Бернард Вербер – Планета кошек (страница 44)
– Что произошло?
– После бегства Павла я мог следить за ним при помощи датчика в его Третьем Глазу. Над тем участком все время кружил дрон. Датчик Павла подавал сигнал из постамента статуи Свободы. И вот сегодня утром я получил письменное сообщение. В переводе оно означает: «Я хочу говорить с Бастет». Поэтому я попросил Романа отыскать тебя.
Я устраиваюсь в кресле. Сильвен включает динамик, чтобы разговор слышали люди вокруг.
– Здравствуйте, Павел. Вы хотели со мной поговорить?
– У меня есть для вас новости, Бастет. Но сначала я объясню, что произошло. Когда я вернулся к своим, меня заподозрили в шпионаже в вашу пользу и захотели убить. Но я призвал в свидетели Тамерлана и убедил его, что вторая крыса с Третьим Глазом – большое удобство для крысиного сообщества. Потом я предложил сыграть роль двойного агента. То есть делать вид, что я за вас, а на самом деле играть двойную игру. Сказал, что мог бы связаться с вами и передавать ложные сведения, чтобы вызвать у вас панику и принудить к капитуляции. Аль Капоне и Тамерлан совещались по моему поводу. Тамерлану пришлась по душе моя необычность, он сказал, что я представляю большую ценность, потому что в случае его гибели останется другая крыса, способная входить в Интернет.
– Что вы им ответили?
– Ответил, что они могут на меня положиться. Рассказал обо всем, что видел в вашей башне, о том, сколько в ней засело людей, кошек и собак.
Роман разделяет мой энтузиазм, в отличие от Натали и остальных, испытывающих сомнения.
– Понимаю… Что же представляет собой дезинформация, которую вам следует нам передать, чтобы мы запаниковали и сдались?
– Они намерены заложить взрывчатку у вас в подвале.
Все долго молчат.
– Это правда?
– Частично. На самом деле после неудачи с поджогом бумаги и бензина Тамерлан стал искать более действенный способ и вспомнил формулу артиллерийского пороха, которую вычитал в Интернете, когда он еще работал: уголь + сера + селитра.
Вокруг меня собралось уже человек двадцать, включая Хиллари Клинтон, генерала Гранта, Натали и нескольких представителей человеческих сообществ.
– Они собираются взорвать нашу башню? – спрашиваю я.
– Собираются, – подтверждает Павел.
– Но ведь вы сами назвали это «дезинформацией», которую они решили нам подбросить, чтобы мы сошли с ума от страха, не так ли?
– Именно так.
– В чем же здесь неправда? – спрашиваю я с надеждой.
– Тут такое дело… Правда в том, что они нашли уголь и серу и принялись собирать то и другое в больших количествах. А вот селитры-то у них и нет.
Не знаю, радоваться мне или печалиться.
– То есть нам нечего опасаться?
– Пока что нечего, они еще не могут взорвать вашу башню. Но они ищут селитру.
– Ваша «дезинформация» должна вызвать у нас приступ паники. В чем она будет заключаться?
– Вы броситесь бежать. На выходе из башни вас станут убивать.
– Спасибо за предостережение, Павел. Но если я правильно поняла, чтобы не спалить ваше «прикрытие», нам нужно изобразить бегство?
– Все правильно.
Я выключаю микрофон и смотрю на Романа и Сильвена, тоже понявших ситуацию.
– Надо заставить их поверить, что он двойной агент, – говорит первый.
– Где гарантия, что он не «тройной» агент? – возражает второй.
– Павел манипулирует нами, на самом деле он на их стороне. Крыса есть крыса, – вступает в разговор Анжело.
– Твой сын прав, крыса не заслуживает доверия, – поддакивает ему Эсмеральда.
– Одно дело – поделиться сведениями, и совсем другое – точно знать, как ими воспользуются, – напоминает Натали.
– По-моему, доступ к знаниям делает… лучше, – говорю я.
– Лучше для кого? – спрашивает Роман. – Для них или для нас?
– Он получил от нас подарок и должен испытывать к нам благодарность.
Я еще не договорила, а уже вспомнила, что этот мир соткан из одной неблагодарности и что те, кто оказывает услугу, обычно не могут рассчитывать на признательность.
– Алло? Вы меня слышите? – окликает нас Павел.
– Да, простите. Итак, Тамерлан принял вас и даже поздравил с вашей… мутацией. Вы сообщили нам, что передали им информацию о положении в башне, чтобы добиться их доверия… Может быть, вы расскажете теперь, что происходит внутри постамента статуи Свободы?
– Они хотят вас перебить. Только об этом и думают.
– По вашим словам, пока что у них нет селитры, значит, они ничего не могут предпринять.
– В сущности, ваша судьба зависит от памяти Тамерлана. Он сказал, что читал, где добывают селитру, когда имел доступ к Интернету, но никак не вспомнит…
– То есть мы зависим от воспоминания, которое посетит или не посетит отдельную крысу…
Все мы, сидящие в компьютерном зале, переглядываемся, не зная, поздравлять нам друг друга или тревожиться.
Я продолжаю разговор:
– Можно поручить вам задание, Павел?
– Я вас слушаю.
Я иду ва-банк:
– Сможете убить Тамерлана?
– Это будет нелегко. Он все-таки во мне не уверен, – отвечает крыса-шпион.
Чувствую, нам не хватает какой-то яркой мысли.
– Может, натравить двух царей друг на друга? Попробуете, Павел?
Крыса раздумывает.
– Попробовать, пожалуй, можно. Сейчас они неплохо ладят, потому что у них есть общий враг – вы, но все равно они остаются двумя крайне самолюбивыми вожаками.
– Мы на вас рассчитываем, Павел. В ваших лапах не только наше будущее, но и будущее всех на свете. Все зависит от вашего таланта разведчика.
Связь прерывается.
– Павел нами манипулирует! – заявляет генерал Грант, слушавший переговоры. – Какие у него причины нам помогать? Никаких! Он сам говорит, что, пугая нас, подбивает попробовать покинуть башню. Из-за него мы, спасаясь от вымышленной угрозы, можем подвергнуться смертельной опасности.
– Он доносит, что крысы обзавелись серой и углем, но им недостает селитры, – напоминает Роман.
Люди оживленно переговариваются.
– Он сказал, что перешел на нашу сторону.
– Он ведет тройную игру.
– Он лжет.
– Что взять с крысы?