BANIFED BANIFED – Я тенью твоею присутствую (страница 8)
Конечно же, познакомился ещё с двумя сотрудницами, которые также относились к техническому отделу, но имели свой отдельный кабинет, и это подразделение называлось «отделом стандартизации». В нём работала жена главного инженера Блажене и жена бывшего главного технолога Степановичене. Обе женщины были в возрасте, поэтому с ними у Николая сложились исключительно деловые отношения.
Николай ни от кого не ощущал какого-то дискомфорта при общении, со всеми сложились ровные отношения, которые и должны складываться между коллегами в трудовом коллективе. Может, только со стороны Тамары он по-прежнему ощущал некую отстранённость и закрытость. Он даже намеревался с ней поговорить на эту тему, но как-то нужная ситуация не складывалась. Его подмывало это сделать ещё и потому, что ему было непонятно, почему она, украинка, как бы более близкая ему по культуре, вела себя более надменно, чем окружающие его литовки. Но однажды в разговоре с Далей это прояснилось. Даля поведала, что Тамара метила и рассчитывала на должность заместителя, но тут неожиданно появился Николай и спутал ей все карты. Поэтому он стал, сам того не ведая, как бы её соперником, помехой в карьере. Эта информация многое объяснила, но никак не затронула Николая. Он даже не заострил на этом внимания, полагая, что ему нет перед ней никакого повода чувствовать себя виноватым. Ну, а если она носит на него обиду, то это чисто её трудности…
Иногда ему удавалось вместе с Ларисой пообедать. Оказалось, что на самом деле существовал график посещения столовой. Цеховые работники, уже с половины двенадцатого могли идти обедать, администрация – после двенадцати. В основном этого графика придерживались, но инженерно-технические работники могли по тем или иным причинам не попасть в своё время, поэтому особой строгости в посещении столовой не было.
В один из последних мартовских дней Николай и Лариса вышли из столовой и шли к главному административному корпусу по тротуару, прилегающему к проезжей части Янонио улицы. Хотя корпус столовой находился на заводской территории, но попасть с территории в столовую не было возможности. Поэтому приходилось идти по городской улице. Они шли не спешащей, расслабленной походкой, тихо беседуя между собой и одновременно наслаждаясь великолепным солнечным днём. Было достаточно тепло, и от этого верхнюю одежду не хотелось застёгивать.
Николай заметил, как из дверей главного входа завода вышли две девушки и направились прямо к ним навстречу. Он непроизвольно сосредоточил взгляд на этих девушках, и прежде всего из-за того, что они одинаково были одеты и на таком удалении были очень похожи. Издали напоминали сестёр-близняшек. Николай подумал о том, что он ни в одном из подразделений администрации не видел близняшек, но тут же предположил, что это, по-видимому, работницы одного из цехов. Действительно, мысль, что это близняшки, у него возникла непосредственно из-за того, что они были одеты в одинаковые белые куртки, чёрные юбки с модным клёшем в области колен и чёрные полусапожки. Кроме того, они были одного роста и цвет волос был одинаков – блондинистый. Сблизившись с ними и вглядываясь, Николай остановил взгляд на одной из них, а она с улыбкой на лице, словно адресуя слова приветствия именно ему, произнесла:
- Laba diena!
- Laba diena! – ответили Николай с Ларисой практически в один голос.
- Это первая красивая девчонка, которую я вижу в Литве, - сказал Николай Ларисе, как только они разминулись с незнакомками. Сам не понимая, как это у него вырвалось, но тому была причина; по спине, в мгновения пересечения с взглядом с одной из незнакомок, с молниеносной скоростью пронеслось нечто, что заставило ёкнуть сердце. И почему-то сразу же в мыслях вырисовался образ давно уже забытой школьной учительницы Ольги Николаевны. Он действительно не мог себе объяснить, но некая схожесть одной из девушек с его школьной учительницей что-то всколыхнуло в его сердце.
- Да, симпатичные, - согласилась с ним Лариса, имея ввиду обеих, а не, как Николай, – одну из них. – Одну из них я знаю, она работает в нашем цехе.
Но Николай не стал развивать разговор об этих незнакомках, устыдившись своих же слов. В следующее мгновение он подумал о том, что как-то некрасиво рассуждать о своих мыслях-образах, да ещё с женой. Поэтому перевёл разговор в несколько другое русло, но перед тем обернувшись кратковременно назад, словно хотел убедиться, не обернулась ли та незнакомка, на которой он задержал свой взгляд и которая окунула в воспоминания…
- Да? А я никогда не видел их, издали подумал, что сестры, – пояснил Николай, и от неожиданно возникшего образа учительницы сказал: - Ты может удивишься, но я вот тут подумал и знаешь о чём?
- О чём? – спросила Лариса, с заинтересованностью взглянув на него.
- Как-то странно в нашей..., нет, точнее, в твоей жизни получалось. Вокруг тебя с момента нашего знакомства всё время был человек с именем Ольга. Смотри, подружка по стрелковому спорту – Оля, на втором-третьем курсе ты жила с Олей Рыковой, потом первая соседка в семейном общежитии – опять Оля! И, наконец, последняя соседка тоже Оля, только Тараненко. И моё имя где-то созвучно: Коля – Оля. Вот и думаю, чем ты притягиваешь к себе Оль?
- Да, действительно интересно! Я даже как-то и не задумывалась об этом никогда, - произнесла в ответ Лариса и засмеялась.
- Вот и я не думал. А сейчас подумал, потому что, если б не уехали, остались в своей среде, то жизнь бы потекла иначе. Это я к тому, что как иногда случается в жизни непредсказуемо, встречается человек - и всё меняется в одночасье.
- Это ты о чём? – Лариса вновь, только теперь недоуменно посмотрела на него.
- Это я вообще. А так, если конкретнее, то не окажись Анзельма в Москве и не обратилась бы она к моему руководителю, то сейчас бы мы шли с тобой, может, в нескольких десятках метров от Чёрного моря. Не странно тебе это?
- Нет, не странно. Выбор был за нами, могли бы поехать и в Одессу.
- Ну, да, могли, однако мы теперь шагаем не по черноморскому, а по литовскому, а ещё точнее, по паневежскому асфальту.
- Значит, так должно быть и ни как иначе, - подытожила Лариса.
Николай лишь усмехнулся, ничем ей не возразив...
Через два дня после этого случая, когда Николай вернулся из цеха, Алла сказала, что звонил комсомольский секретарь, и просила зайти к ней с комсомольским билетом. Николай спросил, куда ему нужно зайти и кого надо искать. Алла объяснила, что секретаря зовут Аудра, и работает она в отделе МТС – материально-технического снабжения. Николай, внимательно выслушав пояснения коллеги, пообещал это сделать в ближайшее время, но дела закрутили, и он в этот день не смог зайти к секретарю комсомола. Собственно, он не хотел регистрироваться и надеялся, что из-за «предпенсионного» комсомольского возраста им никто не заинтересуется, но реальность оказалась несколько иной.
Николай собирался пойти в цех волочения, ему нужно было встретиться с инженером-химиком Зинаидой. Он был с ней уже знаком, и она ему очень понравилась своей обстоятельностью и серьёзностью подхода к своему делу. Это была седоволосая, полноватая женщина. Именно из-за своей полноты Зинаида страдала одышкой. Её можно было, без всякого сомнения, отнести к классическому типу людей старой закалки. А это были люди, которые как правило полностью отдавали свои силы производству. Для них, самым важным было в трудовом коллективе поддерживать высокую планку в профессии. Из первого же общения Николай быстро понял, что этот человек может во многом ему помочь, а именно в решении поставленной перед ним задачи.
Он поднялся из-за своего стола и направился к выходу из кабинета, но тут затрезвонил телефон, пришлось вернуться и поднять трубку.
- Здравствуйте! – сказала трубка, приятным девичьем голосом и на чистом русском языке, в ответ на его «алло».
- Здравствуйте! – ответил Николай и даже несколько напрягся, не понимая, почему к нему обратились на русском.
- Как понимаю, я с Николаем говорю?
- Да.
- Вас беспокоят из заводского комитета комсомола, меня зовут Аудра. Вы не могли бы зайти ко мне и принести комсомольский билет?
- Ох, извините! Мне вчера Алла говорила, а я тут закрутился с работой и не зашёл. Сейчас исправлюсь. Где вас найти? – спросил Николай машинально, вспомнив в это же мгновения слова Аллы.
- На третьем этаже, кабинет материально-технического снабжения. Сразу же у главной лестницы. Жду.
- Хорошо, сейчас буду!
Планы неожиданно изменились. Он вытащил из ящика стола комсомольскую книжицу и, всунув её в нагрудный карман халата, направился на третий этаж, предполагая, что это не займёт много времени. Отыскав нужный кабинет, постучал в дверь с большим рифлёным стеклом. Услышав возглас, Николай, восприняв его как разрешение, потянул ручку двери и вошёл в кабинет. Прямо перед ним, у окна, сидел грузноватый, с обильно покрывающей голову сединой краснощёкий мужчина и беседовал с худощавым мужчиной, похоже, своим подчинённым. А сразу возле двери, с левой стороны, находился стол, за которым сидела девушка с белоснежной шевелюрой.
- Laba diena! – громко сказал Николай, ещё раз обращая на себя внимание.