Барбара Шай – Стирая грани (страница 1)
Барбара Шай
Стирая грани
Пролог
Энджи собирала свои вещи, внутри у нее творился ад. Что может быть страшнее чистилища? «Господи, помоги мне! … Господи, помоги!…»
Джордан молча смотрел на весь этот кошмар. Он не в силах был ни остановить ее, ни дать ей уйти. Он знал, что решение Энджи уже приняла и обратного шага не сделает. Господи, ведь все было у них так хорошо! Все рухнуло в один миг.
Спустя несколько минут он вышел на террасу и закурил. Сил не было стоять, он сел на стул и уставился в пепельницу. Что-то можно еще сделать. Она уедет, она перебесится. Потом вернется. Или он приедет за ней. Да, так и будет.
Через несколько минут следом за ним на террасу вышла Энджи.
– Решила, где будешь жить? – Джордж постарался сделать голос свой таким обыденным, но вышло это у него не очень.
– Поеду к подруге на время, – соврала Энджи, устало пряча глаза.
– К Кейт? – уточнил, как бы между прочим, он.
– Нет, Джордж. Придет время – я дам тебе знать, – немного ласковее произнесла она, взглянув на него.
– Хорошо.
Джордан выпускал клубы дыма в сторону ослепительно светящего солнца на ярко-голубом небе, а в душе царила темнота. Окружающая радость бытия, торжествующая в природе, диссонировала с его внутренним состоянием в тем минуты. Он знал из всех своих предыдущих отношений, что бывает всякое. Что люди охладевают друг к другу, встречают кого-то другого, устают от чего-то… Но сейчас он ровным счетом ничего не понимал. Все произошло так быстро!
– Держи ключи, пока не забыла, – Энджи села рядом в плетеное кресло, щелкнула зажигалка.
– Я бы пережил это, – кисло улыбнувшись ответил он.
– Джордан, прости…, – начала было она снова.
– Все хорошо, Эндж, – остановил он ее, положив свою ладонь на ее руку. Ему не хотелось, чтобы она снова начала оправдываться.
Они помолчали. "Когда-то было так хорошо вместе молчать", – думал Джордж.
Не то, чтобы Энджи отличалась болтливостью или, наоборот, угрюмой молчаливостью. Но сейчас он бы все отдал, лишь бы она что-нибудь ему тараторила. В эти минуты ее молчание просто убивало его.
– Прекрасный вид…, – произнесла Энджи, будто невпопад.
Джордж промолчал в ответ, не зная, что следует отвечать.
– Джордж… Я не знаю, что будет завтра. Сейчас все слова излишни. Когда-нибудь ты, возможно, возненавидишь меня. Но я… Я благодарна тебе за все. Я хочу, чтобы ты был счастлив, – начала без разбору скороговоркой говорить она.
– У меня чувство такое, будто кто-то размозжил мне череп. А заодно влил яд мне в горло. Я чувствую себя крайне погано, – вдруг резко и уверенно заговорил он. – Я не стану останавливать тебя только потому, что собираюсь тебя вернуть, знай это. Что случилось там в твоей голове, мне не ведомо. Но так вечно продолжаться не будет, я уверен.
– Джордж… Такси приехало, – прервала она его, к своему облегению увидев смс от перевозчика.
– Я могу тебя сам отвезти, к чему такси? – взглянув ей прямо в глаза сказал Джордан.
Энджи наклонилась и поцеловала его в губы – нежно и долго. Он ощутил соленый привкус – думал, слезы, но это оказалась ее кровь. Она уникальна во всем. Пока он говорил, она кусала губы, чтобы заглушить свою боль и отомстить себе за его боль. В таких случаях, когда внутреннее напряжение достигает своих максимальных высот, она практически не чувствует физической своей боли.
– Помоги мне с вещами, Джорджи…, – оторвавшись от поцелуя, попросила она тихо.
– Ну что ты, детка, могла бы и не говорить… – со смехом сказал он.
Джордан отнес ее чемоданы к такси и погрузил их в багажник. О чем-то переговорил с таксистом, дал ему денег (сверх необходимого). Открыл заднюю дверцу.
– Береги себя, – два слова на прощание от него прозвучали как выстрел.
– Прощай, – одно слово от нее в ответ.
Но не успела она сесть в такси, как он рывком притянул ее к себе – запечатлеть в своей и ее памяти их самый страстный поцелуй; поцелуй, полный горя и отчаянья, ненависти и злости, любви и недопонимания.
Глава 1. Точка отсчета
…Такси ехало по авеню уже тридцать минут, а она все еще ощущала на себе его крепкие руки, теплое тело, ощущала неповторимый вкус его губ и его запах…
– Мисс, извините за беспокойство… Но вам точно по этому адресу? Этот дом находится почти в пятистах милях отсюда.
– Да, все верно, езжайте по этому адресу, я доплачу, если нужно.
– Нет-нет, не нужно! Денег хватит, – таксист чуть поскреб свой затылок, сдвинув шляпу на глаза. – Тогда заедем на заправку. И вы себе в дорогу чего купите – кофе, сэндвич, а то вид у вас, знаете ли…
– Спасибо, сэр, – довольно кратко и сухо отрезала она дальнейший диалог.
Ей не хотелось объяснять ему, что она не хочет ни есть, ни пить. Не хотелось поддерживать этот разговор. Совсем. Она привыкла быть вежливой всегда и со всеми. Но не сейчас. Сейчас любые коммуникации с кем бы то ни было были выше ее сил. Моральных, физических – всяческих. "Хорошая девочка" – так надо было меня назвать маме с папой", – говорила она Кэт, своей любимой подруге. "Мисс, так ты же Энджи – Ангел, вот и пожалуйста, два слова схлопнули в одно, получилась "хорошая девочка"! – смеясь, отвечала ей та. "Ха-ха. Зато ты-то у нас Китти – кошечка," – обнимая одной рукой подругу за плечи, а другой щекоча ребра сквозь зубы цедила Энджи слова и улыбку.
– Мисс, раз нам так долго ехать, чтобы не было неловкости и вы не боялись спросить у меня остановку, ну или еще чего-то… Мало ли! В общем, так как мы вынужденны оказаться в столь маленьком пространстве вдвоем на долгие часы…, – таксист крякнул, поднес кулак к губам, снова крякнул (было видно, что ему очень неловко), – я предлагаю нам познакомиться немного. Просто имя – назовите мне свое имя. А я назову свое. И вот, если что-то понадобится, может просто поболтать или узнать чего – вы спросите меня по имени и вам будет не так неловко меня тревожить. Вот. Что скажете? Я первый представлюсь: меня зовут Юкон Санчес, сэр Юкон Санчес к вашим услугам, мисс…," – Юкон слегка приподнял угольного цвета шляпу, по форме напоминающую шляпу-котелок, и немного кивнул в знак приветствия.
Только сейчас Энджи полноценно обратила на него свое внимание. Таксист словно вытянул ее из всего этого эмоционального болота, в котором она пребывала. "А ведь я даже не поздоровалась с человеком, который (в самом деле!) собирается меня везти через леса и озера в дали дальние… Воистину, я не в своем уме," – Энджи слегка тряхнула головой, как будто хотела сбросить наваждение.
– Я Энджи. Энджи Ривера. Приятно познакомиться, сэр. Извините, я ведь даже не поздоровалась с вами…
– Ой, да бросьте! Вам не до меня было.
– Я не привыкла так…
– Как?
– Ну, не здороваться с таксистом!
Этот мини-диалог выдался каким-то сумбурным и это рассмешило обоих.
Юкон Санчес был мужчиной чуть старше средних лет, около пятидесяти-пятидесяти пяти, видимо невысокого роста (насколько можно было понять с положения "сидя"), достаточно крепко сложенный, со смуглой кожей и черными, почти как смола, жесткими и абсолютно прямыми волосами, которые доставали ему до плеч. Одна прядь была заплетена в тонкую косичку (Энджи только сейчас заметила это, так как косичка была ближе к лицу, слева, в общем, пряталась с другой стороны от нее). Энджи с интересом и украдкой стала разглядывать его. "Надо же, я почему-то решила, что он латинос… А сейчас почти уверена, что он индеец. Прямые жесткие волосы (вот бы мне такую шевелюра) – такие бывают только у индейцев. Ну и, само собой, косичка…"
Ее сбивала с толку его фамилия – Санчес. Явно латинская.
Одет сэр Юкон был просто, но очень аккуратно: в цветастую выглаженную рубашку, поверх которой наброшен твидовый болотного цвета пиджак, брюки парусиновые, бежевые, а кроссовки… Кроссовки не видно, украдкой не рассмотришь.
Не прошло и двух часов с их официального знакомства, как показалась Shell. Энджи была рада выйти – свежая вода, чтобы умыть горячее лицо ей сейчас не помешает. Да, и как вдруг оказалось, последний раз она ела вчера в четыре часа дня. Но кофе показался слишком горьким, сэндвич слишком соленым. Купив пару бутылок воды, она поняла, что это, похоже, единственное ее топливо на оставшийся день.
Сэр Юкон, заправив полный бак, ласково похлопал по капоту свою машину, крякнул (видимо, это его такая особенная особенность) и жестом пригласил Энджи обратно в салон.
Сев в такси, они снова устремились в путь. Только теперь будто по-настоящему.
Энджи ощутила, наконец, что она действительно оставила большущий кусок своей истории позади. Как ракета, направившаяся в Космос со старта. Грозная, внушительная, оставляющая позади себя испепеляющий жар пламени. И нет пути назад, только туда, вперед, в черноту и неизвестность.
Пейзаж поначалу был монотонным: пустыня и редкие пальмы, затем каньон, горы… Километры бежали за километрами, на горизонте появились вечнозеленые. Вдали заблестело озеро.
Они ехали в молчании ("спасибо тебе, сэр Юкон, чудесный такстист"), чуть слышно играл мягкий джаз в динамиках машины… Шины гудели по асфальту, размеренный ритм мчащегося авто успокаивал ритм сердца. Энджи сидела, откинув голову на подголовник заднего сиденья, устремив взгляд в окно подиагонали. Сумерки сгущались, кажется, с еще большей скоростью, чем мчался их автомобиль. Сизый возжух за окном становился все более вязким. Сначала в него добавился топкий болотистый изумруд, затем густо влился черный индиго… Только вспышки фонарей магистрали мерцали во мраке этой наступающей ночи.