BANIFED BANIFED – Неравнозначная любовь (страница 6)

- Что ж, ваше дело молодое. Если вы серьёзно хотите быть вместе, то так и будет. Ну, тогда давай зять ещё потрошечку, за вас! – он поднял свою стопку, и в это время в дверях показалась Аудра.

- Присоединяйтесь к нам, - увидев её, сказал Николай, - как раз за нас пьём.

Аудра понимающе кивнула и окликнула мать, приглашая её зайти на кухню, а сама поспешила в гостиную за стопочками...

Буквально спустя полчаса приехала сестра Лайма со своей семьёй. Николай многое о них знал, ему только оставалось с ними познакомиться и увидеть, как они выглядят. Маленькая дочка Раса ничего ещё толком не говорила, только произносила отдельные слова, которые трудно было понять всем, кроме родителей. Шефство над ней сразу же взяла Юргита.

Муж Лаймы Гинтарас, черноволосый и очень энергичный парень, производил впечатление весельчака и, по первому умозаключению Николая, явно являлся душой любой компании. Лайма почему-то напомнила Николаю актрису Татьяну Васильеву, точнее героиню в её исполнении из фильма «Самая обаятельная и привлекательная». Она была чуть выше Аудры и постройнее фигурой, но на лицо, по мнению Николая, проигрывала сестре. Но это и не удивительно, ведь Аудра ему казалась самой красивой. Лайма, в отличие от Гинтараса, с большим трудом говорила по-русски и, как показалось Николаю, даже гораздо хуже, чем родители. Николая это удивляло, особенно, если брать во внимание то, как говорила на русском языке Аудра. Лайму можно было смело отнести к двоечницам, а ведь воспитывались они в одной среде с одинаковыми условиями...

Когда в гостиной был собран стол, появился ещё один член семьи – младший брат Римантас. Познакомились, и Николай с ним разговорился, хорошо зная, что он единственный из семьи, кто поддержал Аудру в выборе мужа. Говорили в основном о недавней его службе и военной специализации радиста и, кроме того, о месте службы. Ведь он служил в непосредственной близости от его родного края, в Ростов-на-Дону. Когда Николай поинтересовался, не желает ли он на гражданке заняться радиоспортом или в профессиональном плане связать себя с радио, Римас сразу же это отверг, сказав, что его это вовсе не интересует. Больше интерес у него к музыке, и он думает, что именно музыке посветит своё ближайшее будущее. У него есть планы играть в каком-нибудь, ставшем в последнее время популярным и модным ВИА – вокально-инструментальном ансамбле. Но мать, слышавшая этот разговор, сказала, что не об этом нужно думать, а о том, чтобы получить высшее образование, как это сделали сёстры. Возник спор, в котором Николай уже не участвовал, так как он вёлся на литовском языке. Поэтому ему оставалось только с интересом за всем наблюдать, стараясь уловить и понять, какая из сторон что говорила.

Ближе к вечеру Николай с Аудрой ушли в город на ознакомительную экскурсию. Рядом с родительским домом находился книжный магазин, который к этому времени уже был закрыт, что несколько разочаровало Николая. Пересекли уже знакомую Ратничанку и прошли мимо довольно солидного кинотеатра с названием «Aidas». Здание кинотеатра было новой постройкой и в переводе означало «Эхо». Они шли неспешно, заплетая нога за ногу, и Аудра рассказывала о городе, что знала. А знала она не так много, в чём честно призналась, сказав, что никогда не думала, что ей придётся проводить экскурсию и кому-то рассказывать о родном Друскининкае. Жила раньше и жила, и никогда не задумывалась, например, о костёле, о его истории, о времени его строительства – красивом, выложенным из красного кирпича со старинными часами в основании шпиля.

Они дошли до православной деревянной церквушки, которое очень гармонично выглядело в окружении построек и особенно на фоне огромного здания гостиницы «Nemunas». Потом свернули на улицу и вскоре вышли к дому гордости любого жителя Друскининкая - композитора и художника Константиноса Чюрлёниса, в котором прошло его детство. Затем прошли около озера, на берегу которого находился красивый дворец бракосочетания. Николай, любуясь внешней архитектурой, сказал, что дворец действительно красив и напоминает сказочный замок из мультфильма, и, подчёркивая великолепие, добавил, что даже в Москве такого он не видел. И для Николая первое знакомство с городом завершили на том самом мостике, который поразил Николая необычайностью вида вокруг него…

Николай с Аудрой переночевали всего одну ночь, а в воскресенье после обеда их проводили до железнодорожного вокзала, откуда они и отправились в обратный путь. Только дорожная сумка была теперь совсем неподъёмной, потому как была забита огурцами и помидорами, заботливо завёрнутыми в газету руками тёщи Николая. На взгляд Николая, знакомство прошло достаточно хорошо и даже приветливо, и он не почувствовал того, к чему внутренне до встречи готовился – полного неприятия или проявления отчуждённости. Эти мысленные ожидания у него сформировались на рассказах Аудры, но теперь они развеялись. И чтобы укрепиться в своём умозаключении, уже, сидя в вагоне, он с иронией поинтересовался:

- Ну, как я прошёл аттестацию, разрешающую быть твоим мужем, интересно, на какую оценку выдержал экзамен? Понравился твоим родителям или совсем плохо?

- Не знаю, на какую оценку, - она взглянула на него и улыбнулась, - но думаю, что прошёл...

Глава 3

Беречь друг друга, чтоб не потерять…

Не проверяя – сердцем доверять.

Построить настоящую семью,

В которой будет счастье и уют…

И. Самарина - Лабиринт

- Николай Фёдорович! – окликнула его Лида, когда Николай, протискиваясь между электрокарой и стеной цеха, вышел из отделения пропитки, - подождите минутку!

- Я слышу, Лида, сейчас, - и для убедительности он махнул рукой, давая понять, что он и слышит её, и видит. Электрокара, гружённая готовыми статорами, с неторопливой осторожностью проехала мимо и свернула в направлении цеха сборки, освободив ему путь. Но Лида уже была в нескольких шагах от него, и Николаю не пришлось к ней идти: – Ну, говорите, что случилось?

- Ничего не случилось. Только что мне позвонили из первого отдела и просили передать вам, чтобы вы зашли, как будет у вас время, - приблизившись к нему вплотную, сказала она.

- Первый отдел? – переспросил Николай, стараясь убедиться, что он не ослышался, - интересно, для чего это я им понадобился? В армию ещё раз забрать хотят, что ли?

- Не знаю, ничего не сказали. - Лида пожала плечами и по привычке отправила руки в карманы халата. Но в следующее мгновение одну руку извлекла с яблоком в руке и, протягивая его Николаю, сказала: — Это вам, угощайтесь!

- О, спасибо большое! Яблоки я очень люблю! – принимая от неё яблоко, он коснулся её пальцев, и ему показалось, что она не сразу отдала это яблоко, а какое-то время его удерживала и не желала отпускать. Он поднял на неё взгляд и всмотрелся в её глаза, но не заметил в них ничего необычного, они сеяли, как всегда, скромностью и теплотой. – Это не купленное, это ваше, домашнее?

- Конечно. Вы попробуйте, если понравится, то я вам целую сумку принесу. У нас в этом году столько яблок, что девать нет куда, а у вас ведь ничего нет, - говорила она, держа голову с лёгким наклоном, словно показывала женское кокетство.

- Хорошо, попробую. Только вы не несите те яблоки. Может, если всё удачно сложится, в предстоящие выходные зайду к вам. Не пугайтесь, не пугайтесь, я познакомился с вашим братом, и он меня пригласил в гости. Вот тогда и угостите, хорошо? – Николаю было приятно её внимание, и он вежливо поинтересовался: - А как у вас дела? Всё ли в порядке?

- Ничего, спасибо, всё хорошо. Но странно, Василий мне ничего не сказал… Время только очень быстро бежит, совсем скоро придёт осень, и у меня нагрузка возрастёт. Кстати, Федорович, вы не в курсе, но в октябре у меня депутатская, точнее она называется осенняя сессия, и мне нужно будет уехать на несколько дней в Брест.

- О, ещё не скоро тот октябрь… А почему вы мне это говорите?

- Это я говорю, что у вас не будет старшего мастера и вам нужно будет кого-нибудь из конвейера переводить в мастера, - пояснила Лида.

- А кто раньше вас замещал? – спросил Николай.

- Козлова Нина, но она мне в последний раз сказала, что больше в жизнь не пойдёт, поэтому-то я и ставлю вас в известность.

- А чего это она так?

- Не знаю, это вы с ней сами поговорите, хотя она обмолвилась как-то, что в её бригаде бардак начинается, как только она уходит на старшего мастера.

- Ладно, Лида, спасибо, мне понятно. Решим проблему. Извините меня, пойду в этот первый отдел, узнаю, что им там надо от меня.

- А вы начальника первого отдела знаете? – спросила Лида и, увидев его отрицательное мотание головы, подсказала: - Иван Алексеевич его зовут, ничего дядька.

- Дядьки все ничего, - Николай вспомнил, что когда-то, точно так же и Аудра, произнесла эту фразу о начальнике по гражданской обороне, - если шампанское молодым девушкам не предлагают...

- Не поняла, - произнесла Лида и, вопросительно сдвинув брови, уставилась на него.

- Ничего-ничего, это я так, о житейском из личной жизни, - он улыбнулся, давая понять, что это её никоим образом не касается, - иду.

Николай, развернувшись, направился в административный корпус, а Лида стояла и недоумевающе провожала его взглядом…