Бен Джонсон – Пьесы (страница 112)

Он есть у вас? Да, камень-повелитель, Мне, господину своему, подвластный. Он сотворен для нас с тобою здесь Беднягой этим, добрым стариканом. Сейчас он довершает превращенье. Задумай что-нибудь; твое желанье Дай мне услышать — и к тебе на лоно Прольется дождь, — нет, водопад, — нет, море, — Нет, океаны золота! Вы, верно, Сыграть хотите на тщеславье женском? Хочу, чтоб ты, краса и гордость женщин, Почувствовала, что в квартале Фрайерс Тебе не место, что тебе нельзя Жить замкнуто, учиться врачеванью, А научась, лечить жену констебля В каком-то Эссексе. Царить должна ты, Дышать дворцовым воздухом и пить Прославленные зелья шарлатанов: Кораллово-жемчужные настои, Отвар из золота и янтаря; Блистать на празднествах и торжествах, Ловить всеобщий шепот: «Что за чудо?» Притягивать к себе глаза придворных, Чтобы в твоих они воспламенялись, Как в стеклах зажигательных лучи. Надень брильянты двадцати держав, И станут лица королев бледнеть, Едва они твое услышат имя, И наш союз затмит своею славой Историю Поппеи и Нерона![117] Вот как все будет! Я бы согласилась... Но разве это все у нас возможно? Проведает король — и даст приказ Схватить вас вместе с этим вашим камнем, Считая, что отнюдь не подобает Такая роскошь подданным его. Да, если он узнает. Вы ж готовы Секрет свой всем раскрыть! Нет, лишь тебе. Ах, берегитесь, сэр! Не довелось бы В тюрьме вам провести остаток жизни За эту болтовню. Твой страх законен, И потому, дитя, мы переедем В свободную страну, где будем есть Кефаль под соусом из лучших вин, Фазаньи яйца, отварных моллюсков В сребристых раковинах и креветок, Купающихся, как живые, в масле Из молока дельфиньего, чьи сливки Опалом отливают. Возбуждаясь Невиданными яствами такими, Страсть будем утолять мы вновь и вновь И в эликсире снова черпать силы И свежесть чувства. Радости любви И жизни не прервутся никогда. Наряды у тебя богаче будут, Чем у самой природы, и менять их Ты станешь чаще, чем она и даже Ее слуга, премудрое искусство, Чьи перевоплощения, бессчетны.