Тогда солнце окажется в затруднении. Как солнце может избежать облаков? Как солнце может бороться с облаками? И чем больше оно будет бороться, чем больше будет убегать, тем больше оно будет зациклено на облаках. Оно забудет, что оно солнце. Да и с кем оно борется — с облаками! Но если солнце посмотрит внимательно, оно обнаружит: «Облака там, а я — здесь, и между мной и облаками — большое расстояние. И неважно, как близко ко мне подойдут облака, расстояние все равно будет большое. И это расстояние всегда бесконечно...»
Неважно, как сильно я буду стараться прижать свои ладони друг к другу — между ними будет оставаться пространство. Это пространство бесконечно. Пространство между двумя руками не исчезает, когда вы приближаете их друг к другу. Если пространство исчезнет, тогда руки станут единым целым. До тех пор пока они отдельны, будет сохраняться пространство. Неважно, как близко вы будете прижимать их друг к другу, расстояние сохранится.
Неважно, как близко оказываются облака... Сейчас ученые говорят, что две молекулы находятся на очень небольшом расстоянии друг от друга, но между ними — бесконечность. Это расстояние огромно. Его невозможно стереть.
Насколько бы ни были близки двое влюбленных, как бы близко друг к другу они ни сидели, тем не менее между ними будет расстояние. Это то, что так ранит влюбленных: как бы близки друг к другу они ни были, все равно между ними ощущается дистанция. Они женятся, тем не менее эта дистанция не исчезает. Они могут зарегистрировать свое единение в ЗАГСе, но дистанция все равно остается. Они душат друг друга в объятиях, но все равно расстояние между ними не прекращает существовать! Между ними пропасть.
Дистанцию нельзя стереть. Как бы облака ни приближались к солнцу, солнце остается солнцем, а облака — облаками. И это расстояние — бесконечно. Но если все внимание направлено на облака, тогда возникает трудность. Тот, кто забывает себя, постепенно, постепенно отождествляется с тем, на чем сфокусировано его внимание, полагая: «Я есть то». Так же, как если солнце начнет утверждать: «Я — облако! Я — туча!», мы скажем солнцу, что оно находится в состоянии невежества. Таково состояние невежества человека.
Самое сокровенное существо — это блаженство. Оно окружено облаками страдания. Оно испытывает страдание, окружающее его со всех сторон, и забыло, кем является. Мы так сильно отождествляем себя с нашим опытом, что полагаем: «Это я, это я, вот кто я такой! Так как же мне этого избежать? Как мне сбежать от этого? Как от этого избавиться? Молиться? Пить алкоголь? Куда идти? Совершить самоубийство или жить? Что делать? Стоять на ногах или сделать стойку на голове?» Делайте что угодно. До тех пор пока вы верите в утверждение, что вы — страдание, которое ощущаете повсюду вокруг, у вас будут большие трудности.
Человек должен отстраниться от этих явлений и исследовать, что такое страдание. Где оно? Кто я и где я?
Когда человек начинает свой поиск, между ним и страданием возникает дистанция. И моментально случается трансформация. Он мгновенно узнает: «Страдание там, а я здесь. Страдание — то, а я — это. Страдание — это то, что проживается, а я — тот, кто проживает. Страдание — наблюдаемое, а я — наблюдающий. Страдание — то, что познается, я — тот, кто познает. Я отделен. Я не несчастен, я — не тот, кто страдает». И для того, кто это обнаруживает, вся его энергия собирается в центре его существа. В самой сердцевине существа человека есть солнце, есть блаженство, есть экстаз. И тот, кто получил хотя бы проблеск этого, заливается смехом, и его смех продолжается бесконечное количество жизней. Потом он недоумевает: «Почему люди страдают?»
Когда Будда стал просветленным, к нему пришли люди и спросили:
— Чего ты достиг?
Казалось, что он утонул в блаженстве. Они спрашивали:
— Что ты получил?
Будда отвечал:
— Я не получил ничего кроме того, что всегда принадлежало мне. Я открыл это сокровище.
Будда сказал:
— Ничто не достигается, но было открыто то, что вечно принадлежало мне и оказалось забыто. Да, конечно, я многое потерял. Я утратил страдание, я утратил агонию, я утратил бегство. Многое потеряно, ничего не приобретено. То, что получено, всегда было здесь — всегда здесь, как самое близкое и всегда доступное, независимо от того, осознаю я это или нет. Вот что я открыл. Было потеряно многое из того, что не принадлежало мне, но что я считал своим. То, что не было мной, но что я считал собой, — все это ушло. Ничто не достигнуто, многое потеряно.
Тот, кто пробуждается внутренне, обнаруживает, что достигать нечего; все, что нужно достичь, уже дано нам. Нужно многое отпустить — то, за что мы цепляемся, о чем мы думаем. А к чему мы привязаны? За что мы можем цепляться? Человеческие способности невероятны. Безумие человека просто немыслимо. Способность человека подвергаться самовнушению не имеет конца. Мы находимся под воздействием самогипноза из-за наших страданий. Что угодно может нас загипнотизировать.
Я расскажу вам несколько случаев, чтобы вы поняли мои слова, и на этом завершу свою беседу.
В то время, когда жил Неру (Пандит Джавахарлал Неру — выдающийся политический деятель Индии, первый премьер-министр страны. — Примеч. перев.), в Индии было несколько человек, которые верили, что каждый из них Пандит Джавахарлал Неру. Один из них жил в моей деревне. По какой-то причине он думал, что он Джавахарлал Неру. Он даже подписывался, как Неру. Он отправлял в гостиницы телеграммы от имени Неру, бронировал комнату, а потом приезжал. Когда люди видели его, они недоумевали и спрашивали: «Кто вы?»
Он был Пандитом Неру! Спустя какое-то время он попал в психиатрическую клинику. В то время в психиатрических лечебницах было много Пандитов Неру.
Однажды настоящий Пандит Неру имел возможность встретиться с таким человеком, который полагал, что он Неру. Неру приехал с визитом в психиатрическую клинику. Администрация решила, что человек, который три года назад поступил к ним как Пандит Неру, которого они вылечили и собирались вот-вот выписывать, должен познакомиться с настоящим Панидитом Неру. Они также посчитали, что ему будет лучше получить справку о выписке непосредственно от Неру, но все пошло не так.
Пациента привели и представили его Пандиту Неру. Неру спросил его:
— Вы совершенно излечились?
— Я полностью излечился. Теперь я в полном порядке. Все благодаря администрации клиники. За три года мой ум полностью выздоровел. Теперь, после исцеления, я еду домой, — ответил он, — кстати, совсем забыл спросить, как вас зовут?
Пандит Неру сказал:
— Разве вы не знаете, кто я? Пандит Джавахарлал Неру!
Пациент рассмеялся и сказал:
— Не переживайте, побудьте здесь три года, и вас тоже вылечат. Я тоже попал сюда с той же проблемой, но за три года я полностью излечился. Вам совершенно не стоит беспокоиться. Врачи предложат вам отличное лечение. Они вылечат вас за три года.
Человек настолько сроднился с мыслью о том, что он Пандит Неру, что утратил собственную идентичность.
Несколько лет назад подобный случай произошел в Америке.
Когда праздновали столетие Авраама Линкольна, то нашли человека, точь-в-точь похожего на него. Был поставлен спектакль, который проехал по всем большим городам страны и в котором роль Линкольна играл тот человек . Он путешествовал по стране, из города в город, играя роль Линкольна. Его лицо походило на лицо Линкольна, и из-за постоянных репетиций он утратил собственную идентичность. Он стал говорить, что он и есть Авраам Линкольн.
Сначала люди думали, что он шутит. Но когда театральное турне закончилось и актеры стали покидать труппу, тот человек отказался снять сценическую одежду, которую носил во время спектакля.
Члены компании сказали ему:
— Этот костюм нужно вернуть.
А тот человек ответил:
— Это моя одежда. Я — Авраам Линкольн!
Даже тогда люди подумали, что он шутит. Но он не шутил. Он сошел с ума. Он вернулся домой в этой одежде. Члены его семьи пытались объяснить ему, что носить этот наряд во время спектакля нормально, но если он будет в таком виде ходить по улице, то люди подумают, что он сумасшедший.
Он сказал:
— Причем тут безумие? Я и есть Авраам Линкольн.
Сначала члены семьи тоже приняли происходящее за шутку, но, поскольку тот человек продолжал в том же духе день за днем, они поняли, что он лишился рассудка. Даже во время обычного разговора он говорил в манере Линкольна: Линкольн запинался, и он тоже запинался в своей речи. Он говорил, как Линкольн. Он повторял те диалоги, которые выучил для спектакля. Он повторял в точности тот же диалог!
Наконец его родные обратились за консультацией к врачам. Те сказали:
— Это сложный случай. Откуда у него появилась навязчивая идея о том, что он Авраам Линкольн?
В течение года с ним обращались так, как будто он и правда стал Линкольном, — утром, вечером, ночью. Ему доставляло огромное удовольствие быть Линкольном, ведь к нему относились с большим уважением.
Когда кто-то одевается, как Рама, понаблюдайте, что происходит. Все чокнутые начинают предлагать ему цветы, кланяются и омывают ему ноги, выражая свою преданность. В таком случае естественно, что человек сходит с ума. Какой смысл становиться обычным человеком? Почему бы не стать Господом Рамой?
