Борис Баклажанов – Похищенный (страница 16)

– Дуна очень быстро учится. Так что да. Так… – она поджала губы. – Что вы хотели обсудить?

– Котёночкин настаивает, чтобы мы узнали у дуны о том происшествии. Чтобы он рассказал нам о тех летающих дунах, что каким-то образом сумели избежать нашей слежки. Это по человеческим меркам он – подросток. Но ведь среди дун его положение совершенно иное. Всё-таки, военный!

Майор Полов не заметил, как вздрогнула Полина после этих слов. Она могла бы сказать ему сейчас… но…

Не решилась. Потом.

– Да, наверное, следует у него узнать… – согласилась она. – Я и сама об этом думала, но без вашего приказа не решилась.

– Отлично. Сейчас же и спросим.

– Хорошо.

СИЖ ускорила шаг, решив, что это всё, что хотел обсудить майор. Но она ошиблась. Вовремя заметив, что он не изменил темп, остановилась.

– Раз уж мы заговорили о том, – как ни в чём не бывало, продолжил майор, – что дуну можно не только обучать, но и спрашивать… Мы могли бы узнать у него чуть больше.

– Могли бы, да… Но о чём именно?

– О разном… о его родной планете, дунах, построении общества… Одно дело – следить, другое дело общаться с представителем культуры.

– Всё так…

– А так же дуна, например, мог бы помогать нам уже сейчас… на корабле.

– Каким образом?

– Разумеется, не следует отвлекать его от обучения. Наша главная цель – миссия. Однако если вдруг нужно будет узнать о чём-то или же… о ком-то, то следует тренировать его в вопросах помощи. Это будет своеобразным обучением.

– Кажется, я вас поняла… – понизив голос, ответила она.

– Например, давайте вот, как сделаем, СИЖ. Сейчас мы к нему придём, вы продемонстрируете его новые умения и способности, а после того, как я уйду… попросите Алёшу дать мне оценку. Или же не мне… Можно пригласить, например, Котёночкина. Без личных подробностей, конечно, но… ему нужно учиться. А в будущем он, к примеру, сможет помогать инженерам. Не лично, разумеется… через вас передавать информацию. А так же учёным. Он может рассказать им о своём теле больше. Это очень поможет. Но начать следует с оценки личности. Меня, Котёночкина… Кого угодно!

Выделив последнюю фразу, майор Полов бросил на СИЖ красноречивый взгляд. Нет… уж кто-кто, но она точно не дура! По выражению её лица он понял, что СИЖ догадалась, о ком конкретно идёт речь.

– Да, вы правы. Так и сделаем.

– Отлично. Предлагаю чуть ускориться. А-то у меня что-то мышцы свело, но теперь отпустило.

– Да, идём, майор.

– Кстати, вы…

Писк связи вызвал тупую, быстро прошедшую боль в голове. Майор достал устройство и прорычал:

– Что? Я занят!

– Вы срочно нужны на мостике, майор! Срочно! – голос пилота был взволнованным.

– Иду.

Выругавшись, он посмотрел на Полину. – Иди к дуне. И не спрашивай его о тех летающих тварях без меня! Я хочу лично слышать, что он ответит!

Майор Полов ушёл так быстро, что их предыдущий долгий путь показался странным сном.

Майор долго вглядывался в лицо пилота.

– И?

– Всё уже… в норме.

– Ты издеваешься?!

Главный пилот покраснел от напряжения. – Нет. Простите…

– Что конкретно случилось?

Обернувшись на навигатора, он немного помялся, и понизил голос до заговорщического шёпота:

– Я не должен вам говорить, но… так как вы главный, майор…

– В чём дело?

– Этот специальный агент приказал вызвать вас. Приказал, и ушёл, – он тяжело сглотнул. – Он не проговаривал то, что я не должен вам об этом рассказывать. Однако интонацией и… определёнными… выражениями… дал это понять.

Теперь покраснел и майор. – Так… – он помассировал виски. – Спасибо, но… в будущем делай так, как он говорит. Понял?

– Почему?! Вы же главный!

– Не спрашивай. Просто делай, ясно? И спасибо, что рассказал. Но в будущем не спорь.

– Но он просил вас обмануть!

Остальные члены экипажа, что находились на мостике, обернулись на чересчур громкий шёпот пилота.

– Тихо, – в приказном тоне сказал майор. – Разговор закончен.

Он обернулся, и громко спросил, не обращаясь ни к кому конкретному:

– Всё в порядке?

– Так точно, майор, – ответили ему хором.

– В таком случае… вернусь к своим делам.

Как только майор покинул мостик, его грудь вновь пронзила эта странная боль – очевидно, боль в сердце. А ведь он всегда был здоров… Неужели и на него так сильно повлиял это полёт? Или же… повлияли обстоятельства?

Этот агент Иванов… Какого чёрта он творит?! Чего ради сюда отправили майора, если агент даже и не пытается скрываться? Ведь всё должно было быть по-другому…

Майор стоял напротив широкого лакированного стола. Его подбородок был приподнят, взгляд горел. И хотя он никогда не хотел подняться в космос… Отказаться права не имел. Закатные лучи заглядывали в панорамные окна кабинета, человек за столом напоминал металл – седовласый, статный и суровый.

– Помимо остального экипажа с вами отправится наш человек. Он будет оставаться в тени, но вы должны всегда держать это в голове: он внимательно наблюдает. Надеюсь, объяснять, зачем это не нужно.

– Нет, – рвано, но уверенно ответил майор.

– Никто не должен знать об его истинной роли. Люди будут знать, кто он такой, но не будут понимать, зачем именно он нужен.

– Может, следует придумать для них объяснение? Например, он… дипломат?

– Я не просил вас о совете. С вами летит наш человек. Он и станет вашим личным начальством. Вы обязаны будете выполнять всё, о чём бы он ни попросил. Но для остальных лидер – вы. Ясно?

– Предельно!

– Тогда свободны.

Майор покинул кабинет.

И вот он здесь.

Где-то в глубинах большого космоса стоит на борту звездолёта, сделанному по прототипу секретного корабля прошлого «TR-3B». Грудь его пронзает едкая боль, ноги медленно становятся ватными. Майор лично дал своё согласие на то, что будет исполнять любую волю агента. Он лично отдал своё достоинство правительству в руки.

Он.

Но не его люди.

Какого чёрта агент втягивает в свои игрища его людей?

Майор знал, отчего разболелось его сердце. Он не успел целиком вернуть доверие экипажа после случая на планете дун, и вот опять… Впервые в жизни майор страдал от того, что ему доверяли его же люди. Доверяли настолько, что тем самым подставляли самих себя.