Мы все решили
И действовать готовы.
Что за пылкость!
А впрочем, ты в ней знаешь толк.
Откуда
Тебе известно это, бочка с салом?
От дочери родителей твоих.
Семпрония, оставь его. Он шутит,
А думать нужно о вещах серьезных.
Аврелия сказала, что держалась
Ты с ними, как мужчина и оратор.
Иначе быть и не могло. Должны
Мы к делу перейти, а не дрожать
И ждать, пока наступит миг удобный.
Разумные слова!
Наш заговор
Победой увенчается. Немногим
Рискуем мы.
Аврелия, зови
Подруг к столу. Как! Фульвия исчезла?
Нет, просто голубки уединились.
Бедняжка так устала от сиденья!
И потому не терпится вам лечь?
Семпрония, мне в самом деле худо.
Прошу хозяйку извинить меня:
Здоровье я должна беречь. Прощайте.
Уж за полночь. Домой я отправляюсь,
Но Курия оставлю вам.
Прощай.
Спеши к нему. Пусть он скликает стражу,
Затем что за Цетегом вслед туда
Направятся Корнелий с Варгунтеем,
Которым напускное дружелюбье
Скорее доступ к консулу откроет,
Чем дерзкий вид предшественника их.
Идем к носилкам. Кстати доложи,
Что был здесь Цезарь.
Фульвия, ужели
Ты нас покинешь?
Милый Катилина,
Я что-то расхворалась.
Ну, желаю
Тебе здоровья. Проводи к носилкам
Ее, Лентул.
Почту за долг и счастье.
Кого я только не избрал орудьем:
Безумцев, нищих, потаскух, глупцов,
Преступников и честолюбцев — словом,
Всю накипь Рима. Что ж! Нельзя иначе.
Ведь каждый на своем полезен месте:
Раб нужен, чтобы груз таскать, слуга —
Чтоб разводить огонь, мясник — чтоб резать,
А виночерпий — чтобы отравлять.
Вот точно так же и друзья мне служат:
Лентул — приманкой, палачом — Цетег,
А соглядатаями и бойцами —
Лонгин, Статилий, Курий, Цимбр, Цепарин
Со сворою изменниц и воровок,
Которым по привычке имя женщин
Присваиваем мы, хоть эти твари
Способны удушить родного мужа,
Коль он упрям, ограбить — коль покладист,
Чтоб только денег на разврат добыть.
Ужели не удастся Катилине
С их помощью так дело повернуть,
