Байки Гремлинов – Неудержимость V (страница 6)
Пришлось в прострации махнуть бокал пива и отправиться к Томбе за одёжкой. Приблизившись к хижине скорняка, я услышал, во-первых, недалёкий орочий ржач, во-вторых, как Томба напевает: «Будь как дома, путник…»
Постучав в дверь, я вошёл в помещение мастера по коже, и Томба, словно счастливый пёс, заметался по мастерской. Он с ходу и без лишних вопросов выдавал мне части комплекта брони, которые подхватывал то тут, то там.
Я взглянул на изменившуюся внешне броню, что стала схожа с плащом Гравикобо, лишь кожа была немного толще. Да и в целом у меня возникало ощущение, что Томба сделал мне совершенно другую броню, выкинув мою старую. Но нет. Формы вещей остались теми же, сохранив название Скитальца. Затем взглянул на паренька.
Я стал переодеваться в неё, облачаясь в чешую колючей кустарниковой гадюки. Вот интересно, у сэта остался первый уровень, почему он не изменился? Спросил об этом у скорняка, на что получил ответ:
– Замена основного материала не является усилением. Чтобы повысить класс брони, можно дополнить его другими частями экипировки или добавлять к самим вещам новые элементы. В твоём случае возможно и то и другое. Если хочешь, я могу сделать тебе разгрузки, ремни, сумки, ножны? Материал ещё остался. Но за это я уже возьму плату. А ещё тебе самому надо будет попросить у кузнеца металлические предметы, чтобы я скрепил все детали. Давай сниму мерки с тебя и оружия… А по улучшению уже существующей экипировки, ну тут можно опять заменить основной материал на более высокий. Но и этот шикарен. Так что я бы посоветовал: лучше выбери для себя металл, подумай, какие именно места менее защищены для тебя, какие требуют подвижность. Определись с формой брони – кольчужная там, пластинчатая, чешуйчатая или цельнолитая. Да обратись к кузнецу. Можешь ещё с эльфом поговорить, он, может, предложит чего интересное. Они знатные работники с деревом.
Пока он ещё пояснял, я уже выложил весь свой арсенал, который я обычно использую. Пускай сделает всё, чтобы для каждой вещи было своё место. И уточнил у него одну загадочную тему:
– А что насчёт трансформации брони?
– В смысле? Я что, придал им свойство растяжения? Занятно… Это, наверное, из-за свойств самой кожи, ну ты понимаешь, у змеиной очень хорошая гибкость. Так, с тебя десять золотых, – он не стал раскрывать передо мной свой секрет и даже ни каким-либо образом не выдал своего замешательства. Ну да ладно, надо будет проверить, сможет ли костюмчик выдержать моё перевоплощение в драконайта. А ещё надо попросить у гнома, чтобы он наделал мне деталек из того самого металла. Как только Томба закончил мерки и сказал, что я могу зайти за вещами через час, я сразу выдал ему всю сумму и отправился к Сэти. Но вообще-то, когда я выдал скорняку монеты, я осознал, что из моих накоплений золотых пропало десять тысяч монет. Это, наверное, я давал кому-то вчера. Какому-то демону… То ли адской бабке… А главное, зачем? А ещё мне до сих пор было страшно заглянуть в логи, чтобы хоть как-то понять, что же я вчера натворил. Размышляя на тему вчерашнего дня, я на автопилоте дошёл до избы Сэти, открыл дверь, зашёл внутрь и сел на стул, продолжая думать. Опомнился я от щелчка пальцев перед глазами.
Сэтинэлия стояла передо мной и пыталась справиться с улыбкой, но ей никак не удавалось напустить на себя свой обычный серьёзный вид. И, сдавшись, она захихикала, сказав мне:
– Что ж ты так, бедолага, вчера дал лишку? Я ещё за всю свою жизнь никогда не видела подобного состояния…
Я посмотрел на неё исподлобья, а она принялась рассказывать про меня, при этом картинно взмахивая руками, словно и вправду деревенская баба:
– Знаешь, каким ты был? Взгляд пустой, словно у зомби. Движения марионетки, порванные, хлёсткие. Что ты говорил, сначала было сложно понять, потом догадалась, что ты в замедленном состоянии растягиваешь слова. А через раз убыстряешься, что в секунду говоришь фразу целиком. В голове безумство, что порождалось одной лишь фразой тебе. Скажешь, что ты собака, – и ты вставал на четвереньки и лаял. Твой разум порождал для тебя нереальный мир, что легко было продиктовать тебе. Если б тебе вчера сказали пойти и перерезать весь город, то ты бы так и сделал… Что с тобой было-то?
Она села на корточки передо мной, положив локти мне на колени, и заглянула в лицо, а я отвёл взгляд и буркнул:
– Ни хрена не помню. Всё началось, что мы пили Семирскую Наргу…
– Мать моя Дисат! Ой! Тц… – она закрыла ладонью рот, посмотрев на меня округлившимися глазами, а затем продолжила: – И сколько ты выпил?
Я пропустил её странную реакцию мимо и ответил:
– Там была бочка. Ну… на двадцать пятой чашке я перестал считать. Затем…
– Что-о?! – она, перебив меня, воскликнула. – Да ты очумел! Пять доз Нарги уже считаются смертельными! Как ты выжил?! А-а-а-а… Вот почему эликсир имел часовой эффект… Тебе надо другую концентрацию… Хм…
Она задумалась над своими мыслями, а я продолжил:
– Затем, по-моему… Я пил Харух…
– Что-о?! – она опять воскликнула. – Ты дебил? Или как? Да откуда ты вообще его достал? Это ж ритуальный напиток! Сколько глотков ты сделал?
Она очень серьёзно смотрела на меня, и я, поёжившись под её взглядом, пробурчал:
– Ну… У меня была амфора…
– Тво-ою-ю мать… – с ужасом протянула она и внезапно уткнулась мне лицом в пах, дико заржав.
– Эй! Ты чего?! Не говори мне только, что ты видела меня вчера голым! – я встревоженно попытался отстранить её голову от себя, а она продолжала дико хохотать. Но всё же отстранилась и, загадочно блеснув на меня глазами, встала. Она хотела уже отойти от меня, но с неё вдруг слетело всё веселье, и она, пригнувшись ко мне, резко схватила меня за подбородок, задрав к себе моё лицо. Принюхиваясь и пристально изучая моё лицо, она сурово отметила:
– Ты опять что-то натворил… что-то плохое… Тц! Не так. Другая сущность. Тебе срочно надо усмирять её!
Она отпустила моё лицо, направившись к котелку, где принялась варить зелье, но продолжила говорить:
– Я думала о другой последовательности, но, видно, сегодня, пока ещё не поздно, придётся тебя столкнуть с ней. Она начала съедать тебя намного быстрее. Это будет не так просто. Ты не успел подготовиться к встрече. Приготовься.
Её речь переросла в бурчание, и к чему готовиться, я так и не понял. Даже со своим превосходным слухом я не мог разобрать её слов. Возможно, она перешла на другой диалект. И я принялся с интересом наблюдать за её суетой и пристально рассматривать её тело. Сегодня она была одета в бело-розовое платье в стиле пин-ап, на котором были изображены красочные красные бутоны. Особый вырез декольте лифа вырисовывал соблазнительную ложбинку между огромных грудей. А короткая длина её юбки всё время норовила приоткрыть чуть больше дозволенного, поэтому я почти не отводил взгляда с её шикарных ног. Бегала она по комнате босиком, и, когда присаживалась или склонялась вперёд, я мог отлично лицезреть, как показывался её шикарный персик между ног. Порой она оглядывалась, ловя мой пристальный взгляд на своих ногах, и начинала для меня кокетливо вилять бёдрами. Её заводной вид ввёл меня в очередной транс, поэтому я так и не осознал, когда успел выпить её зелье, которое она успела сварить и подать мне. Я просто в очередной раз провалился в темноту, в которой и очнулся.