прибавочной стоимости, есть, в свою очередь, условие развития нашего сельского хозяйства в социалистическом, а не в капиталистическом направлении» (Архив Троцкого. Т.1. С.36).
Упоминание о прибавочной стоимости было в тот момент рискованным шагом, потому что связывалась с капитализмом, с марксовым обличением капиталистической прибавочной стоимости в «Капитале» как орудия эксплуатации. И вдруг Троцкий говорит о необходимости задействовать капиталистический инструмент в социалистическом строительстве! (А как же быть с эксплуатацией – этим спутником прибавочной стоимости?).
Троцкий на этом не остановился и пошел дальше:
«Поскольку мы перешли к рыночным формам хозяйства, государство обязано предоставить отдельным предприятиям необходимую свободу хозяйственной деятельности на рынке, не пытаясь заменить ее административным усмотрением… …с другой стороны, государство обязано видеть в трестах и других объединениях свои служебные органы, при помощи которых оно прощупывает рынок в целом и делает возможным ряд практических мероприятий, превосходящих рыночную ориентировку отдельных предприятий или объединений».
Это уже попахивало «рыночным социализмом». Но с четкой плановой составляющей! Сколько потом копий было сломано в 1960-70-е годы в период «косыгинских реформ» вокруг соотношения хозрасчета и плана («план и рынок»). А Троцкий сделал следующий важный и логичный вывод:
«Взаимоотношения между легкой промышленностью и тяжелой никак не могут разрешиться только рыночным путем, ибо это грозило бы в ближайшие годы разрушением тяжелой промышленности…» (Там же. Т.1. С.38).
Данное замечание оказалось верным не только для НЭПа. В 1990-е переход к рынку обернулся разрушением тяжелой промышленности. Чтобы спасти остатки тяжелой промышленности, государству под возмущенные крики т.н. «либералов» пришлось вернуться в экономику.
Все эти и другие подобные умозаключения Троцкого по поводу рынка при социализме оказались верными и использовались учеными-рыночниками в СССР, часто не подозревавшими, что открывают «велосипед».
СССР и внешний рынок
Чтобы сконцентрировать скудные ресурсы молодого государства в 1918 году была введена монополия внешней торговли. Отныне все валютные и бартерные операции с другими странами осуществлялись через наркомат внешней торговли. Введение НЭПа и появление хозрасчетных организаций со своими потребностями привело к появлению лоббистов, настаивающих на фактической отмене монополии внешней торговли. Нарком финансов Сокольников и некоторые другие большевики (Бухарин. Пятаков) поддержали предложение хозяйственников. Ленин был категорически против. Сталин, Зиновьев и Каменев склонялись к мерам, смягчающим жесткий режим внешнеторговых операций. На одной из записок Ленина по поводу развернувшейся полемики Сталин начертал: «Думаю все же, что
Но Троцкий не был на подхвате у Ленина (в силу независимого характера он никогда ни у кого не был на «подхвате»). Он едва ли не единственный из вождей после Ленина, кто серьезно уделял внимание внешне-экономическим связям как теоретик. Казалось бы, для безоглядно верящего в мировую революцию внешняя торговля должна была интересовать Троцкого с сугубо сиюминутных позиций. Однако он оказался способным смотреть много дальше рамок революционной доктрины.
В январе 1926 года Троцкий составил «Заметки по экономическим вопросам». Касательно отношений СССР с мировым рынком записал следующее:
«…6. Было бы, однако, неправильно думать, что путь хозяйственной самостоятельности на высокой индустриальной основе лежит через политическую экономику замкнутого в себе государственно-хозяйственного целого. Наоборот, только пользуясь ресурсами мирового хозяйства, можно сравняться с ним и превысить его.
7. Международное разделение труда вытекает из естественных, так и исторических причин. То обстоятельство, что наша страна перешла к социалистической организации хозяйства в то время, как остальное человечество живет в капиталистических условиях, отнюдь не отменяет международного разделения труда и вытекающих из него связей и зависимостей…
8. Характер и размер внешней торговли и являются непосредственным выражением того, как и в какой мере мы пользуемся мировым капиталистическим товарооборотом для ускорения темпа нашего хозяйственного развития.
9. Вступая в интенсивный товарооборот с капиталистическими странами, мы тем самым ставим наше хозяйство под критерий производительности труда и себестоимости мирового рынка» (Архив Троцкого. Т.1. С.170-171).
Очевидна значимость формулировок Троцкого для СССР на всем протяжении его исторического существования. Именно эти проблемы и именно в таком ключе решало руководство государства во внешнеэкономических отношениях.
Прав или нет был Троцкий, связывая внутреннее положение страны с внешнеполитическим положением? Нынешняя Россия, избавившись от социализма, казалось бы, могла мирно почивать, абстрагируясь от международной ситуации. Не получилось. Абхазия и Югославия, Ближний Восток и Украина втянули ее в противоборство, что самым непосредственным образом сказывается на ее экономике. И только ли к социализму имеют отношение следующие слова Троцкого: «Разве же, товарищи, в самом деле, вопрос сводится к интервенции? …вопрос идет об экономических взаимоотношениях СССР с капиталистическими странами в полном объеме. Эти взаимоотношения отнюдь не исчерпываются той исключительной формой, которая называется интервенцией. Они имеют гораздо более непрерывный и глубокий характер» (XV конференция ВКП(б). С.529). Например, указывал он, существует интервенция дешевых цен через импортируемые товары. Разве это тезис не актуален и для современной России?
Троцкий доказывал: «Мы не считаем, что установив советскую систему, мы выключили нашу страну из условий мирового хозяйства и мирового рынка» (Троцкий Л.Д. Архив. Т.2. С.115). А на VII пленуме Коминтерна (1926 г.) вновь указывал, что экономика Советского Союза не может развиваться в одиночку, поскольку не может двигаться вперед иначе, как в теснейшей взаимосвязи с мировым рынком, а мировое хозяйство «в последней инстанции… контролирует каждую из своих частей, даже если эта часть стоит под пролетарской диктатурой и строит социалистическое хозяйство» (Роговин В.З. Была ли альтернатива? С.277). Так оно и вышло. Ведь ухудшению внутреннего положения СССР во второй половине 1980-х гг. способствовало резкое падение цен на нефть. И современная ситуация показывает, что «мировой рынок» контролирует каждую из своих частей, даже если эта часть находится под юрисдикцией суверенного государства.
Итак, по Троцкому, зависимость от мирового рынка для СССР – вынужденная неизбежность. И социалистическое государство должно максимально использовать возможности международной торговли, при этом четко понимая, что придется по максимуму конкурировать с капиталистическим хозяйством по критериям производительности труда и себестоимости продукции.