BANIFED BANIFED – Неравнозначная любовь (страница 18)

- Дозор! Привет, Дозор! Ты видишь, не лает, значит, понимает, что мы не чужие. Постарел, но ты права, к нему не подходи, он очень агрессивный пёс, поэтому почти всё время на цепи.

- Не, не подойду, я собак очень боюсь, а к такому и страшно подходить, ему бы гриву и выглядел, как лев. Большой пёс и вид агрессивный, но глаза выглядят умными, - подытожила Аудра. А Дозор, потеряв всякий интерес к новым членам семьи, тут же лёг на землю, положив голову на свои передние лапы, и продолжал наблюдать за гостями, ворочая своими коричневого цвета глазами.

- Эта яблоня называется воргуль, её посадил отец, попробуй. – Николай наклонился и поднял с земли два яблока. Протерев о свою рубашку, одно протянул Аудре. - Мне вкус очень нравится и сочность очень высокая. Кусаешь, а сок брызжет во все стороны. Кусай! – И, ещё сам не успев проглотить, пережевывая, спросил: - Ну, как, вкусно?

- Ага, вкусно. Вкус необычный, что-то напоминает, но не могу вспомнить что, - отвечала Аудра, также пережевывая откушенное яблоко.

- А вот эта яблоня, видишь, какая она старая, называется анисовка. Один ствол обломился, а другой, на котором я когда-то прятался от друзей, чтобы спокойно почитать книжку, ещё жив и приносит плоды. Ей не меньше ста лет, и садил её, по словам отца, ещё его дедушка, представляешь! Давай и это попробуй, смотри, какая краснушка, так и просится в рот. – Он в точности повторил то же самое, что и с плодами воргуля. – И?

- Вкусно, эта помягче будет, зубы не будет ломить, - коротко охарактеризовала Аудра новый для неё вкус.

- Жаль, что эти яблоки долго не лежат, вот сейчас их самое время, а потом, на смену им придут вот те яблоки. Эти можешь не пробовать, они ещё не набрали своего истинного вкуса. Вот эти два дерева хороши будут к концу сентября. Этот сорт называется пепенка, а вот то - антоновка. Вишни уже давно сошли, но посмотри, сколько деревьев. Малина созревает, идём покушаем. – Николай потянул Аудру за собой. – Разрослась-то как!

- Да, целая плантация. И вообще, сад очень большой. Сладкая малина, а что не собирают её, она скоро осыпаться начнёт?

- Вот нам, наверное, и придётся её собирать. Завтра все разъедутся, и мы с тобой тут только и останемся. Не волнуйся, уверяю тебя, тут без работы не останешься и не заскучаешь. Ну, а тут, в самом конце сада, у нас растут груши и сливы. Слива поздняя, только начинает созревать. Это, вижу, новое дерево посажено, не знаю, что это, но похоже, что какой-то сорт груши, судя по стволу и листьям, нужно будет у отца спросить, что это. Бергамот – так называется сорт вот этой груши, если ешь его в свежем виде, то излишек приводит к расстройству желудка, а вот если его засушить и употреблять как сухофрукт, то он, напротив, стабилизирует работу желудка и устраняет понос, если такой случится. А эта высокая груша совсем простая, я не знаю, как она называется, сколько насыпано, ногу поставить некуда.

- А почему их не собирают? Они что, невкусные? – спросила Аудра, а Николай в это время смотрел на кровать, по-прежнему стоящую в том же месте, что и пять лет назад. И ему невольно вспомнился именно тот первый день, когда он с Ларисой, после заключения брака, приехал сюда и ночевал с ней на этой кровати, и как они не выспались из-за назойливых комаров. Это воспоминание отозвалось лёгким щемлением в сердце и отобразилось на его лице, что заставило Аудру задать вопрос: - Ты чего, Коля?

- Нет-нет, всё в порядке, - поспешно ответил он, возвращаясь из прошлого. – Собирается и используется, но не всё успевают перерабатывать. Например, корова ест яблоки, но их нужно крошить, потому что, если дать целыми, она может подавиться. А ей нужно покрошить ведро как минимум, а это не пять минут работы. Ну, одним словом, поживёшь и сама всё увидишь. А за садом, как ты видишь, картошка засажена, ботва уже сохнет, скоро будет выкапываться. В начале сентября обычно её у нас убирают… Ну вот, на сегодня достаточно, а завтра сходим к реке, посмотришь и заросшую реку, и какие сочные луга у нас.

- А где тут туалет?

- А вон будка, рядом с Дозором. Захотела по-маленькому? – поинтересовался Николай и, заметив утвердительный кивок, предложил: - Ты иди лучше в вон те кустики, где вишни, никто тебя тут не увидит. Туалет тут такой, что в восторге от него не будешь, он не лучше, чем у твоих родителей на даче.

Аудра послушалась и с улыбочкой поспешила в гущу молодых побегов вишни.

Они уже возвращались во двор, когда из дома вышла Танюшка со своим отцом. Дмитрий провожал малышку в туалет.

- Как дела у тебя Дима с квартирой? – спросил Николай после того, как Дмитрий отпустил Танюшку заниматься своими детскими делами – играться.

- Обещают закончить дом в этом году, может, нам повезёт, и мы получим, а если нет, то ещё года три придётся скитаться по чужим углам. Юрка вон получил как льготник, а таких льготников знаешь сколько находится?! - Дмитрий в сердцах махнул рукой.

- А то, что вы с Любой вместе работаете, это не является каким-нибудь преимуществом?

- Да не, очередь общая для всех, независимо в каком подразделении электростанции работаешь. Для молодых специалистов и льготников своя очередь, но там как-то распределяют хитро, вообще, я не знаю...

- Понятно. – Николай хорошо понимал все жилищные проблемы брата, потому как сам был в аналогичном положении. – А кого-нибудь из моих одноклассников ты встречаешь?

- Видел некоторых. Ах, да, друг твой Вася Троценко, устроился у нас на атомной, на проходной, такой козёл, что не дай бог. Все плюются от него. Едешь через проходную, то никто так не докапывается, как он.

- Ну, что ты, у него же такая работа, - Николай засмеялся, - это же его хлеб. Как он поживает, ты с ним общаешься или только ругаешься?

- Ни хрена я с ним не общаюсь, я ж говорю, он всех достаёт так, что никто ему уже руки не хочет подать. Знаю, что у него уже второй ребёнок родился, ты же знаешь, что у него жена Танька, - произнёс Дмитрий и посмотрел на Аудру, совсем не участвующую в разговоре.

- Ну, конечно, знаю, он же с ней начал дружить с девятого класса, - подхватив фразу брата, Николай не стал углубляться при Аудре, что это была его первая девочка, с которой он пытался построить свои первые юношеские отношения. – А ещё кого видишь?

- Витяна пару раз встречал, он в Колодезном дом строит, его Стёпушка в школе работает, имеют дочку. Витька как-то видел, он всё так же работает на железной дороге, ездит в рефрижераторных вагонах. Ну, Олю Монголову, сам увидишь, не знаю, приехала она на эти выходные. А так особо больше никого не вижу. Ах, да, Валика Сорокина недавно видел, передавал тебе привет. Он в Воронеже живёт.

- А как Шурка моя с Мишей живут?

- Не знаю, они в Колодезном, сюда редко приезжают.

- Шурка, - Николай, зная, что когда-то рассказывал о ней Аудре, решил теперь ей пояснить, - это та девушка, с которой я в девятом и десятом классе сидел за одной партой, ты помнишь, я тебе о ней говорил?

- Да, помню, что рассказывал, - ответила Аудра, внешне оставаясь безучастной ко всему и к этому разговору, в частности. Такая её безучастность подтолкнула Николая подумать, что ей скучно и неинтересно слушать эти расспросы брата.

- Ты устала слушать всю эту болтовню? Ладно, не буду больше тебя этим утомлять. А то всё в один день тебе в голову свалю, ты ничего не поймешь и ничего не запомнишь. Димок, а вода в баке есть? - спросил Николай, указывая на летний душ.

- Ды, не знаю, мы сами недавно приехали. Шяс лестницу принесу и посмотрим, - сказал Дмитрий и пошёл к сараю, где была прислонена к стенке деревянная лестница.

- Тебе помочь? – крикнул Николай во след удаляющегося брата.

- Не, не надо, она не тяжёлая.

- Аудра, у тебя всё в порядке? – вновь обеспокоенно спросил Николай, видя, что она не была обычной, как всегда. – Тебе что-то не нравится? Ты какая-то не такая.

- Нет, всё хорошо, может, ещё скованно себя чувствую, но так всё нормально, всё хорошо.

- Ты только не молчи и говори, если что не так. Ты присядь вот на лавочку, а мы, если воды мало, воды наберём, и вечером сможем душ принять. Ничего не поделаешь, тут такая цивилизация, такие удобства.

- Я понимаю. Может, я вам помогу.

- Что ты! Ведра поднимать тяжело. Вот, если хочешь, попробуй достать из колодца ведро воды. – Николай снял с рукоятки барабана специально сделанное под диаметр вьюшки колодезя ведро с резиновым клапаном на днище. – Видишь, какое ведро. Опускаешь его в колодезную трубу, а когда достанешь, то нужно потянуть за этот тросик, он оттянет эту резинку, и вода выльется снизу ведра. Всё просто, ну, пробуй!

Аудра, взявшись за рукоять барабана, на которой был намотан трос, стала вращательными движениями на себя опускать ведро. Почувствовав, как ведро сначала ударилось о поверхность воды, а затем затонуло, начала вращать рукоять в другую сторону. Первый оборот ей показался очень лёгким, но как только ведро оторвалось от воды, трос натянулся, и крутить рукоять стало значительно труднее.

- Ого, не так и легко тянуть ведро, - сказала Аудра, почувствовав нагрузку.

- Смотри, главное-не выпускай рукоять, а то так можешь по руке получить. Помочь?