BANIFED BANIFED – Неравнозначная любовь (страница 34)

На улице было по-осеннему тепло, хотя и очень пасмурно. Николай подумал, что, возможно, пойдёт дождь, и этим может ему испортить рыбалку и даже хотел вернуться, но тут же отбросил эту мысль, решив, что раз вышел из дома, то и не стоит возвращаться, тем более, это может быть последняя возможность, когда он ещё может оставить Аудру одну. Доехав до автовокзала, в кассе пригородного направления купил билет и чуть ли не бегом побежал к стоянке автобуса, так как кассирша уже не хотела продавать билета, по времени автобус должен был уже отправляться. Николай вскочил в автобус, и он тронулся. Пройдя в глубь салона, он нашёл свободное место в последнем ряду кресел. Довольный тем, что успел на рейс и ему не пришлось ожидать и томиться, бездарно проводя время, Николай закрыл глаза и расслабился, предполагая, что около часа ему ещё ехать.

Покемарив минут двадцать пять, Николай стал всматриваться на мелькающую за стеклом автобуса окрестность наступающего дня. Уже почти рассвело, когда Николай на одном из пересечённых перекрестков успел прочесть, что до Скиделя столько-то километров. Он задумался, мысленно вспоминая карту, которую он изучал накануне, и заподозрил что-то неладное. Чтобы убедиться в том, что едет в нужном направлении, он после недолгих размышлений обратился к пожилому попутчику с вопросом:

- Извините, первый раз еду этим маршрутом, скоро будут Озёры?

- Озёры? – попутчик, прищурив глаза, улыбнулся и сказал: - Не скоро, так как этот автобус едет в другом направлении. Этот едет на Мосты, а вам нужно на Щучинское направление.

- Чёрт, как же так? – Николай недоумевал и ещё не верил, что он сел не в тот автобус. И водитель ничего не спросил, когда он с билетом в руках вскочил в автобус. – Неужели я сел не на свой? Так, где мне теперь лучше выйти, чтобы в Озёры попасть?

- Скоро Лунно будет, но я не знаю, ходит ли там до Озёр что-нибудь. Наверное, вам легче вернуться в Гродно, а оттуда уже до Озёр добираться, - посоветовал попутчик.

- Да-а-а, попал, съездил на рыбалку, - разочарованно произнёс Николай и ещё задал вопрос: - А в этом Лунно есть озеро какое-нибудь, пригодное для рыбалки?

- Не знаю, я сам там только пару раз в жизни был. Вот скоро Неман будем переезжать, и сразу будет Лунно, выходите, а там у местных расспросите, - ответил он.

- Ну, да, спасибо, другого выхода нет, - Николай тяжело и разочарованно вздохнул и ещё раз выругался: - Ох, чёрт!

Через минут десять он вышел на станции Лунно и направился в небольшое здание вокзала, внешне больше похожее на жилой дом, в котором никого в это раннее утро не оказалось, а единственное окошко кассы было закрыто. Николай опять чертыхнулся и отправился к только что переехавшему мосту, решив попытать счастья в том же Немане, только в нескольких километрах от Гродно. Подходя к реке, закрапал дождь и, чтобы не мокнуть, Николай пошёл в сторону моста и под ним приготовил удилище для рыбалки. Чуть больше двух часов он пытался изловить хоть одну рыбку, но удача явно в этот день ему не сопутствовала. Погода совсем разладилась, дождь усилился, и само настроение рыбачить пропало. Неспешно смотав удилище, он отправился обратно к вокзалу и, придя к нему, и вовсе расстроился: ближайший автобус на Гродно нужно было ждать почти два часа. Только в начале семнадцатого часа он оказался на Гданьской, а когда оказался в вестибюле общежития, вахтёрша, посмотрев, как ему показалось, на него очень странным взглядом и, ответив на его «здравствуйте», вдруг спросила:

- А вы знаете, что вашу жену на скорой увезли?

- Что? – до Николая не сразу дошло услышанное. – Когда увезли? Куда увезли?

- Ещё утром, я сама не видела, это мне сменщица сказала, в роддом, наверное.

- Ну и день у меня, - Николай остановился и растерянно смотрел на вахтершу и, словно ища помощи, спросил её: - Что мне теперь делать?

- Звонить в роддом, спрашивать, родила ли, - подсказала та спокойно.

- Ну, да, конечно... Только поднимусь к себе, может, это не мою жену увезли, тут ведь ещё одна беременная ходила. Моей, вроде, как рано ещё, - приходя в себя, сказал Николай и поспешил наверх.

«Коля! У меня, наверное, начались отходить воды. Иду вниз, буду вызывать скорую. Не волнуйся, люблю и надеюсь, что всё будет хорошо, целую, твоя Дюси!» - гласила короткая записка, в которой не было указано время в конце, которое, как обычно, они всегда вписывали в письмах и записках. Значит, решил Николай, она очень спешила.

Николай имел телефон справочной роддома, поэтому, взяв записную книжку и двухкопеечные монеты для телефона, поспешно спустился вниз.

- Здравствуйте! - сказал он в трубку, когда её подняли на том конце провода. – Можно ли узнать, где находится Глаткаускайте и какое у неё состояние?

- Повторите, как фамилия? – ответила трубка женским и, как показалось Николаю, по интонации не очень довольным голосом.

- Глат-ка-ус-кай-те, - по слогам повторил Николай и добавил: - Аудра её зовут.

- Минутку, ждите, - ответила трубка и, судя по донесшемуся до Николая специфическому стуку, легла на стол. Николай терпеливо ждал и по истечению только минуты, услышал: - Алло, слушаете? Рожаница Глаткаускайте в родильном зале, пока не родила.

- Скажите, а когда она родит? – не зная, что ему делать и что можно спросить, задал первый пришедший на ум вопрос.

- Ну, вот уж не знаю, как бог решит, - ответила трубка и, как показалось Николаю, несколько улыбнувшись. – Иногда и сутки лежат.

- А я могу приехать как-то поддержать жену?

- Приехать можете, а поддерживать сможете только в приёмном зале. В палату, а тем более, в родильный зал вас всё равно не пустят, - мягко пояснила трубка.

- А можно как-то позвонить в родильное отделение, вы можете дать телефон?

- Записывайте: два сорок три семнадцать. Только что звонить? Я только что узнавала, звоните им через часа два, не раньше! – наставляла трубка женским голосом и тут же замолчала, известив о прекращении разговора длинными сигналами.

- Ну, что, не родила? – спросила вахтёрша, когда Николай, повесив трубку и записав названный номер в записную книжку, отошёл от телефонного автомата.

- Не родила, в родильном зале... Не знаю, что мне делать. Ехать туда, а что толку? Она лежала на сохранении, и то не пускали, а теперь и вовсе в родзале, - растерянно задавался вопросами Николай и сам же отвечал на свои вопросы. Он был настолько растерян, что никак не мог собраться с мыслями и решить для себя, что конкретно он должен делать в сложившейся ситуации. Всё произошло так неожиданно, что теперешнее его состояние было похоже на лёгкий шок, возможно, поэтому он искал внешней помощи и поддержки.

- Конечно, чего туда ехать и стоять под дверью. Если нет знакомых, то, когда родит, всё равно, не пустят. Это я и по себе знаю, и дочь два года назад рожала. Через часик позвоните, что-то уже будет известно, а пока отдыхайте и ждите, что ещё можно делать в этом случае!? – сказала вахтёрша, поддерживая его в его неуверенном мнении.

- Да, они мне так и сказали, звонить через пару часов... Ну, иду к себе, прибегу потом, позвоню, - сказал Николай понимающе кивающей головой вахтёрше и направился к лестничному маршу.

Поднимаясь по ступенькам, Николай только теперь вспомнил свой месячной давности сон и удивился тому, насколько он был достоверен, ведь сегодня пятнадцатое сентября! И, если верить сну, сегодня должен родиться сын! Боже! Сердце его затрепетало и забилось так сильно, что он даже приостановился и положил ладонь на грудь, стремясь утихомирить его биение. Мысли побежали так стремительно, что он не успевал их отслеживать, но в одном он утвердился: это же будет реальное чудо, если родится именно сын! И это не случайность, это был знак свыше, только теперь нужно дождаться подтверждения того, что у него будет именно сын! Сын!

Придя в комнату, он уже не думал ни о чём другом, кроме того, что подтвердится ли то, что он видел во сне или нет. Он с трудом заставил себя покушать и проглотил подогретый суп без всякого аппетита. Периодически поглядывал на часы, но они, как назло, не торопились и, казалось, что специально замедлили ход. Он вышагивал по комнате, садился на диван, но время всё равно не торопилось и также медленно переводило минутную стрелку. Николай, не выдержав ожидания, через полтора часа спустился вниз и вновь позвонил, но уже сразу в родильное отделение. Ответ был очень короткий: «Ещё не родила, находится в родильном зале». И опять ожидание и беспокойство, которое появилось после этого звонка: подозрительно долго Аудра находится в родильном зале, почему? Уже появилась тревога из-за Аудры, и мысли стали скакать вокруг неё, стараясь отыскать причину всего происходящего в эти минуты...

Прометавшись по комнате ещё более часа, Николай решил одеть верхнюю одежду с той мыслью, что если опять ничего ему не сообщат, то он отправится в роддом и там уже на месте будет ждать результата. Слишком тревожно ему стало на сердце, и он думал о том, что возможно его присутствие будет крайне необходимым, а для этого нужно быть по возможности как можно ближе к Аудре. С уверенностью в намерениях он вновь спустился в холл общежития и набрал легко запомнившийся номер: