Бернард Корнуэлл – Убийца Шарпа (страница 22)

— Это еще кто? — спросил Шарп.

— Наш новый майор, сэр, — ответил Чарли Веллер. — Прибыл вчера вечером, привел с собой двадцать новобранцев.

Шарп решил, что лучше держаться от нового командира его батальона подальше, и направил коня к домам на краю площади. Но в этот момент новый майор обернулся и заметил его. Шарп осадил лошадь и уставился на него, не веря собственным глазам. Затем он пришпорил коня и направился прямо к майору.

— Ты, — выдохнул он.

— Шарп, — отозвался майор с тем же бесконечным изумлением.

— Слово, которое ты лихорадчно подыскиваешь, — произнес Шарп, — это «сэр».

Он ждал. Майор заартачился, бросил взгляд на батальон, затем снова на Шарпа.

— Сэр, — выдавил он через силу.

— Слезай с коня, майор, — прорычал Шарп, — и за мной.

Он не стал дожидаться, подчинится ли тот, спрыгнул на землю и зашагал к узкому переулку между двумя лавками. В тупике обнаружился крохотный дворик, заваленный сломанными ящиками. Там Шарп и остановился, скрытый от глаз батальона, поджидая майора.

Это был высокий мужчина в ярко-красном мундире, что еще не успел выцвести в походах. Шарп помнил его красавцем, но былую привлекательность сгубили излишества и алкоголь. Входя в тесный дворик, майор споткнулся.

— Чарльз Моррис, — Шарп произнес это имя так, словно оно оставляло во рту вкус гнили.

— Давно же мы не виделись, — сказал Моррис, — полковник.

— И Герцог назначил тебя майором в мой батальон.

— Именно так.

— Теперь я служу в его штабе, — отрезал Шарп, — и у меня есть большое желание попросить его убрать тебя отсюда к чертовой матери.

— Послушайте, Шарп...

— Сэр! — взревел Шарп. — Обращайся ко мне «сэр»! — Он выдержал паузу, но Моррис промолчал. — Я всё надеялся встретить тебя, Чарли, поганый ты ублюдок. Мечтал об этом без малого пятнадцать лет.

— Нет никакой нужды... — начал было Моррис, но, увидев лицо Шарпа, осекся.

— Ты приказал меня выпороть, Чарли, и прекрасно знал, что на это не было оснований. Ты и этот выродок Хейксвилл.

— Сержант Хейксвилл был отличным солдатом...

— Хейксвилл был куском дерьма, как и ты, и я имел удовольствие лично наблюдать, как он издыхает.

Моррис прижался к кирпичной стене. Дверь одного из домов приоткрылась, и седовласый старик выглянул наружу, желая узнать причину шума. Стоило ему бросить взгляд на лицо Шарпа, как он тут же спрятался обратно, на всякий случай задвинув засов.

— Хейксвилл был лживым куском дерьма, и тебе это было известно. — Шарп шагнул к Моррису.

— Я не... — начал Моррис, но голос его дрогнул.

— Позволь мне просветить тебя, Чарли, — сказал Шарп. — Я был ранен столько раз, что и не упомнить. Мушкетные пули, осколки гранат, сабли и штыки, но ни одна из этих ран не была такой болезненной, как та порка. И ты знал, что я ее не заслуживал.

— Я не... — снова начал Моррис и снова запнулся.

— И с тех самых пор, Чарли, я грезил о том, как найду тебя. Мечтал о возмездии.

Моррис глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки.

— Возмездие? Вижу, повышение благотворно сказалось на твоем словарном запасе, Шарп.

Шарп ударил его. Он всадил кулак в жирный живот Морриса, заставив майора согнуться пополам.

— Не смей со мной разговаривать в таком покровительственном тоне, Чарли. Теперь я полковник, и ты будешь обращаться ко мне, добавляя «сэр». Пока что ты командуешь моим батальоном, а это отличный батальон. — Он подождал, пока Моррис выпрямится. — Так что позволь мне объяснить правила, Чарли. Ты меня слушаешь?

Моррис сумел кивнуть. В его глазах стояли слезы, а лицо исказила гримаса боли.

— Тогда слушай внимательно. Ты всегда любил пороть людей, потому что ты слабак. Но в моем батальоне пороть никого не будут, усек? И если до меня дойдет хоть слух, что по твоему приказу кого-то высекли, я найду тебя, раздену до пояса и спущу с твоей спины шкуру. Ты меня понял?

Моррис снова кивнул.

— Ты меня понял?! — почти прокричал Шарп.

— Да, — выдавил Моррис и после паузы добавил: — Сэр.

— Там служат достойные люди, — сказал Шарп, — и сражаются они храбро. Тебе этого никогда было не понять. Хоть одна порка, Чарли, и я оголю твои ребра.

Он отступил на шаг, и в этот момент из переулка показался Патрик Харпер.

— Мистер Шарп, — произнес Харпер, окинув взглядом забитую фигуру Морриса, — мистер Фокс интересуется, где вы пропадаете, сэр.

— Пусть интересуется, Пэт. Помнишь, я рассказывал тебе про майора Чарльза Морриса?

— Еще бы, сэр.

— Последний раз я слышал о нем, когда он был ещё в Дублине. А теперь он оказался здесь.

— Так это он и есть, сэр?

— Жалкий кусок дерьма, собственной персоной.

— Это он приказал вас выпороть, сэр? Тот самый?

— Он, Пэт. — Шарп протянул руку и похлопал Морриса по щеке. — Хочу познакомить тебя с полковым сержант-майором Патриком Харпером, Чарли. Мы с ним вместе захватили французского «Орла», и, если ты выпорешь хоть одного человека в моем батальоне, Патрик Харпер лично возьмет в руки кнут, которым высекут тебя.

— Это будет истинное удовольствие, мистер Шарп, — ухмыльнулся Харпер.

— А теперь возвращайся к моему батальону, Чарли, — сказал Шарп, — и не забудь о данном тебе обещании.

Моррис замялся, явно не желая показываться на площади, пока не придет в себя, но выразительный кулак Шарпа убедил его сдвинуться с места. Шарп последовал за ним.

— Что вы с ним сделали? — спросил Харпер.

— Врезал разок, только и всего.

— Вид у него не самый счастливый, — хохотнул Харпер.

Удар в живот сбил у Морриса дыхание, он слегка пошатывался, выходя из переулка, а затем с трудом взобрался в седло. Личные Волонтеры Принца Уэльского наблюдали за этой сценой, а затем, узнав своих ребят среди всадников, следовавших за Шарпа, добродушно заулюлюкали. Шарп, снова оказавшись в седле, помахал им, и улюлюканье сменилось приветственными криками, которые провожали его, пока он ехал на запад.

Алан Фокс пришпорил коня, поравнявшись с Шарпом.

— Что это было? — поинтересовался он.

— Много лет назад, — ответил Шарп, — я был рядовым в тридцать третьем полку, а этот кусок дерьма был моим ротным офицером. Он приказал меня выпороть за то, чего я не совершал. Это было еще в Индии, мистер Фокс.

— И теперь он командует вашим батальоном?

— Скажем так, я только что внушил ему страх Божий.

Фокс рассмеялся:

— Вид у него был такой, будто он встретил самого дьявола!

— Может, так оно и было.

Они покинули город через древние ворота, которые теперь охраняли «красные мундиры», затем миновали горнверк[18], захваченный легкими ротами британской гвардии — именно эта победа вынудила гарнизон сдаться. Выехав на дорогу, ведущую к югу, Шарп снова повернулся к Алану Фоксу.

— Сколько миль до Парижа? — спросил он.

— Полагаю, около девяноста, — ответил Фокс. — Три или четыре дня пути.