Бай Шаньхэ – Когда погаснут все огни (страница 1)

Бай Шаньхэ

Когда погаснут все огни

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2026

Иллюстрация на обложку Zialron

Внутренние иллюстрации JuBu

Великий Цикл, иначе называемый Великим Колесом, был приведен в движение Небесным Императором в начале всего сущего и поддерживается Госпожой Черного Жемчуга и Драконом Белого Нефрита.

Вечным и неуклонным движением Великого Колеса определяется развитие мира и всего, что в нем есть. Оно творит и отнимает жизни, создает и низвергает царства, пишет судьбы людей, небожителей, Многоликих и демонов. Те, кто живет с ним в гармонии, возносятся выше. Кто отягощается грехами – становятся все более низменными. Вращение Великого Колеса распределяет все на должные места сообразно внутренней природе.

Однако есть у него и темная сторона. Со временем оно становится все более уязвимым. Порой его ось запутывает энергии мира, выводя их из равновесия. Тогда на небе вспыхивает видимая лишь избранным багровая звезда, которую называют Оком Бездны. Под ее светом искажаются Завесы, разделяющие Четыре Предела: мир небожителей, населенный живыми Срединный Мир, Земли Духов и Бездну, где вечно ярятся ждущие своего часа демоны. В это время растет вероятность дурного исхода любого события, а цепочки случайных совпадений приводят к трагедиям. Мир замирает на опасной грани, ибо каждый восход Ока Бездны может знаменовать возвращение демонов из-за Врат Бездны и наступление Шестой Эпохи – времени зла и величайших бедствий, времени горя, жестокости и безжалостности.

Тысячи лет назад первый восход Ока Бездны стал знаком конца Яшмовой Ганьдэ, первой и величайшей державы людей. Ценой великих жертв мир удалось удержать на грани, но мрачным наследием той поры стали бессмертные – отвергнутые Небесами живые мертвецы, снедаемые вечной болью и голодом.

Места и названия

Яшмовая Ганьдэ – первая империя людей, существовавшая в Четвертую Эпоху, золотой век. Погибла две тысячи лет назад во времена первого восхода Ока Бездны. Ее упадок и гибель считаются мрачнейшим периодом в истории Срединного Мира.

Цзиньянь – крупнейшее и самое могущественное в настоящее время государство Срединных Земель, выросшее из крохотного княжества. Знак – золотой сокол на лазурном поле. Правящая династия – Тянь. Столица – Гуанлин.

Данцзе – государство – соперник Цзиньяня. Гордится своей древней историей, но в настоящее время ослабело и переживает упадок. Знак – белый лотос. Правящая династия – Жун. Столица – Шэньфэн.

Милинь – небольшое независимое государство, граничащее с Цзиньянем и Данцзе.

Западный Юй – принятое в Срединных Землях наименование Великой Степи, населенной кочевыми народами.

Земли Духов – один из планов бытия, призрачный мир, в котором находят отражение события, происходящие в Срединном Мире. Пристанище призраков и неупокоенных душ, которые покинули мир плоти, но не сумели найти путь к Великому Колесу. В Землях Духов расположены Врата Бездны.

Небесный град – план бытия, населенный небожителями.

Бездна – план бытия, населенный демонами. Во время катастрофы, постигшей Срединный Мир в конце Четвертой Эпохи, были воздвигнуты Врата Бездны, за которые ценой огромных потерь удалось изгнать не только демонов, порожденных преступлениями и искажениями Срединного Мира, но и тех бессмертных, что окончательно погрязли в пороках.

Пять Дворов Бессмертных – тайное объединение, в которое входят бессмертные, которые осознали свое падение и пытаются найти путь к окончательной смерти и упокоению.

Персонажи

Цзиньянь

Тянь Чжэнши – правящий император

Моу Синьюэ – его супруга, императрица

Янь Чжучжэн – любимая наложница императора

Принц Шэньгун – старший принц, сын императора Чжэнши и императрицы Синьюэ

Принц Шэнли – младший принц, сын императора Чжэнши и наложницы Чжучжэн

Принцесса Шучун – супруга принца Шэньгуна

Янь Жунсинь – племянник наложницы Чжучжэн, двоюродный брат принца Шэнли

Хао Вэньянь – молочный брат принца Шэнли, его телохранитель и доверенное лицо

Наставник Ли – воспитатель принца Шэнли

Со Мэйсю – знатная дама, приближенная наложницы Чжучжэн

Со Ливей – племянник дамы Со, приближенный принца Шэнли

Хэ Минь – наложница и возлюбленная Хао Вэньяня

Юн Ичэн – советник императора, сторонник принца Шэнли

Юн Лифэн – племянница советника Юна, невеста Хао Вэньяня

Фэн Иньчжи – дворцовый заклинатель

Данцзе

Жун Сянсин – правитель Данцзе

Ши Кунлян – его друг, советник, фактически второе лицо в Данцзе

Линь Яолян – генерал Данцзе, по мнению многих, самый талантливый полководец Срединных Земель

Нин Инъюй – начальник ставки Линя Яоляна, его друг

Дин Гуанчжи – заклинающий

Вне государств

Байхэ – глава Пяти Дворов, старейший из ныне существующих бессмертных

Чжу Юйсан – бессмертный, приставленный к принцу Шэнли в качестве телохранителя

Хао Сюаньшэн – бессмертный, в прошлом величайший полководец Цзиньяня, казненный во время смуты пятьсот лет назад

Небесная принцесса Линлинь – небожительница, в прошлом принцесса Цзиньяня

Сяохуамей – Многоликая, лисица-оборотень

Пролог

День догорал над холмами. Горячий воздух был неподвижен, от раскалившейся за день земли поднимался жар. Все краски стали блеклыми, приглушенными. Даже закат казался неярким. Как будто все выцвело под беспощадным солнцем.

Лето в Милине часто бывало жарким, но нынешняя жара казалась совершенно невыносимой. Безжалостный зной выжег землю до звона. Проходя по деревням, Дин Гуанчжи не раз слышал тревожные разговоры о засухе. А где засуха – там и неурожай. Где неурожай – там и голод. А что может быть для крестьянина страшнее? Именно поэтому полнились встревоженным народом храмы богов. Люди не скупились на молитвы и подношения, у алтарей клубами вился синеватый дым благовонных курений… только вот он не спешил обратиться в тучи, несущие спасительный дождь.

Дин Гуанчжи отер лоб рукавом и отмерил из фляги два небольших глотка степлившейся воды. Солнце уже опустилось за холмы, но за день так прокалило окрестности, что вечер не приносил ни облегчения, ни прохлады. По-прежнему даже слабый ветерок не тревожил плотный горячий воздух. На Милинь опускалась еще одна безысходно жаркая ночь.

Обширная, чуть всхолмленная равнина замерла в мертвом молчании. Ни единого звука. Никакого признака движения, кроме одиноко бредущей человеческой фигуры. Не знай Дин Гуанчжи, что до ближайшей деревни всего около половины дня пути, с легкостью мог бы вообразить, что он оказался где-то посреди сухих земель Западного Юй, о которых рассказывали порой торговцы, имеющие дело с варварами из народа лай[1].

Дин Гуанчжи догадывался, почему эта обширная местность пребывает в таком запустении. Слишком неблагоприятной для жизни она была. Течение потоков здесь оказалось затруднено, и это не несло ничего хорошего. Чтобы польститься на это место, нужно быть или сущеглупым дураком, или доведенным до полного отчаяния изгнанником, или же безмерным гордецом, самонадеянно пренебрегающим законами благополучия.

Жу Яньхэ, государь Великой Цюнцзе[2], не слыл ни дураком, ни изгнанником. Возможно, он был не лишен зерна безумия. Но вот в чем сходились все древние хроники и предания, так это в том, что он был гордецом, не терпящим ничьего мнения, если оно не совпадало с его собственным. Он настолько привык бороться с врагами и самой судьбой, что приказал построить себе гробницу в бесплодных холмах Милиня, поскольку вопреки всем считал это место счастливым для себя. Именно здесь он одержал самую великую из своих побед, создав Великую Цюнцзе, и первым из правителей Срединных Земель провозгласил себя наследником канувшей в легенды Яшмовой Ганьдэ[3].

Только вот триумф созданной им державы был недолгим. Не прошло и четверти века после его смерти, как Великую Цюнцзе разорвали междоусобицы, а с севера хлынули полчища хошу[4], которых вели Меняющие Облик[5]. Срединная Земля утонула в череде кровопролитий, величественная гробница первого, кто осмелился назвать себя императором, после падения Яшмовой Ганьдэ была заброшена, а сам Жу Яньхэ остался лишь в трудах ученых книжников как жестокий победоносный государь да в народных сказаниях как самонадеянный самодур и гордец, чье дело обернулось пылью на ветру сразу после его смерти.

О могилах великих людей и правителей испокон веков ходит много легенд. Усыпальница Жу Яньхэ не стала исключением. Только вот предания повествовали не о сокровищах вроде золота, серебра, жемчуга или нефрита. Смутно говорилось в них, что великое сокровище, скрытое в гробнице, – это некий талисман, хранивший удачу самого Жу Яньхэ и всего государства Цюнцзе. Это не противоречило и словам хроник о том, что древний правитель, умирая, приказал положить с собой в могилу то, что он считал величайшим своим сокровищем. Пристало ли государю поступать столь себялюбиво, лишая державу и своего преемника чудесного талисмана? Однако Жу Яньхэ был не только безмерно горделив, но и крайне эгоистичен.

Учитель Дина Гуанчжи считал, что эти легенды и скупые упоминания в хрониках о некоем великом сокровище, с которым Жу Яньхэ не пожелал расстаться даже после смерти, правдивы. Много лет он потратил на сбор по крупицам всего, что было известно, пытаясь среди нанесенной веками шелухи домыслов разыскать зерна истины.

Дин Гуанчжи не знал, что именно заставило учителя счесть долгие исследования законченными и побудило отправиться на поиски гробницы. В те месяцы Дин Гуанчжи отбывал наказание за памфлет, который сочли возмутительным. Когда он смог вернуться, его ждали лишь записки, подготовленные учителем на случай, если сам он не вернется. Едва ли наставник рассчитывал, что Дин Гуанчжи успеет ему на помощь. Он лишь оставил завет – если талисман государя, в котором сосредоточена удача, обнаружится в гробнице Жу Яньхэ, его следует использовать на благо Данцзе. Учитель был не из тех, кто готов смириться с угасанием родной страны, которую вот-вот раздавит могущественный Цзиньянь. Он не желал, чтобы Данцзе разделила судьбу Великой Цюнцзе, оставшись лишь на страницах ветхих хроник.