Борис Лютин – Забытый полигон (страница 1)
Борис Лютин
Забытый полигон
КАТАСТРОФА
А вы верите в судьбу, в рок? В то, что всё в нашей жизни происходит неспроста? Что существуют силы, невидимо направляющие нас, подталкивающие к цели или хотя бы временами напоминающие о себе?
Признайтесь, ведь у каждого в жизни были моменты, определившие дальнейший путь. Мы называем их «вехами» – своеобразными точками перелома, после которых жизнь уже никогда не остаётся прежней.
Может, это судьба решает, что мы готовы перейти к следующему этапу в огромном, только ей известном плане? Наверное, она сомневается, устраивая нам испытания, и только от нас зависит, выдержим ли мы их, готовы ли мы к переменам? А если провалимся – будем наказаны? Возможно.
Что если она забудет о нас на время или навсегда? Тогда останется тихая, ничем не примечательная жизнь – как у травы в саду. Мы будем сетовать на неё, заливать горе водкой и клясть эту самую судьбу, не осознавая, что на самом деле виноваты сами. Виноваты в том, что в нужный момент не смогли сделать правильный выбор и оказались не готовы к её дальнейшему повороту. За это она, как принято говорить, отвернулась от нас, а проще – просто выбросила из своих планов, как недееспособное существо.
А вдруг, она нас пожалеет и продолжит обучение, своего рода подготовку к чему-то определённому…?
А если, нет никакой судьбы? Есть только миг, определяющий будущее – и его появление зависит только от нас, от наших прежних действий. Такое странное стечение обстоятельств, когда нужно принять решение и пойти дальше. Можно положить все силы и сто раз пожалеть о своей ошибке, либо легко пройти по жизни, удивляясь своей прозорливости…
Так или иначе, сколько будет существовать мир, столько перед человеком будет вставать выбор. Порой он выглядит как крохотная деталь, последствия которой проявятся лишь спустя годы. А иной раз – как тщательно взвешенный шаг, результат которого ощущается сразу. Иногда подобные поступки теряются в череде событий, а иногда именно они определяют не только вашу судьбу, но и жизнь окружающих.
Подобные мысли не раз посещали Олега. Это было своего рода предчувствие чего-то важного. Может, именно в это время судьба готовила очередной жизненный экзамен, а ангел-хранитель спорил с ней, пытаясь отсудить билет полегче? А может, он уже бросался в схватку со своими бессмертными братьями, вершащими рок, и брал на себя основной удар, защищая вверенную ему жизнь?
Неспокойно было Олегу в последние дни. Какая-то тревога на душе, волнение без видимых на то причин.
Олег открыл сейф, протянул руку, чтобы положить пистолет на полку, и уже коснулся кожаного переплёта папок, которые захватил с собой, чтобы в тишине спокойно пересмотреть документы, задержался на мгновение, хмыкнул и положил пистолет повыше.
«Всё не так», – подумал Олег, заглядывая в комнату, где спали дети. Одна отрада в жизни – жена да дети, Саша и Оля. А что ещё у него есть? Всё остальное – суета сует.
Родители ушли из жизни. Сначала мама, потом отец. После них остался этот дом в забытой Богом деревне. Продать бы его давно пора, да всё никак рука не поднимается. Хотя сколько раз уже Наташа, жена, уговаривала его это сделать. А он всё отпирался, говорил, что за дом цены не дадут, а так всегда есть возможность отдохнуть на природе, вдалеке от городской суеты. Настоящая же причина была очевидна для всех – память о родителях, о былых временах, которые уже давно забыты в городах, но ещё хранятся в этих стенах.
Жена редко проводила здесь отпуск, а вот ему с детьми нравилось. Он ходил с ними на рыбалку, ночевал в палатке, разрешал не спать допоздна. Вот и сегодня дети играли до самой ночи. Баловал он их. Ну а как не баловать? И так мало им времени уделял. Всё – работа, работа. Вечная гонка за лучшей жизнью.
Наташа, воспользовавшись случаем, укатила к подруге детства. Ему же Семей навевал тоску. Никого из знакомых там давно не осталось, а перестроенные улицы и здания говорили о том, что это уже не тот город, который жил в детских воспоминаниях. Лишь вечность, остановившаяся на городских кладбищах, бросала вызов всей мирской суете.
«Лучше не возвращаться в прошлое, раз уж судьба оторвала тебя от него», – рассуждал Олег, противореча себе, когда оставался один.
Дети тихо посапывали, лежа на раскладном диване. Совсем большие… Вот Саша в свои десять лет уже на девочек заглядывается, взрослыми темами интересуется. И не просто «откуда дети берутся?» – это и семилетняя Оля давно знает, – а как понравиться, чем завоевать внимание? Быстро нынче дети взрослеют, аж страшно за них. Вроде малы ещё, а сколько знают, умеют. Его поколение таким не было. Да это и неудивительно – сейчас темп жизни настолько высок, что люди существуют одновременно в двух реальностях: онлайн и офлайн, как говорят его же дети. Мгновенный доступ к происходящим событиям и обширным базам данных делает любую информацию открытой. А детский мозг, словно губка, впитывает всё вокруг – и хорошее, и плохое. Да пойди разбери, как отличить одно от другого в современном мире!
«Крошка-сын к отцу пришёл и спросила кроха: «Что такое хорошо и что такое плохо?» – вспомнился Олегу детский стих Владимира Маяковского, который учили в далёком детстве. Да, раньше проще было. Всё делилось на белое и чёрное. Были хорошие – это мы, и плохие, естественно, все остальные. Как просто и понятно отец того малыша объяснил сыну прописные истины, легко понятные, а главное – единственно правильные. Сейчас, когда дети задают подобные вопросы своим родителям, тем приходится не на шутку самим задуматься, и порой взрослые не находят, что ответить маленькому созданию.
Всё перевернулось за последние полвека. Кто кого учит? «Скорее уж они нас, а не мы их», – сам себе ответил Олег.
«Яйца курицу не учат», – вспомнил он, как говорили ему родители эту, древнюю как мир, поговорку. «Учат, ещё как учат», – проворчал он тихонько, чтобы не разбудить детей, прикрывая за собой дверь, и пошёл «досыпать» эту ночь.
Сон не шёл. Олег проваливался в забытье, просыпался, снова проваливался. Беспокоило его что-то. Нехорошее предчувствие, как не раз уже бывало в его жизни. За окном у соседей гоготали гуси, хрюкала свинья, собаки жалобно выли по всей деревне. Неспокойная выдалась ночь, животные тоже были чем-то взволнованы. Как-то тяжело было на душе. Так Олег промучился почти до рассвета. Не дождавшись восхода солнца, встал, оделся, пошёл в летнюю кухню, включил радио. Нравилось ему здешнее радио. Старый такой приёмник, подключённый к сети. Как она ещё функционировала в век такого технического прогресса? Как раз примерно в это время должны были передавать местные новости и погоду.
– Командир, – послышался хриплый голос Коли около ограды. – Командир.
Отец Олега когда-то командовал Колей. Сосед всегда так к нему обращался. Позже, когда Олег сам отслужил срочную, – услышал то же самое уже в свой адрес.
Называть же старших только по именам Олег привык ещё в школе. Была программа обмена учащимися с заграницей. По ней посчастливилось ему попасть в Англию, потом в Америку. Там на «вы» к старшим никто не обращался, отчества не упоминал и никаких «дядя» или «тётя» не добавлял. Сначала это показалось Олегу странным, но он быстро привык и вскоре посчитал это правильным. С такими новыми привычками он и вернулся. На него косо смотрели и делали замечания, когда он тыкал взрослым. Отец даже ругал. Вскоре Олег ушёл в армию, а когда демобилизовался, то сам был уже взрослым мужчиной в глазах окружающих, и на это уже никто внимания не обращал. Да и времена поменялись.
Хороший был мужик Коля. Только что-то не сложилось у него в жизни. Да и не у него одного. Сначала развал СССР, когда целое поколение потеряло почву под ногами, потом становление независимых государств. Люди вылетали из лихорадившей жизни, как патроны из обоймы. Криминальный беспредел, потом ментовской.
Коля после отставки связался с какими-то бандитами, такими же бывшими офицерами. Сидел два раза. Потом вернулся к нормальной жизни. Устроился сторожем в местную больницу. Только вот пить начал часто. Он-то и присматривал за родительским домом. Все в округе знали, что усадьба под охраной самого дяди Коли. Но годы не щадят никого, и вот уже дядя Коля – дряхлый старик. Он постоянно курил рубленый вонючий табак, кашлял, отплёвывался и снова курил. В любом уголке деревни можно было услышать его шаркающий, волочащий шаг и застарелый кашель.
Уже рассвело. Солнце встало из-за горизонта, озаряя и пробуждая всё вокруг. Его отблески играли на ещё невысохших каплях росы. Они красиво переливались, и всё вокруг казалось окрашенным в разноцветные яркие краски. Даже деревянный старый забор выглядел новым, спрятав под слоем росы почерневшее местами дерево и выцветшую краску.
– Чего не спится? – направляясь к ограде, спросил Олег, хотя и так знал.
– Ты слышь, командир? Привет. Как поживаешь?
Этот ритуал повторялся не каждый день, но довольно часто, и Олег, чтобы не обижать старого друга своего отца, выполнял его сдержанно.
– Ничего. Слава Богу, – отвечал он, открывая калитку и пожимая протянутую руку. – Заходи.
– Да нет. Я это… – хриплым голосом продолжал ритуальную речь Коля. – Мне бы это… на одну бутылку. До конца недели, – набравшись смелости, переминаясь с ноги на ногу, попросил Коля.