Бернард Корнуэлл – Убийца Шарпа (страница 24)

— Вам повезло, что вы нашли двенадцать, говорящих по-английски, — вставил Харпер.

— Вы хоть слово понимаете по-французски, сержант? — спросил Фокс.

— Храни Господь Ирландию, нет. Разве что малость по-испански, ну и на гэльском.

— И что вы сделаете, если вас окликнут?

— Как вы и советовали, сэр. Мы американские моряки. Прямиком из Балтимора!

Пока они ехали на север, Фокс внушал своей дюжине, что они должны выдавать себя за американских матросов, застрявших в Париже, пока их корабль заблокирован королевским флотом в Шербуре. Маскировка была так себе, а уж с учетом их оружия и вовсе выглядела сомнительно, но Харперу идея пришлась по душе.

— У меня в Балтиморе кузен живет, — рассказывал он Фоксу. — Всегда мечтал его навестить. Вот было бы славное путешествие!

— Наше путешествие почти закончено, — прервал его Фокс.

Они съехали с моста, и он повел их на запад по северному берегу Сены. На реке стояли огромные баржи на приколе, на некоторых лязгали водяные колеса.

— Мельницы, Шарп, и прачечные, — пояснил Фокс, а затем свернул на север неподалеку от Лувра. — А теперь держите ухо востро! — предупредил он.

Узкая улочка внезапно нырнула в такие трущобы, каких Шарп не видывал даже в лондонском Ист-Энде. Только что за спиной остались величественные дворцы и регулярные сады, и вот они уже в зловонном проулке среди мрачных домов. Посреди мостовой текла канава, полная нечистот. Запах показался Шарпу, выросшему в лондонских притонах, до боли знакомым, как и люди вокруг. Женщины, истощенные и одетые в лохмотья, редкие мужчины, бросающие исподлобья угрожающие взгляды. Дети клянчили монеты. Шарпу пришлось пригнуться, проходя под нависшим над дорогой эркером. Из подворотни на него смотрела молодая женщина с темными провалами глаз.

— Месье? — тихо позвала она.

— Это квартал «несчастных», — заметил Фокс.

— Похоже на то.

— На местном наречии это обозначает «шлюх», полковник.

— Для «солдат» такое обозначение тоже годится, — отозвался Шарп. Он окинул взглядом облупившиеся стены и вдохнул вонь дерьма. — Напоминает мне Сент-Джайлс.

— Тот, что в Лондоне?

— Рядом с Ковент-Гарденом. Паршивое место.

— Как и это. Здесь тебе легко перережут глотку за медный грош.

Фокс петлял по крошечным улочкам, пока наконец не остановился у массивной деревянной двери.

— Рю Виледо, — объявил он. — Наш новый дом.

На двери висел замок, но у Фокса был ключ. Он с натугой распахнул тяжелую створку.

— Заезжайте.

Это был склад. Крысы метнулись в стороны, как только всадники въехали внутрь.

— Здесь мы и расположимся, — объявил Фокс, когда тяжелые двери были надежно заперты.

Он спешился и принялся расхаживать вдоль стен огромного помещения, где на деревянных стеллажах рядами стояли картины.

— Удивительно, что их до сих пор не украли, — заметил Фокс. — Если кто-то попытается вломиться, даю вам полное право их убивать. В этом районе трупами никого не удивишь.

— Неужто вы здесь жили, сэр? — спросил Шарп, удивляясь, что логово Фокса находится в такой дыре.

— Нет, у меня есть жилье неподалеку от дворца Тюильри, но, полагаю, те, кто меня арестовал, вынесли оттуда всё дочиста. А здесь был мой склад.

— И они его не тронули?

— Надеюсь, они о нем просто не знали. Я останусь здесь с вами. Нам нужно пристроить лошадей и купить провизию.

— Одеяла бы тоже не помешали, — добавил Шарп.

— Одеяла, еда и вино, — кивнул Фокс. — Во дворе за домом есть колонка с водой, а внутри — небольшая комнатка с печью. Устроимся с комфортом.

— И смуч![19] — вставил Батлер.

— Смуч? — Фокс недоуменно поднял брови.

— Чай, — перевел Шарп.

— Уверен, чай мы сможем найти. Кофе, черт бы его побрал, раздобыть невозможно из-за блокады Королевского флота, но чай каким-то образом просачивается. Одному Богу известно как. Я всё это организую, а вы, может, пока осмотрите окрестности? — предложил Фокс Шарпу. — Выходите за дверь, за воротами поверните налево, и довольно скоро окажетесь в цивилизованном месте.

Фокс ушел, и Шарп приказал людям оставаться на складе, а сам вместе с Харпером отправился на разведку. Винтовки пришлось оставить. Свой тяжелый кавалерийский палаш Шарп повесил на один из стеллажей. Вместо него он заткнул за пояс штык-нож, а в глубокий карман сюртука сунул заряженный пистолет, когда-то принадлежавший мужу Люсиль.

— Господи, ну и дыра, — заметил Харпер.

— Я вырос в похожем месте, — отозвался Шарп. — В Дублине небось тоже трущоб хватает?

— Хватает, спаси их Господь, и чем скорее я в них вернусь, тем лучше.

— Ты можешь возвращаться к ним хоть сейчас, — сказал Шарп. — Тебе здесь торчать незачем.

Харпер ухмыльнулся:

— Мы с вами давно вместе, сэр. Неужто вы хотите, чтобы я пропустил финал этой истории?

— Это не финал, — отрезал Шарп, — это чертов бардак. Мы должны найти этих убийц. Но как?

— Мистер Фокс должен знать способ.

Шарп лишь хмуро буркнул что-то в ответ. Они пробирались по зловонным улочкам и переулкам. Огромного роста Харпера и шрамов на лице Шарпа было более чем достаточно, чтобы отпугнуть любого, кто провожал их взглядом.

— Он вам хоть что-нибудь рассказал? — спросил Харпер.

— Говорит, у него есть имя, с которого можно начать, — недовольно ответил Шарп, — а больше ничего.

Они выбрались из трущоб на широкую элегантную улицу рядом с величественным дворцовым зданием. Повернули на восток, просто бродя без цели, и Шарп снова отметил нищих, сидевших у каждого порога. В Лондоне было бы то же самое. Внезапно его охватила острая тоска по Нормандии.

— Храни Господь Ирландию, вы только посмотрите на это! — Харпер прервал его мысли.

Шарп поднял глаза и увидел, что они вышли на огромную открытую площадь, в центре которой возвышалась гигантская колонна, увенчанная статуей.

— Это еще кто, черт возьми?

— Должно быть, ваш приятель! — хохотнул Харпер. — Наполеон!

Шарп поморщился:

— Скоро его оттуда снимут.

— Поставят к стенке перед расстрельной командой, и дело с концом. Куда мы идем?

— Никуда.

— Может, выпивка поможет определиться с целью?

В боковом переулке они нашли кабачок. Шарп заказал пива, которое Харпер обозвал лошадиной мочой, но выпил с удовольствием. Безногий калека, всё еще одетый в синий форменный мундир, подковылял к их столу на коротких костылях и протянул помятую оловянную кружку.

— Где тебя покалечило? — спросил его Шарп.

— В Испании, месье.

— Где именно?

— При Саламанке.

— Я тоже там был, — сказал Шарп.