BANIFED BANIFED – Неравнозначная любовь (страница 11)

Мысли заметались, не находя нужного решения: с одной стороны — вот она, лёгкая добыча, но с другой – фу, не раз пользованная, если такие слухи ходят… Ещё несколько мгновений, и он выбрал. Положил другую свою ладонь на её руку, оторвал от своей ладони и сказал: «Спасибо, Оля! Ты очень красивая девушка, и я польщён твоим вниманием, но мне этого не надо, и ты, пожалуйста, больше этого не делай. Хорошо?». «Хорошо», - ответила она и с улыбочкой на лице, собрав бумаги, подчёркнуто спокойно покинула кабинет.

Вечером того же дня Николай, проявляя крайнюю осторожность, как бы между прочим, расспросил у Аудры об Ольге и её семье. Аудра ответила, что у неё двое мальчиков, один уже школьник, и муж, который работает водителем. Больше Николай не стал расспрашивать, только опять же, как бы между прочим, сказал, что Ольга ему кажется немного легкомысленной девицей; такое ощущение, что она очень любит парней. Аудра, без всякого стеснения, улыбнувшись, развеяла его сомнения, сказав, что это правда, Ольга имеет слабость к мужчинам… Спустя несколько дней после этого разговора Николай встретил в магазине всю семью Ольги и был поражен тому, как выглядел её муж. Это был сбитый парень с правильными чертами лица и очень походил на его бывшего сокурсника Михаила. Сходство было просто ошарашивающим и, если бы Николай не знал, что его сокурсник трагически погиб, то он бы незнакомца принял за него… Оля познакомила его с мужем, они обменялись несколькими фразами, а Николай, чуть позже провожая семью взглядом, подумал, чего Ольге не хватает, когда рядом с ней такой завидный красавец-мужчина. Он хорошо знал, что есть такие охотники в среде мужчин, но никогда не думал, что такие охотницы есть в среде женщин, кроме проституток…

Глава 4

Ты знаешь я схожу с ума,

Когда во сне твой образ вижу.

И разных мыслей кутерьма,

То я люблю, то ненавижу.

Автор неизвестен

На майские праздники Аудра уговорила Николая, и они съездили в гости к Аушре. Перед тем Аушра вновь прислала письмо, в котором настоятельно приглашала навестить её. Николай согласился с большим удовольствием, потому как испытывал к Аушре определённую симпатию. Хоть Аушра и портила себя в его глазах курением, но в общем была обаятельным и приятным для него человеком. Из всего бывшего окружения жены, с кем она успела его познакомить, Аушра была единственной, которая не вызывала в нём отторжения и неприязни. Тем более, ему хотелось побывать в современной литовской деревне с загадочным названием Гедрайчяй.

Автобус, шедший до Молетай, выпустил их на ответвлении дороги, которая и вела в деревню, в которой жили родители Аушры. Николаю показалось достаточно большим расстояние от Вильнюса, чтобы каждый день его преодолевать ради работы дважды в день. Аудра бывала у подруги много раз, поэтому уверенно его повела к дому, где их ожидали. Место показалось Николаю достаточно красивым. По крайней мере, с правой стороны от их маршрута простиралось довольно большое озеро, заросшее по берегам молодым камышом. Наличие такого озера уже говорило о многом: было где и искупаться, и в своё удовольствие порыбачить. Им недолго пришлось идти до улицы Стадиону, которая, по-видимому, относилась к последнему по времени периоду застройки.

Дома были сложены из белого кирпича и имели современный архитектурный дизайн. Родительский дом Аушры был вторым от начала улицы и выглядел ухоженным, и присмотренным, как и участок вокруг него. С внешней стороны дом выглядел компактно и имел два этажа. Аушра встретила их в дверях и, предложив домашние тапочки, сразу повела знакомить Николая с внутренней планировкой, словно он являлся потенциальным покупателем этой площади. В целом, Николаю понравилось. Планировка не была изысканной, но зато очень функционально продуманной. Коридор первого этажа разделял санузел, кухню с просторной гостиной комнатой и подсобным помещением или, как пояснила Аушра, кабинетом отца. В конце по коридору располагалась лестница, ведущая в спальные комнаты второго этажа.

Мама Аушры оказалась очень приветливой и внимательной по отношению к гостям. С большим интересом отнеслась к Николаю и довольно много расспрашивала о его малой родине и семье. Её заинтересованность или любопытство позволили легко и быстро найти общий язык, поэтому у Николая с ней сразу сложились такие же тёплые отношения, как и с Аушрой. А вот отец, который появился под вечер, проявил себя довольно холодно и, как показалось Николаю, когда сказали, что он русский и говорить по-литовски не может, сдержанно. Практически они больше, как при самом знакомстве, не общались, от этого у Николая возникло ощущение, что он не очень жалует русских. Возможно, Николай не сильно ошибался, потому как Аудра позже ему сказала, что вся их семья живёт усиливающими в Литве политическими веяниями построения новых отношений. Провели в гостях всего сутки. Но приём и времяпрепровождение прошли просто великолепно. В Лунинец вернулись отдохнувшими.

В середине мая на должность начальника цеха был назначен инженер одного из подразделений отдела контрольно-измерительной аппаратуры, после чего Николай облегчённо вздохнул. Звали нового начальника Юрий Иванович. По возрасту ему было больше сорока лет. По словам Константина, который с ним был знаком и неоднократно общался, это был очень мягкий и добродушный человек. Об этом говорил и внешний вид. Темноволосый, с короткой стрижкой, с симпатичной ямочкой на подбородке и постоянной лёгкой улыбкой на лице—он представлялся в глазах окружающих простоватым человеком, хотя любил и ходил в строгом костюме. Но галстуки не любил, о чём признался Николаю в одном из разговоров. На первых порах он не отставал от Николая и, как змеиный хвост, тащился за ним всюду. Юрий Иванович хотел как можно быстрее освоиться на новом месте и, конечно же, разобраться в производстве, о чём прямо и говорил. Он много спрашивал и не стеснялся спрашивать, а Николай не отклонялся от роли старшего учителя и делился всем, чем только мог. Между ними установились нормальные товарищеские отношения, и они довольно быстро от официальности перешли к простому обращению по именам. Николай уже через несколько дней понял, что начальнику будет очень нелегко из-за своей мягкости в характере и, скорее всего, он долго на этой должности не продержится. Эти мысли он не выносил на поверхность и держал их при себе, полагая, что время само покажет, был ли он прав и насколько, но внутренне Николай был рад, что многие проблемы с появлением Юрия Ивановича с него снялись или отошли на второй план. Его трудовая жизнь потекла более спокойно.

У мамы Аудры надвигался день рождения, который был юбилейным: ей исполнялось пятьдесят лет. В телефонном разговоре было сообщено, что отмечать собираются с размахом, поэтому были приглашены многочисленные родственники, в том числе и Аудра с Николаем. Так как сам день рождения выпал на вторник, торжество было намечено на субботу, уже на двадцатое мая. Аудра пыталась найти какой-нибудь достойный подарок, но все её поиски оказались безуспешными. Созвонилась с сестрой. И они договорились, если удастся, от имени всех детей купить какой-либо нужный в быту электроприбор, в крайнем случае, в конверте преподнести деньги. Николай с Аудрой добирались по уже проторенной дорожке, как наиболее удобной. Приехав в Друскининкай и зайдя в родительскую квартиру, как Аудра заранее и предполагала, никого в ней не обнаружили. Ей стало ясно, что все гости собирались на даче и им предстояло туда же отправиться. Выпал очень жаркий день, и, прежде чем ехать на дачу, Аудра решила принять душ, чтобы смыть дорожную грязь, а заодно и дорожную усталость.

Когда они вышли к остановке, то оказалось, что ближайший автобус до деревни Ратнича будет только через два часа. Ничего другого не оставалось, как добираться пешим ходом. И это Аудра предложила Николаю, сказав, что пешком им придётся идти минут тридцать пять-сорок. Николаю это не было в тягость, он сказал, что в школу каждый день ходил похожее расстояние в течение шести лет, и потом он хотел посмотреть, как выглядит город в другом направлении от центра. Но Аудра только рассмеялась, пояснив, что, кроме леса, он мало что увидит. И, действительно, миновав магазин с красивым названием «Raigardas», пройдя перекресток, далее они уже шли вдоль дороги, окружённой сосновым лесом. Миновав небольшое озеро, с левой стороны увидели строения, которые принадлежали лесхозу. Потом стало видно несколько двухэтажных деревянных домов, в которых, как пояснила Аудра, они когда-то жили до переселения в нынешнюю квартиру на улице Суханбаева. Поднявшись на взгорок, Аудра, указывая на деревянный дом, похожий на сказочный дом бабы Яги, сказала, что это есть музей «Girios aidas» - Лесное эхо. Пообещала, что как будет другая возможность, то они посетят и осмотрят этот музей, хотя, по большому счёту, там нечего смотреть. Вскоре они свернули в лес и прошли мимо зданий предприятия водоканала и частных гаражей. Пройдя по лесной натоптанной тропинке, вышли к мелководной Ратничанке. Аудра сказала, что чуть ниже по течению есть красивое место, где река перегорожена камнями, за счёт чего образован каскад, под которым они в летнее время купаются. Пересекли Ратничанку по узенькому пешеходному мостику и вскоре вошли в саму деревню Ратнича, причём, из пояснений Аудры, в центральную её часть. Это была типичная литовская деревенька, которую Николай раньше видел в окрестностях Паневежиса. Некоторые дома были срублены и сложены из целых стволов деревьев, уже изрядно пересохших и потемневших от времени, другие – обшиты шалёвкой и покрашены в традиционный и широко используемый в Литве жёлтый цвет. Некоторые дома имели стены из белого силикатного кирпича, что указывало на относительную свежесть строений. От автобусной остановки, которая являлась конечной для третьего маршрута, открывался хороший вид для художественного глаза на одну из улиц с католическим костёлом в удалении. Наличие костёла говорило, что деревня не так уж и маленькая.