BANIFED BANIFED – Хлопающая в ладони (страница 35)

Немецкие служащие оказались добросовестными людьми и ответили, что телефон сохранён, и они готовы его выслать, если будет указан адрес. Но директор сказала, что через три, максимум четыре недели вновь будет поездка в Германию, и он лично сможет забрать свой телефон. Пришлось Николаю временно одолжить телефон у дочери.

Время поджимало Николая. Ещё работая в аквапарке неполный рабочий день, он старался в другой половине дня как можно больше сделать в своём доме. Он поставил задачу до холодов завершить утепление стен фасада хотя бы до нанесения последнего декоративного слоя. Пришлось мастерить стеллаж со стороны улицы, так как высота до конька крыши достигала шести метров, и с простого помоста работу выполнять было невозможно. Николай привлекал сына, и тот помогал ему, но с не очень большим желанием. А когда закрепили сетку для нормирования, позволяющую в дальнейшем получить лучшее сцепление клеящего состава с полистирольными плитами, сын стал просто нервировать. Николай показал ему, как замешивать клей и это он легко усвоил. И дальше ему нужно было этот клей поднести к стеллажу и прикрепить к верёвке. После этого Николай втягивал это ведро с клеем и наносил на стену. Александр, приготовив клей, уходил к компьютеру, и Николаю приходилось на всю улицу орать, чтобы он услышал и пришёл на помощь. С нервами закончив самую высокую торцевую стену, Николай дальше работал уже один, сказав сыну, что ему хоть без него тяжелее, зато нервы будут целее.

В это время непосредственно по улице Райгардас велась укладка городской канализационной сети. Это было значимое событие, потому как существующий выгребной колодец у дома нужно было освобождать каждый месяц, вызывая специализированную автоцистерну. Поэтому Николай, не раздумывая, решил подключиться к строящейся канализационной сети. Так как выгребной колодец находился со стороны леса, то до городской трассы выходило немаленькое расстояние – около шестидесяти метров. Кроме этого, нужно было ставить промежуточный колодец, так как получался поворот трассы почти под сто десять градусов. Выполнить это своими силами не могло быть речи, так как в точке подключения нужно было заглубляться почти на три метра. Поэтому нужно было заказывать экскаватор. Но начинать нужно было с проекта.

Витас Коха, до этого работающий в водоканале, дал телефон своего бывшего коллеги Виктораса Малинаускаса, который выполнял такие проекты. Николай поинтересовался, не родственник ли мэра этот Викторас, но Витас развеял его интерес, сказав, что всего лишь однофамилец. Созвонившись, договорились встретиться прямо у административного здания водоканала, куда Николай и подъехал на своём автомобиле. Сразу же поехали на участок.

Викторас хотел на месте ознакомиться с тем, как, что и где было расположено, и как именно Николай хотел вести свою трассу. Разъяснив и получив должную информацию, Викторас пообещал в течение недели предоставить проект, запросив за работу сто литов. Он выполнил обещанное и затем помог Николаю договориться с мастером из водоканала Римасом, который выполнял как раз земляные работы, связанные с прокладкой канализационных сетей. Римас запросил две с половиной тысячи литов, что, конечно, было очень дорого. Но выбора не было, и пришлось ударить по рукам.

Капали, укладывали трубы, оборудовали один колодец и затем закапывали трассу они не менее двух дней. Когда подошли к тронутой земле в точке врезки в колодец городской сети, начались проблемы. У них обваливался грунт, и экскаваторщику пришлось попотеть основательно, чтобы всё же справиться с задачей. За это Римас потребовал с Николая доплаты. Но Николай не пошёл на уступку, сказав, что цену назначал не он, а то, что им долго не удавалось пройти последние метры, он не виноват. Таким образом, расстались недружелюбно, и Римас уехал недовольным. Но чуть позже Витас прокомментировал этот случай, сказав о Римасе, что он такой человек, выжимает с клиентов по максимуму.

Нагрузка на Николая в эти дни свалилась колоссальная как дома, так и на работе. Но он не жаловался и выкладывался настолько, насколько ему хватало сил. На работе познакомился с инженером из Каунаса, который осуществлял технический надзор за выполнением работ по электрооборудованию аквапарка. Он носил звучную и очень знакомую не только для каждого жителя Литвы, но и всего бывшего Союза – Банионис. Только имя имел Витаутас, отличное от знаменитого артиста и режиссёра Донатаса Баниониса. Сам по себе Витаутас был интересным человеком, и вызвал у Николая симпатию. И специалистом также был неплохим. Поэтому Николай прислушивался к его мнению и старался через него как можно больше узнать о реальных работах и тонкостях по электричеству в ещё строящемся аквапарке.

Николай стал получать чертежи и, знакомясь с ними на практике, иногда находил несоответствия и обращал на это внимание Витаутаса. И он, как контролирующий орган, давал задания на устранение несоответствия или внесение изменений в проект, если обнаруженное несоответствие было сделано умышленно по тем или иным причинам. Шла нормальная работа, позволяющая Николаю вникнуть в тонкости своей будущей арены деятельности. Банионис отметил старание Николая и однажды похвалил его перед директрисой, сказав, что она нашла очень хорошего энергетика. Эти слова Алдона как-то повторила Николаю, когда они с ней вместе совершали инспекционный осмотр стройки. Естественно, столь лестные слова были приятны Николаю, но он знал, что до того момента, когда он начнёт себя чувствовать на объекте как рыба в воде пройдёт ни один месяц, а то и год.

Штат работников аквапарка увеличивался с каждым днём. Совместно с Расой стала работать ещё одна девушка - Инга Шинконене, которая также собирала команду для работы в кассах, информационном бюро, пункте проката. Одновременно стали набирать работников для работы в банном отделении, которое занимало целый корпус, обозначенный на планах буквой «Б» и который состоял из восемнадцати бань. Принимали и инструкторов, необходимых для работы у бассейнов, которых неофициально стали называть бассейнистами.

Много споров шло вокруг того, нужно ли набирать людей для уборки парка, но в итоге пришли к тому, что на данном этапе лучше привлечь отдельную компанию, которая специализированно занимается такими работами.

В администрацию были приняты на работу девушки-маркетологи, юрист, бухгалтер. Пришёл и был принят молодой парнишка Деймантас, который должен был работать на должности администратора ЭВМ. Судя по чертежам, с которыми Николай знакомился, он совсем не завидовал Деймантасу, потому что, кроме серверной комнаты, на его плечи ложилась и система контроля прохода через автоматизированные двери, кассы входа и выхода аквапарка, турникеты и ещё система видеонаблюдения.

Формировался штат сотрудников для работы с автоматизированной системой управления предприятием – СУП, которая предполагала возможность управления из отдельного помещения если не всеми, то многими техническими средствами парка. По сути, это была старая система диспетчеризации, которая теперь преобразовалась в более современную и прогрессивную, основанную на достижении технического процесса – компьютеризации. Находясь за компьютером, дежуривший инженер мог включить или отключить, например, подачу воды на аттракционную горку, изменить температуру воды на этой горке или джакузи, бассейне, или воздуха в отдельной части пространства. Сюда же, в СУП, стекалась информация об отклонении заданных параметров или любых других неисправностях, после чего инженер должен был привлечь соответствующих работников для устранения этих неполадок. Кроме Виктораса и Дарюса, в команду СУПовцев приняли молодых парней, Рамунаса и Альбертаса, а несколько позже и знакомого Николаю - Виктораса Малинаускаса.

В основном, принимаемые на работу или те, с которыми вели собеседование, не были знакомы Николаю, но некоторые всё же ему прежде попадались на глаза. А с некоторыми и вовсе он был знаком. Так из прежнего лимонадного и минерального разлива заметил Лайму, Гинтараса и Виду, о которой вновь подумал, что её он встречал задолго до совместной работы, но вот где, так и не смог вспомнить. А Вильма, принятая на должность юриста, была шапочно знакома Николаю ещё с того памятного первого сентября, когда дочь пошла в нулевой класс. И теперь их дети занимались в одном классе, поэтому с Вильмой они стали словно родственники в третьем поколении.

В отличие от Николая, его коллеги - Викторас, Раса, Янина, Инга - так или иначе со многими людьми, принимаемыми на работу в парк, были знакомы, но это объяснялось, конечно же, тем, что в большинстве своём это были местные жители, и в таком маленьком городе все когда-либо пересекались. Даже Николай, проживший в Друскининкае не более пяти лет, и то имел счастье вновь столкнуться с людьми, с которыми ранее уже совместно работал.

Очень интересно вышло, когда выяснялось, что дедушка Деймантаса, теперь проживал в деревне Драпалей: именно в том доме, где родился отец Аудры и сама Аудра. Естественно, Николай и знал дедушку Деймантаса, и был с ним знаком. И сам Деймантас видел отца Аудры пару раз, когда приезжал навестить своего деда. Но вот с Николаем в деревне не пришлось встретиться, только теперь совместная работа их познакомила и свела по-новому…