Борис Шапталов – Троцкий и Сталинский троцкизм (страница 11)
На революцию большевики шли под лозунгом «Вся власть Советам!» В период гражданской войны объективно Советы эту власть потеряли в пользу более оперативных и централизованных органов – ревкомов (революционных комитетов), партийных, чекистских и хозяйственных органов, то есть Аппарата. Надо было что-то делать с создавшимся положением. Казалось бы, требуется просто вернуться к старому лозунгу – и все! Однако выяснилось, что с введением НЭПа передавать управление на местах Советам означало получить вполне реальную угрозу потерять там власть в пользу мелкобуржуазных, а также националистических элементов (в национальных республиках). Поэтому пришлось сохранить диктатуру партии. Н. Бухарин в 1921-22 годах в своих статьях предложил теорию, узаконивающую эту ситуацию. Схема у него получилась следующая. Буржуазия складывалась в недрах феодализма. Ее не эксплуатировали, и она могла относительно спокойно повышать свой материальный и культурный уровень. Пролетариат был лишен такой возможности, поэтому, в отличие от буржуазии, неспособен подготовить себя к управлению обществом. Эта задача выпадает на долю немногочисленного авангарда – партии. Но авангард тоже неоднороден и нуждается в вождях, «через которых партия выражает свою волю». Кроме того, так как рабочий класс не может вырастить свою элиту, его лидеры неизбежно выходят из буржуазной интеллигенции, порвав со своим классом.
Такая версия событий вполне удовлетворяла партийных руководителей, тем более что она была близка к истине. Однако на этом согласие в среде лидеров большевиков заканчивалось. Троцкий, в частности, постепенно пришел к выводу, что при таком раскладе необходимо сохранять демократию в партии, иначе власть бюрократизируется, сила бюрократии станет тотальной, что неизбежно приведет к гибели социализма.
Описывая складывающуюся систему властвования, Троцкий ввел термин «бюрократический абсолютизм». (Следовало бы уточнить, добавив одно слово: вождистско-бюрократический абсолютизм). И начал против него борьбу.
Но прежде чем описать, как велась борьба против быстро крепнущего вождистско-бюрократического абсолютизма в тот период, необходимо выяснить, что благоприятствовало появлению того, чего, по мнению теоретиков марксизма, не должно было быть в принципе.
Как строить социализм?
Экономика в отдельной социалистической стране
Поначалу казалось с социализмом все яснее некуда. К. Маркс дал на сей предмет четкие указания: «При общественном производстве денежный капитал отпадает. Общество распределяет рабочую силу и средства производства между различными отраслями производства. Производители могут, пожалуй, получать бумажные удостоверения, по которым они извлекают из общественных запасов предметы потребления то количество продуктов, которое соответствует времени их труда. Эти удостоверения не деньги. Они не совершают обращения». (К. Маркс и Ф. Энгельс Соч. Т 24. С. 402).
С ним полностью был согласен Ленин, поэтому в книге «Государство и революция» написал: «Социализм требует уничтожения власти капитала, власти денег, уничтожения власти товарного хозяйства». (Ленин В.И. ПСС. Т. 12. С.81.)
Большевики, взяв власть, так и поступили. Шаг за шагом, к 1921 году в стране были упразднены товарно-денежные отношения. Деньги превратились в «квитанции», на которые почти ничего нельзя было купить. В стране господствовал натуробмен. Эта практика затем получила название «военного коммунизма».
Система рухнула в 1921 году как неэффективная. Ее ликвидировали, взамен реанимировав рынок и товарно-денежные отношения. Поначалу Ленин говорил о временном отступлении, но время шло и «временное» оказалось фактором постоянным.
Большевики попали в ловушку, о которой предупреждали меньшевики. Коммунистам пришлось строить социализм в стране, к нему не готовой. Перепрыгивание через этапы экономической эволюции обернулось миллионными жертвами и победой диктатуры, только не пролетариата, а Вождя и его организации, что полностью противоречило марксизму. Возникшие перекосы пришлось выправлять на протяжении десятилетий, но так не удалось довести работу до конца. Но это потом. А после победы в гражданской войне надо было как-то выкручиваться. И большевики выкручивались. Ленин как теоретик и практик по совместительству искал выход в самых разных направлениях, в том числе внешне парадоксальных. Так в 1922 году на XI съезде РКП(б) он заявил:
«Построить коммунистическое общество руками коммунистов, это – ребячья, совершенно ребячья идея. Коммунисты— это капля в море, капля в народном море. Они только в том случае сумеют повести народ по своему пути, если правильно определят путь… Управлять хозяйством мы сможем тогда, если коммунисты сумеют построить это хозяйство чужими руками, а сами будут учиться у этой буржуазии и направлять ее по тому пути, по которому они хотят» (XI съезд РКП(б). С.33). В дореволюцинное время Ленин такую позицию заклеймил бы как «меньшевизм» и неверие в творческие силы пролетариата. Тем более что в стремлении построить свое чужими руками возникает угроза потери политического управления, ведь Ленин честно назвал такую политику «государственным капитализмом». Вывод, не имеющий ничего общего с оптимистической книгой «Государство и революция». То, что хорошо выглядело на бумаге, в жизни оборачивалось огромными сложностями. Ленин не затушевывал проблему, а прямо говорил:
«…машина едет не совсем так, а очень часто совсем не так, как воображает тот, кто сидит у руля этой машины. Вот основное, что надо помнить по вопросу о государственном капитализме» (Там же. С.24).
Так что же делать?
В докладе 31 марта 1923 года на 7‑й Московской губернской конференции РКП(б) член Политбюро Л. Каменев констатировал: «Мировая революция задержалась. Непосредственно опираться на победу мировой революции диктатура пролетариата в России не может. Вероятно, не сможет ещё несколько лет». Поэтому: «…только путём маленьких сбережений, путём долгой кропотливой работы по сбережению мы сможем дать основу для развития нашей крупной машинной индустрии».
Это был первый кирпичик теории «малых шагов на большом пути», которую затем развил Бухарин. Тогда же обозначился иной подход, который вскоре кардинально расколол Политбюро.
Троцкий в тезисах «О государственной промышленности» (март 1923 г.) связывал свои надежды на экономический рывок с революцией за пределами СССР:
«Как долго будет длиться период преобладающего значения крестьянского хозяйства в экономике нашей федерации, это определяется не только внутренними нашими хозяйственными успехами.., но и ходом развития за пределами России, то есть прежде всего ходом революции на Западе и Востоке. Низвержение буржуазии в какой-либо из передовых капиталистических стран уже очень скоро отразилось бы на всём темпе нашего хозяйственного развития».
Хорошо, конечно, если б не «бы». Однако заковыка грозила большими неприятностями. В ноябре 1926 года Троцкий записал в дневнике: «Нэп возродил… мелкобуржуазные тенденции крестьянства с вытекающей отсюда возможностью капиталистической реставрации» (Лев Троцкий Дневники и письма. С.10). Этот страх заставил объединиться бывших противников в одну фракцию – так называемую «левую оппозицию».
В феврале 1927 года Троцкий пишет в дневнике под заголовком «Текущий момент (для памяти)»:
1. Есть ли какие-либо
И Троцкий формулирует важнейшие задачи для такой ситуации:
«а) сохранить подлинно
б) маневренной политикой…
в) как можно дольше продвинуться тем временем
Сталин через несколько лет подтвердил этот тезис. Главное для страны и партии темп, темп, темп! Как велосипедист: пока едешь – не падаешь.
Исходя их этих задач, Троцкий отметил опасности НЭПа: «Абсолютный рост капиталистических элементов…». «В итоге социалистический фактор отстает от народного хозяйства в целом (диспропорция, ножницы). В политике это уже привело к значительному изменению соотношения сил в
Но опасения и упования – одна сторона дела. Помимо этого Троцкий наметил конкретную систему хозяйствования в сочетании с задачами функционирования советского государства. В главных чертах его концепция выглядела следующим образом.
Необходимо сочетание чисто социалистических и капиталистических методов. К последним относятся рыночные отношения: формирование цен на основе спроса и предложения, хозрасчет предприятий, то есть обеспечение прибыльности и снижение издержек производства, «капиталистический» способ оплаты труда – индивидуальная сдельщина (принцип «от каждого – по способностям, каждому – по труду» Троцкий считал не социалистическим, а капиталистическим по сути).