Бхагван Раджниш – Влюбляясь в темноту (страница 17)

Я в замешательстве относительно этого решения, потому что я не знаю мира. Я не знаю, где найти свое место в нем в настоящий момент.

Да, да, это оно. Поэтому ты будешь находить людей, которые будут давать тебе советы: кто-то скажет — не принимать ее, а кто-то скажет — принимать. Так или иначе, в конце концов тебе придется решать самостоятельно.

Даже если после принятия саньясы возможно, по твоим словам, продолжать работать... Но какой тогда смысл в принятии саньясы? Это только для общества. Я спросил одного из свами, которых встретил: «Что это меняет, когда ты — саньясин?»

Да, нужно помнить еще об одном — то, как ты наблюдаешь мирских людей. Посмотри на саньясинов таким же образом и постарайся увидеть, каково их подлинное состояние. Обычно люди думают: «Женатые люди не кажутся особенно счастливыми, так почему они вляпываются в брак?»

Но в моей жизни нет никакого несчастья.

Я понимаю, я понимаю, что ты говоришь. Точно так же тебе нужно подумать о том, сколько из принимающих саньясу ощущают от этого блаженство.

Так ведь ты говоришь, что блаженство вечно.

Нет, нет. Все эти слова верны, но какое отношение к этим вещам имеет твоя проблема?

Предположим, они не счастливы, это означает, что они не видят счастья внутри себя.

Да — ты можешь посмотреть внутрь откуда угодно, тогда какой смысл в принятии саньясы или в том, чтобы ее давать? В таком случае, где бы ты ни был, просто смотри внутрь. Если весь смысл в том, чтобы свидетельствовать, какая необходимость спрашивать, в какой комнате ты сидишь — в той или в этой? Где бы ты ни был, просто продолжай сидеть в молчании и свидетельствовать. Ты можешь продолжать наблюдать свое внутреннее счастье, работая медбратом или будучи саньясином. Тогда нет никакого конфликта. Это все вопрос видения, нет никакого конфликта.

Очевидно, это не все, это не просто вопрос видения, но это необходимо понять. Как ты будешь наблюдать? Как ты будешь смотреть? Когда ты будешь смотреть, будет замешательство. Тогда ты осознаешь свое замешательство и будешь гадать, в какой комнате будет проще наблюдать, — в этой или в той. Суть не в этом.

И еще одно — ты говоришь, что не опечален. Это очень хорошо. Это действительно хорошо. И ты также говоришь, что тебя даже не беспокоит общественное мнение. Это тоже очень хорошо. Тогда перестань беспокоиться о каком-либо руководстве. И живи свою жизнь так, как хочешь ее проживать. Помни об одном: очень легко стать саньясином, будучи мирским человеком, но как только ты привыкнешь жить, как саньясин, будет чрезвычайно трудно вернуться к мирской жизни.

Потому что, если ты станешь саньясином, все скажут: «Какая добродетель!» Они будут тебе аплодировать, хвалить тебя и давать тебе свои благословения. Ты встретишь многих свами, монахов и подобных людей. Если позже ты скажешь, что хочешь вернуться в мир, все двери закроются. На тебя польются осуждение, унижение и оскорбления. Так что это общество очень хитрое. Его двери открыты для принятия саньясы, но оно не оставляет ни одной открытой двери для возвращения в мир.

Так что я предлагаю всегда выбирать то, что даст вам свободу даже в будущем, что ни к чему вас не привязывает. В противном случае это будет началом страданий. Так, никто не связывает тебя никакими узами, пока ты работаешь медбратом. У тебя больше свободы. Будет ли у тебя свобода, если ты будешь саньясином? Если ты бросишь работу медбрата, никто не сможет ничего тебе сказать. Но если завтра ты откажешься от саньясы, у тебя будут большие неприятности.

Поэтому я говорю тебе, что у медбрата больше свободы, чем у саньясина. Даже в жизни сапожника больше свободы, чем у монаха или монашки, так как сапожник может перестать делать обувь в любой момент. Но монах не может оставить свою профессию в монашестве. Это трудно.

Но этот путь — это путь эволюции.

Все пути — пути эволюции. Не существует пути, который не был бы путем эволюции. Если ты хочешь эволюционировать, то можешь эволюционировать на любом пути. И поэтому тот путь, который дает тебе большую свободу, также предоставляет тебе больше возможностей для эволюции. Поэтому не нужно связывать себя какими-либо узами.

Какое еще значение имеет саньяса? Когда кто-то спрашивает меня, принимать ему саньясу или нет, это озадачивает меня. Само слово «саньяса» означает абсолютную свободу — того, кого не волнуют структуры, правила, кто не принимает никаких ограничений, кого не беспокоит общественное мнение. Он действует спонтанно. Таково значение саньясы.

Но когда кто-то спрашивает, следует ли ему принять саньясу, складывается впечатление, будто он спрашивает, стоит ли ему принять определенный тип ограничений или нет. Это очень интересный момент. Само слово «саньяса» подразумевает свободу, спонтанную жизнь: действуй спонтанно, делай то, что кажется тебе правильным. Не принимай ограничений. Понимаешь? Ни к чему не привязывайся.

Но мы не можем жить без уз. Кто-то советует связать себя узами брака, кто-то советует не вступать в брак. Другие предлагают привязать себя к правилам саньясы. Но не оставайся несвязанным, будь привязан к тому или другому. Тебе нельзя оставаться посередине, без выбора. Особенно женщинам — им совершенно не позволяется оставаться свободными, так как общество построено на доминировании мужчин. Вся структура общества враждебна по отношению к женщинам. Оно говорит: «Будь рабыней! Либо стань женой, либо стань саньясинкой». Нельзя оставаться свободной. А в моем понимании саньясин означает оставаться свободным.

Оставайся свободным. Продолжай работать медбратом сколько захочешь. Когда ты захочешь заниматься чем-то другим, обучись этому. Но не получай никаких инициаций от кого бы то ни было. Это глупость и варварство. Какой смысл в том, чтобы получать от кого-то инициацию? Все инициации сродни рабству.

Оставайся свободным, все хорошо. Ищи свое внутреннее блаженство, двигайся за своими ощущениями. И никого не бойся — вот что значит быть саньясином. Никого не бойся. В данный момент, даже если ты примешь саньясу, тебе придется бояться. Ты будешь бояться тех, кто даст тебе посвящение. Ты будешь бояться общества или секты, в ловушке которой окажешься. Они будут контролировать, что ты ешь, что пьешь, во сколько просыпаешься, сколько спишь, куда тебе следует ходить, а куда не следует. Это будет трудно. Тогда ты узнаешь, что такое великое страдание, это окажется гораздо хуже, чем работа медбратом.

Сделай одну вещь: что бы ни увеличивало твое блаженство, следуй этому, делай это. В тот день, когда ты станешь совершенно свободным, в тот день ты станешь саньясином. Это не имеет никакого отношения к другим. Ты понимаешь, о чем я говорю? Ты можешь стать свободным, даже работая медбратом, или же это может случиться, если ты бросишь свою профессию.

Нет, но духовное знание...

Кто препятствует духовному знанию?

Мои способности ограничены.

У всех способности ограничены. Способности всех людей ограничены. Даже у саньясинов ограниченные способности. Ты думаешь, монахи ни о чем не беспокоятся? Им тоже приходится переживать с утра до вечера, где добыть пропитание, где найти ночлег. Твоя жизнь более беззаботная.

В моем понимании человек, работающий шесть-восемь часов в день, свободен хотя бы в остальное время. Саньясин — слуга на весь день. И он служит полнейшим идиотам. Он служит тем, у кого нет ни йоты разума. Когда вы возвращаетесь из офиса после шести часов работы, вы свободны, вы можете делать, что хотите. Хочешь танцевать — танцуй, или пой, или делай, что пожелаешь. Когда ты саньясин — подобные вещи делать нельзя. Идиоты будут наблюдать за тобой отовсюду — с кем ты разговариваешь, с кем встречаешься, куда идешь. Если ты сделаешь что-то не так, не будет ни еды, ни уважения. Все становится полным страданием.

Если у тебя есть работа, ты работаешь пару часов, три или четыре часа, чтобы удовлетворить свои базовые потребности — в еде, крове и так далее, но в остальные двадцать часов ты свободен. Ты можешь использовать эти двадцать часов как пожелаешь. Используй их. И кто мешает тебе получать знания? Знания — повсюду, ищи их. Не связывай себя никакими узами. Смысл того, чтобы быть саньясином, — в том, чтобы не быть связанным.

Когда я говорю о возможности стать саньясином, это лишь означает не быть связанным. Будь свободным, это правильно. Когда люди, исповедующие ту или иную религию, советуют стать саньясином, они вкладывают в это иной смысл. Они подразумевают не быть свободным, следовать навязанной дисциплине: будь нашим последователем, следуй нашей структуре. Полнейшая глупость! В этом нет никакого смысла. Оставайся свободным, учись у любого, у кого хочешь учиться, в этом нет вреда. К чему спешить, почему ты торопишься связать себя?

Я побывал в двух или трех местах и все наблюдал. Я сказал свами, которые были там, что моя цель — продвигаться на духовном пути и что я его не нашел.

Да, да, делай это. Делай все, что кажется тебе правильным. Оставайся свободным и наслаждайся тем, что делаешь. И если ты чувствуешь, что у тебя будет больше свободы, если ты станешь саньясином, тогда становись саньясином. Я не возражаю против чего бы то ни было. Если ко мне придет женщина и скажет, что она почувствует большую свободу, став проституткой, тогда я скажу ей сделать это. Это ваша свобода и ваш поиск. Где бы ты ни был, не должно быть никого, кто бы создавал для тебя узы. Ты — хозяин своей жизни. Проживай свою жизнь. Делай то, что кажется тебе правильным, и нигде не создавай никаких уз. Не оказывайся закованным в цепи где бы то ни было. И, пожалуйста, избегай всевозможных гуру. Гуру бродят вокруг, как хищники! Здесь сидит одна саньясинка — она хотела стать саньясинкой поскорее и сделала это. Теперь она думает оставить это.