Базиль Сперанский – Эхо Лофта (страница 4)
* * *
Алиса, перед сном листая ленту в бессильной попытке отвлечься от мыслей о Марке, инвесторах и Соне, вдруг замерла. В сторис у одного знакомого дизайнера мелькнула репостнутая сторис от sonya.muse. Фото. Интерьер какого-то клуба. Женская рука с вином. И мужская рука на переднем плане… сжимающая два обломка стилуса, склеенные воедино знакомой лазерной гравировкой: «А.Курганова».
Время остановилось. Потом сердце упало куда-то в ледяную бездну. Он был с ней. С Соней. И он держал в руке ЕЕ сломанный стилус. Как трофей? Как напоминание? Как часть какой-то их… игры?
Ярость, белая и беспощадная, захлестнула Алису. Она выключила телефон, швырнула его на кровать и погасила свет. Но в темноте горели только два образа: насмешливые глаза Сони из ее инстаграма и рука Марка, сжимающая обломки ЕЕ мира. «Цифровой варвар» оказался куда опаснее, чем она думала. И игра, похоже, только начиналась. И она, Алиса Курганова, которая вычертила свою жизнь по линейке, вдруг оказалась на минном поле, не имея ни карты, ни плана разминирования.
Глава 3. Трещины
Утро после той сторис встретило Алису ледяным комом в груди. Сон не пришел. Вместо него – карусель образов: насмешливый взгляд sonya.muse, рука Марка, сжимающая обломки ЕЕ стилуса как трофей, его возможный смех над ней в полумраке того клуба. Ярость, унижение и что-то еще, острое и колючее – ревность? Нет, не ревность. Профессиональная брезгливость. Так она себе сказала, глядя в безупречное отражение в зеркале ванной. Сегодня она выбрала костюм-футляр стального цвета – свою броню. Никаких слабостей.
Офис «Стекло и Бетон» казался слишком ярким, слишком шумным. Алиса шла по коридору к временному кабинету, выделенному под проект «Эхо Лофта», чувствуя, как на нее смотрят. Или ей казалось? Света встретила ее с двойным эспрессо и тревожным взглядом.
«Алиса, там… – ассистентка мотнула головой в сторону кабинета. – Его уже ждут.»
«Кого?» – спросила Алиса, хотя сердце уже упало. Она знала.
«Марка Волкова. И… какой-то парень с коробкой. Говорит, это тебе.»
Алиса расправила плечи, взяла эспрессо. Горечь кофе на языке была кстати. «Отлично. Начнем день с приятного.»
Она вошла в кабинет. Марк стоял у окна, спиной к двери, его поза была напряженной. Рядом, переминаясь с ноги на ногу, стоял молодой парень в худи и с очками в толстой оправе – техник Леха, державший большую коробку Apple. На столе красовался новый стаканчик кофе из «Зерна».
Марк обернулся. Его лицо… Он выглядел усталым, осунувшимся. Тени под глазами были глубже, чем вчера. Но в серых глазах горел тот же странный огонь – тревоги, вины, вызова? Он встретился с ее взглядом, и Алиса почувствовала, как по спине пробежал разряд. Короткое замыкание. Он видел сторис. Он знал, что она видела.
«Курганова, – начал он, его голос был хрипловатым, без обычной бравады. – Это Леха, мой техник. Мы… привезли компенсацию. Новый iPad Pro. Стилус. Самый последний.» Он кивнул Лехе. Тот робко протянул коробку.
Алиса не двинулась. Она поставила свой эспрессо на стол, медленно, с преувеличенной точностью. Ее пальцы слегка дрожали, и она сжала их в кулаки за спиной.
«Как трогательно, господин Волков, – ее голос звенел, как лед. – Цифровой вандал приносит дары. Утром. После… приятного вечера.» Она бросила взгляд на кофе на столе. «И даже кофе принес. Из «Зерна». Точно как вчера, когда вы врезались в меня. Символично.»
Марк сжал челюсть. «Алиса… Послушай. Насчет вчерашнего вечера…»
«Меня зовут Алиса Сергеевна, – перебила она ледяным тоном. – И меня не интересуют ваши вечерние развлечения, господин Волков. Даже если они включают выставление напоказ… обломков моего имущества.» Она подошла к столу, взяла стаканчик его кофе. И, не сводя с него ледяного взгляда, медленно, демонстративно опрокинула его в мусорное ведро рядом с его ногами. Темная жидкость забрызгала его джинсы и чистый пол. Леха ахнул. «Ваш кофе мне не нужен. Как и ваши… подачки.»
Марк вздрогнул, глядя на пятна на джинсах, потом поднял на нее взгляд. Его глаза вспыхнули. Не виной, а яростью. «Подачки? Я пытаюсь возместить ущерб, который, да, я причинил! По глупости! Я не виноват, что ты увидела…»
«Вы не виноваты? – Алиса засмеялась резко, безрадостно. Она подошла к нему вплотную. Запах его – кофе, кожи, что-то древесное – ударил в нос, смешавшись с ее адреналином. – Вы опоздали на совещание. Вы врезались в меня. Вы разбили мой планшет. И вы… – она ткнула пальцем ему в грудь, игнорируя его взгляд, полный бурлящей ярости и чего-то еще, – вы сидели вчера в каком-то подвале с этой… sonya.muse, и держали обломки моего стилуса, пока она выставляла это на всеобщее обозрение! Как трофей? Как шутку? Чтобы показать, как легко ломаются планы и вещи хрупкой архитекторши?»
Каждое «вы» звучало как пощечина. Марк поймал ее запястье, когда она снова ткнула его в грудь. Его пальцы были горячими, сильными. Алиса попыталась вырваться, но он держал крепко. Их лица были в сантиметрах друг от друга. Дыхание смешалось – ее частое, гневное, его прерывистое, сдавленное.
«Ты ничего не понимаешь! – прошипел он. Его глаза метали молнии. – Я не планировал эту встречу! Я не хотел, чтобы она сфотографировала этот чертов стилус! Она… Соня… Она играет в свои игры! А этот стилус… – он вытащил из кармана джинсов обломки, все еще склеенные воедино, и сунул их ей в свободную руку. – Я подобрал его под дождем! Я не бросил! Я…» Он запнулся, будто осознав, что говорит слишком много. Слишком лично. «…Я просто хотел вернуть его. Целый. Но не смог.»
Алиса смотрела на обломки в своей руке. На его пальцы, сжимающие ее запястье. На его глаза, в которых бушевала буря – ярость, отчаяние, странная искренность. Его тепло проникало сквозь рукав блузки. Это было невыносимо. Слишком близко. Слишком интенсивно.
«Пустите меня, – прошептала она, голос вдруг потерял силу. – Сейчас же.»
Марк замер. Его взгляд упал на ее губы, потом снова в глаза. Напряжение между ними достигло критической точки. Это уже не была просто ярость. Это было нечто первобытное, магнетическое. Леха замер, боясь пошевелиться.
Вдруг Марк резко отпустил ее запястье, как будто обжегся. Алиса отпрянула, потирая руку. На коже осталось красное пятно от его пальцев.
«Забери свои… дары, – сказала она тихо, но каждое слово било, как молот. Она бросила обломки стилуса на стол рядом с коробкой от планшета. – И убирайтесь. Оба. Сейчас. Из моего кабинета. С моего проекта.»
Марк стоял, тяжело дыша, сжимая и разжимая кулаки. Его взгляд скользнул по обломкам на столе, потом по ее лицу – бледному, но непреклонному.
«Проект не только твой, Курганова, – глухо сказал он. – И я не уйду.»
«Убирайтесь, – повторила Алиса, не повышая голоса, но в нем звучала сталь. – Пока я не вызвала охрану. И пока я не отправила инвесторам подробный отчет о вчерашнем… перформансе с участием ключевого партнера и его… музы. С фотоподтверждением.» Она взяла смартфон в руку, демонстративно открыв мессенджер.
Это подействовало. Марк побледнел. «Ты не посмеешь…»
«Попробуйте меня остановить, господин Волков, – Алиса улыбнулась ледяной улыбкой. – У вас есть тридцать секунд. Леха, уберите, пожалуйста, этот хлам со стола.» Она показала на коробку и обломки.
Леха метнулся, схватил коробку и обломки стилуса, зажав их под мышкой. Марк смотрел на Алису с таким смешанным чувством ненависти, уважения и чего-то невероятно болезненного, что ей стало почти не по себе. Он медленно покачал головой.
«Это война, Курганова?»
«Это профессионализм, Волков. Которого вам явно не хватает. Двадцать секунд.»
Он резко развернулся и вышел, хлопнув дверью так, что задрожали стекла. Леха шмыгнул за ним, как испуганный кролик.
Алиса осталась одна. Дрожь, сдерживаемая все это время, охватила ее с головы до ног. Она прислонилась к столу, чтобы не упасть. На столе осталось пятно от опрокинутого кофе. Она смотрела на него, чувствуя, как комок подступает к горлу. Он подобрал стилус под дождем. Он хотел вернуть его целым. Глупость. Сентиментальная глупость варвара. Не имеющая никакого значения перед лицом его поведения с Соней и угрозы проекту.
Ее телефон завибрил. Уведомление от Instagram: sonya.muse начал(а) читать вас. Алиса замерла. Соня следила за ней. Прямо сейчас. После вчерашнего. После утреннего скандала.
Затем пришло сообщение. С незнакомого номера, но Алиса сразу поняла, от кого.
> «Алиса Сергеевна. Это Соня Петрова. Мы не знакомы, но я чувствую, нам есть что обсудить. Марк… он такой импульсивный. И непредсказуемый. Часто наносит ущерб, даже не желая того. Я знаю его давно. Могу помочь вам… взаимодействовать с ним. Или избежать ненужных проблем. Выпьем кофе? Без Марка. На нейтральной территории. Сегодня? Я в «Зерне» на Арт-Ядре до двух. Буду рада. Соня.»
Алиса сжала телефон так, что костяшки пальцев побелели. Наглость. Чистейшая наглость. Предлагать помощь? После того, как она публично высмеяла ее? Это была ловушка. Очевидная. Но…
Она посмотрела на пятно кофе на столе. На пустой стол, где должен был лежать новый планшет. На дверь, которую хлопнул Марк. Война? Нет. Это было минное поле. И Соня только что предложила ей карту. Сомнительную, опасную, но карту.
Алиса подошла к окну. Внизу, на парковке, она увидела Марка. Он стоял рядом со своим «мини-купером», яростно что-то говоря по телефону, жестикулируя свободной рукой. Леха робко стоял рядом с коробкой. Затем Марк резко бросил телефон на сиденье, схватился за голову и ударил кулаком по крыше машины. Даже отсюда было видно его отчаяние и ярость.