Борис Мурванидзе – Уроки правды (страница 2)
Когда мы говорим об истории, основной ствол исторической науки — это вопрос «Что было в прошлом?». А уже от этого ствола отходят ветви — вопросы «Что к чему привело?», «Как события прошлого повлияли на современность?»,
«Что могло бы быть, повернись все иначе?».
Существует так называемая альтернативная история, которая изучает вероятности: а что было бы, если бы выиграли не красные, а белые, не Кутузов, а Наполеон.
К этим упражнениям можно относиться по-разному. Все зависит от того, ради чего этот анализ проводится. Если речь идет о попытке подменить исторические факты домыслами, о так называемой фолк-хистори, народной истории, то она носит негативный характер, потому что вводит в заблуждение простых людей, не-историков.
Историки ведь владеют источниковедением, то есть умеют работать с источниками и могут перепроверить те или иные факты, умеют работать с историографией, то есть с предыдущими исследованиями, и могут сравнивать и делать аргументированные выводы.
У любого далекого от истории как науки человека времени, сил и профессиональных навыков исторического анализа, конечно же, нет. И поэтому люди просто запоминают самые яркие слоганы. Подобные тому, с которого начинаются передачи на одном телеканале: «Истинная правда о древней Руси — восставшая из пепла Гиперборея».
И, конечно же, тот или иной молодой человек или домохозяйка, которые смотрят эти передачи, с б
Поэтому я и считаю, что «альтернативная история» в данном случае носит негативный характер, так как домыслами подменяются реальные факты.
Автор книжки по «альтернативной истории», может, и не хочет никого обмануть. Он делает некий информационный продукт, чтобы заработать денег и прославиться, а люди это принимают за правду.
С другой стороны, анализ того, что могло бы быть, если бы случилось иначе, позволяет поднять неизвестные доселе исторические факты. Потому что мы имеем дело с историей, написанной победителями — тех или иных войн, конфликтов, политических столкновений и реформ. Победители рисуют некую идеальную картинку, как они шли от победы к победе. Без каких-то сложностей. А благодаря исследованиям альтернативных вариаций мы начинаем понимать: вот в этих сражениях белые победили, и если бы это могло привести к определенным дальнейшим шагам — к изменению линии фронта, более активной поддержке стран Антанты и так далее, — история могла сложиться иначе. В данном случае речь идет о том, что альтернативная история не подменяет действительный исторический факт, а позволяет его более подробно исследовать с точки зрения анализа широкого спектра информации.
Иногда задают вопрос: получается, все дело в том, есть ли у человека диплом историка? Мол, диплом — это гарантия того, что слушать надо именно его обладателя, а не того, у кого диплома нет. Это не совсем так. Диплом историка — гарантия того, что человек — специалист в своей сфере и обладает необходимыми навыками для обработки, анализа и дальнейшего изложения информации. Однако это не избавляет его, как и специалиста в любой другой сфере, от субъективности, предвзятости. То есть человек умеет и знает как, но при этом может поступить посвоему в тех или иных целях.
И вообще, когда мы говорим о фальсификации истории, мы должны понимать, что в первую очередь фальсификацией истории занимаются профессионалы — люди, которые хорошо разбираются в вопросе и которые, используя именно профессиональные навыки, подменяют или искажают факты в зависимости от политической предвзятости или экономического интереса.
Именно это — отсутствие добросовестности и порядочности — и является «черной меткой», которая показывает: этому человеку верить нельзя.
Однако надо понимать, что любой источник должен быть подвержен внутренней и внешней критике.
Источники бывают разные: материальные объекты, устные источники — былины, басни, анекдоты, а также письменные источники — один из главных информационных продуктов, с которым работают историки. И конечно, человек должен ответить на вопросы: кто, при каких обстоятельствах этот текст создал, зачем он это сделал, из чего состоит источник, на какие факты и оценочные характеристики именно этот источник делает упор?
С другой стороны, сравнение — это метод, который позволяет отделить тенденциозные источники от объективных. То есть, если во всех летописях Руси указан факт, что было татаро-монгольское нашествие и последовавшее за ним иго, если в европейских и азиатских источниках говорится, что Золотая Орда была, бессмысленно современным псевдоисторикам писать, что татаро-монголов не было, а Батый — на самом деле Александр Невский.
Благодаря тому, что историк компетентно подходит к изучению источников, можно понять, что есть правда, а что ложь.
Второй момент. История — огромна, историк за свою жизнь подробно может разобраться только в одной узкой теме, эпохе, исторической личности, в какой-то войне, реформе, в истории какой-либо страны. Сказать, что историки знают все — от истории аборигенов Австралии до подробностей кельтских «разборок» в Западной Европе, — было бы преувеличением. Хотя общие знания, умение анализировать факты, работать с ними, конечно, присутствуют у каждого грамотного историка.
Например, моя кандидатская диссертация посвящена изучению внешней политики Грузии в эпоху правления Эдуарда Шеварднадзе в части отношений Грузии с Россией и США. Заметьте — с Россией и США. То есть конкретная страна, конкретная эпоха, конкретный президент, конкретная внешняя (не внутренняя) политика только с двумя странами. И вот в этом я разбираюсь, а условно, римско-македонские войны — не мой профиль, я не могу и не буду их оценивать.
Если один автор убежденно пишет, что «Волхов потемнел от крови во времена правления Ивана Грозного», и делает вывод о негативной роли этого царя в истории России, сложно однозначно сказать, так это или нет. Иван Грозный, как и любая крупная историческая фигура, совершал как полезные, так и вредные для государства деяния. Однако оценка его правления — вопрос комплексный и неоднозначный. Судить обо всем правлении Ивана Грозного по одному эпизоду — например, по новгородской трагедии — невозможно. Для одних (включая некоторых историков) он навсегда останется царем, который «Казань брал, Астрахань брал», для других опричный террор — это альфа и омега, единственное, что можно сказать о его эпохе. Напомню, для западных историков перевод прозвища Иван Грозный — Ivan the Terrible, ужасный. Хотя для русского языка «грозный» и «ужасный» — это две большие разницы.
Может возникнуть вопрос: если профессиональному историку подчас сложно разобраться в исторических событиях, что делать простым людям, не-историкам? Как отличить вольное или невольное искажение исторической действительности от реальности?
Для этого надо пользоваться теми же методами, что и профессионалы. В первую очередь, обращаться к проверенной литературе. Есть современные учебники истории, в которых дается достаточно объективный взгляд на наше прошлое. Это не те учебники Фонда Сороса 90х годов, которые сознательно перевирали нашу историю. Здесь действительно приведен труд современных компетентных российских историков с опорой на таких корифеев прошлого, как Ключевский, Покровский, Соловьев.
С другой стороны, избегать— максимально — скандальности. На мой взгляд, чем скандальнее и радикальнее подается тот или иной исторический факт, тем больше сомнений он вызывает.
История сама по себе не скандальна. Ей не нужно гнаться за внешними эффектами — в ней и так хватает драматургии. Стоит вдуматься в любой факт становления нашего государства или в перипетии отношений России с другими странами — и вы найдете сюжеты, достойные книги, фильма или компьютерной игры. Не надо ничего выдумывать. А то порой доходит до курьезов: некоторое время назад появилась шуточная компьютерная игра «Русы против ящеров», у которой нашлись преданные поклонники, охотно поверившие в придуманную вселенную.
Зачем придумывать нелепицу, когда за нашими плечами Полтавская битва и Бородинское сражение, Смутное время, татаро-монгольское иго и его свержение. У нас есть о чем рассказывать.
При этом необходимо обращаться к разным источникам, сравнивать разные позиции.
Если человек интересуется Гражданской войной в России, я советую изучать и «белых», и «красных» авторов, иностранные источники, читать актуальные современные исследования и уже проверенные временем научные монографии. Тогда от радикализма — «эти правы, а эти нет» — точно уйдем. Лишь взвесив все позиции, можно сформировать свое мнение. И вывод, скорее всего, будет суров: любая рознь в России ведет к ослаблению государства, к гибели, к трагическим жертвам, к вторжению иноземцев.
А это уже первый уровень анализа, главный, что никогда русские не должны убивать друг друга ради тех или иных политических убеждений.
Второй уровень — чей путь развития политически был для России того времени более подходящим. Белых, красных, зеленых или еще кого-то. Почему выиграли те или другие — это следующий уровень, и так далее.