Бернард Корнуэлл – Шторм Шарпа (страница 43)

— Боже, ну и бой. — Шарп, прихрамывая, побрел в гору, остановившись лишь раз, чтобы вытереть клинок пучком мокрой травы, затем осушил его о куртку мертвого француза и с лязгом вогнал в металлические ножны. — Надо сказать спасибо Сэму Андерсону, — сказал он Харперу.

— Вы ранены, сэр.

Толстая щепка, отколотая от ложи его винтовки, торчала из бедра.

— Вытащи ее, Пэт.

— Лучше бы хирургу это сделать, сэр.

— К черту хирурга, тащи.

Щепка вышла довольно легко, кровь не хлынула, так что Шарп рассудил, что рана пустяковая. Добравшись до вершины, он глянул влево и вправо. Строй красных мундиров и португальцев удержал всю линию холмов. Французы откатились в низину, оставив за собой склоны, усеянные ранеными и умирающими. Шарп шел, пока не скрылся из вида двенадцатифунтовок. Его батальон снова выстроился в линию, но линия эта прискорбно сократилась, и он вздрогнул при мысли о том, какие потери будут в рапорте.

— Будем надеяться, ублюдки не полезут снова, — сказал он Харперу. — Нас теперь и колонна церковных певчих в клочья порвет.

— Они тоже потеряли людей, сэр. Больше нашего.

— Надо переправить раненых на ферму. — Шарп пытался сообразить, что нужно сделать, хотя единственным его желанием было лечь на мокрую траву и уснуть. Он посмотрел на Легкую роту и с облегчением увидел, что Дэн Хэгмен жив. — Дэн!

Хэгмен подошел с встревоженным видом.

— Вы ранены, мистер Шарп?

— Царапина, Дэн.

— Ну и драка была, сэр.

— Была. Займи позицию на гребне, голову не высовывай и приглядывай за ублюдками для нас. Кричи, если покажется, что они вдруг захотели добавки.

— Они не вернутся, мистер Шарп, не после того, что мы с ними сделали.

— Надеюсь, ты прав, Дэн. А теперь ступай.

Хэгмен лег на гребне, укрывшись за парой трупов в красных мундирах, а Шарп, прихрамывая, направился к группе офицеров позади батальона.

— Сегодня вечером будем копать могилы, Пэт.

— Лучше копать, чем в них лежать, сэр.

Питер д`Алембор отделился от собравшихся офицеров и поспешил к Шарпу. Он поморщился, увидев кровь, которой был пропитан Шарп.

— Мы провели быстрый подсчет, сэр.

— Помоги нам Бог, — сказал Шарп. — Говори.

Вместо ответа д`Алембор протянул клочок бумаги, на котором карандашом было нацарапано число 434.

— Это боеспособные, сэр, насколько я могу судить.

— Боже правый, — выдохнул Шарп. Он попытался вспомнить, сколько людей было у него в начале, и прикинул, что они потеряли убитыми и ранеными не меньше сотни.

— Некоторые раненые поправятся, сэр, — сказал д`Алембор.

— Будем надеяться, что все они поправятся, — ответил Шарп, зная, что будет удачей, если хотя бы половина раненых восстановится достаточно, чтобы вернуться в строй. Он сунул бумажку в патронную сумку. — Ты хорошо справился, Питер.

— Я ничего не сделал, сэр.

— Ты ввел подкрепления, верно? Откуда взялись португальцы?

— Папаша Хилл прислал их. Это был его последний резерв.

— Слава Богу за них. Мы потеряли кого-нибудь из командиров рот?

— Карлайн и Питерс, сэр, и Гарри Прайс ранен.

Шарп вздрогнул.

— Тяжело?

— Сломана рука, сэр, но жить будет.

— Тогда тебе лучше снова свести нас в восемь рот.

— Я так и думал, сэр.

— Жаль Карлайна, — сказал Шарп, — он подавал надежды. — Он похлопал д`Алембора по плечу. — Я хочу поблагодарить Сэма Андерсона, а потом проведать раненых, так что ты командуешь, пока я не вернусь. Если ублюдки полезут снова на холм, просто убивай их без разбора.

— Будет сделано, сэр, — ответил д`Алембор.

Шарп заметил в строю Чарли Веллера.

— Чарли!

Веллер подбежал к нему и, как и д`Алембор до этого, с ужасом посмотрел на кровь, пропитавшую Шарпа с головы до ног.

— Сэр?

— Беги на ферму, Чарли, и приведи мою лошадь. Не Сикораксу, а ту, что одолжил мне лорд Веллингтон.

— Есть, сэр! — Веллер, деревенский парень, любил возиться с лошадьми и радовался любой возможности проехаться верхом.

— Одна нога здесь, другая там, Чарли.

Шарп снова повернулся к д`Алембору.

— Сомневаюсь, что ублюдки попробуют снова, Питер, а если даже и наберутся решимости, то к нам уже подходят подкрепления. — Он видел два свежих батальона, марширующих к вершине холма. — Но парни сражались хорошо, чертовски хорошо.

— Так и есть, сэр.

— Мы исполнили свой долг, Питер, все мы, разрази нас Господь.

— Как и адмирал, сэр, — с весельем в голосе заметил д`Алембор.

— Сэр Джоэл? — Шарп на мгновение забыл об адмирале. — А что он сделал?

— Сплотил 71-й полк, сэр. Даже раздобыл им где-то волынщика, а потом прибыл Старина Грог Вилли и принял на себя командование.

— Старина Грог был здесь?

— И метал молнии, — отозвался д`Алембор все так же весело.

Стариной Грогом Вилли называли генерал-лейтенанта сэр Уильям Стюарта, воинственного шотландца, которого Шарп помнил еще с первых дней службы стрелком. Стюарт был одним из основателей новых стрелковых полков и сторонником вербовки ирландцев, подобных Харперу, поскольку утверждал, что они обладают врожденной свирепостью, бесценной в бою. Он также считал, что дух его людей нужно укреплять частыми порциями рома. Он был очень популярен в армии.

— Старина Грог повел их вперед, сэр, — продолжил д`Алембор, — и они дрались как тигры.

— Это всегда был хороший полк, — сказал Шарп, — пока не явился этот дурак Пикок.

Он взглянул на 71-й, который, казалось, пострадал не меньше, чем Южный Эссекс, если не больше, и его взгляд зацепился за рыжеволосого солдата.

— Я вернусь через минуту, — бросил он д`Алембору и зашагал к шотландцам. — Ты! — крикнул он человеку, которого заметил. Дюжина солдат обернулась к нему, но он указал на рыжего. — Ты! Ко мне!

Человек, ростом гораздо ниже Шарпа, неохотно подошел к майору, стоявшему в двадцати шагах позади потрепанного батальона.

— Имя? — резко потребовал Шарп.

Солдату пришлось повторить имя трижды, прежде чем Шарп смог разобрать его сквозь густой шотландский акцент.

— Хэмиш Макналти, верно?