Бах Артём – Гостеприимство Аркедорума (страница 5)

Илианесса с ужасом смотрела на то, как её друзья убивают друг друга, но ничего не могла поделать. В определённый момент она взглянула на меня, и я увидел в её глазах мольбу. Именно этот взгляд заставил моё сознание проясниться.

Я поспешил к двоим воинам и с разбегу врезался левым плечом в спину дворфа, но тот был подобен скале и даже не шелохнулся. Лиам вцепился в его кисть, пытаясь разорвать мертвецкую хватку на своей шее, но все попытки были тщетны. Постепенно глаза мечника начали закатываться, а из его горла донёсся прерывистый хрип.

Я со всех сил ударил навершием рукояти короткого меча в затылок Гигуля, однако удар получился слабым, и дворф даже не обратил на меня внимания. Тогда я ударил ещё раз, ещё и ещё. Всё было без толку.

Изо рта Лиама брызнула слюна, а его пальцы начали соскальзывать с руки Гигуля. Я сосредоточился, набрал полную грудь воздуха и с выдохом сделал размеренный взмах мечом. Тёмная сталь издала неестественное, мелодичное гудение, и лезвие рассекло шею дворфа, срубив его голову с плеч. Лишь тогда хватка берсерка начала ослабевать, а затем обезглавленное тело рухнуло рядом с Лиамом.

Мечник лежал на полу и не двигался, но затем резко дёрнулся, начал жадно глотать воздух и тут же залился кашлем. Илианесса же стояла в оцепенении у выхода из зала.

– Что ты… наделал… – просипел Лиам, сфокусировав озлобленный взгляд на мне. – Ублюдок… Ты убил его…

Вцепившись в рукоять своего меча, я растерянно смотрел на лежащего мужчину, которого только что спас, и которой теперь искренне меня проклинал.

– Ты… Ты заплатишь… – Лиам потянулся рукой в мою сторону, но я отшагнул от него. – Ты заплатишь…

Я вновь набрал полную грудь воздуха и собрал волю в кулак, восстанавливая дыхание. Правая рука ужасно болела, но я уже не обращал на это внимания.

– Я спас тебя, придурок, – с лёгкой обидой в голосе сказал я Лиаму. – Гигуль убил бы тебя, меня, а затем Илианессу. Ты такого исхода хотел?

– Ты заплатишь! – злобно повторил Лиам.

Я лишь устало вздохнул и направился к выходу из зала. Проходя мимо эльфийки, я с грустью посмотрел на неё, но та отвела от меня взгляд. Так ничего ей и не сказав напоследок, я направился дальше, пытаясь осветить путь тускло горящим лезвием меча.

У меня не было сил, я был ранен, а впереди простирались лабиринты из петляющих тёмных коридоров древних руин. У меня не было еды, воды и огня. Не было спальника, не было карты, а из одежды были лишь чьи-то чудом не развалившиеся ботинки, неуместно выглядящие здесь синие джинсы и тёмно-зелёная футболка. Был ещё странный меч, почти сносно исполняющий роль факела. Но самое главное – у меня появилась возможность свободно распоряжаться собственной судьбой. Вот теперь начинается настоящее приключение. Моё собственное приключение.

Глава 5

Обитель крови и теней

Нахлынувшая на меня уверенность быстро испарилась, когда я осознал, что даже приблизительно не знаю, где находится выход отсюда. Этот мир явно не горел желанием подстраиваться под меня, так что я не шибко рассчитывал на удачу или же на пробуждение ещё какой-нибудь неординарной силы. К тому же после последнего такого «пробуждения» мои мысли до сих пор не упорядочились в голове.

Пройдя совсем немного, я вспомнил о рунической ловушке, установленной на одной из плит. Я выставил тускло светящийся меч чуть вперёд, едва не касаясь его лезвием пола, и пошёл очень медленно, осторожно. По какой-то причине мне никак не удавалось разглядеть свет рун во мраке.

Вскоре плиты под моими ногами стали необычайно гладкими, очищенными от пыли и слегка поблёскивающими от света моего клинка. Я припал на одно колено и смог разглядеть на полу редкие капли крови, тонкой дорожкой ведущие вдаль по коридору.

– Кажется, удача всё-таки на моей стороне, – пробормотал я себе под нос, выпрямившись и продолжив путь.

Я уже не пытался вспомнить маршрут, по которому меня вела группа авантюристов. Я тщательно высматривал под ногами свои хлебные крошки – капли свежей крови, которые, согласно моим надеждам, должны были принадлежать Хайхилю и вести к выходу.

Но со временем капли стали попадаться мне всё реже и реже. Иногда на развилках мне не удавалось отследить кровавый след с первого раза, и я уходил в неверном направлении, а затем возвращался. Вместе с тем я явно отставал от бывшего обладателя этой крови, ведь капли постепенно запекались, и разглядеть их было всё труднее.

И вот, поднявшись по очередной лестнице, я прошёл ещё десяток метров и оказался на перепутье. Спасительный след стал окончательно неразличимым на фоне тёмного камня, а, быть может, преследуемый мною Хайхиль остановил своё кровотечение. С тоской оглядев на перекрёстке три возможных пути к выходу, каждый из которых был окутан мраком, что едва ли развеивался лезвием моего меча, я тяжело вздохнул и уселся на каменный пол.

Я не знаю, сколько я добирался до этого места: моё восприятие времени сильно притупилось в окутывающей меня густой тьме. Мои ноги уже начали изнывать, рука устала держать ещё не омывшийся от крови Гигуля меч, а сердце по новой захлестнули сомнения и чувство тревоги.

Чёрт. Я же не выберусь отсюда. Изберу путь, пойду по нему и не узнаю, верный ли он, до самого конца. Конца… Какого конца? Моего? Я… Я умру здесь?

Илианесса сказала, что в случае смерти я должен отправиться в родной мир, но… Так ли это? Эта группа авантюристов вообще не понимала, как работает призвавшее меня заклинание. Они не могут знать наверняка, что произойдёт, если я умру.

К тому же я не хочу умирать. Я не хочу через это проходить. Не хочу это чувствовать. Я хочу жить…

Три пути. Шанс избрать верный один к двум при том условии, что Хайхиль сам не сбился с верного маршрута. А вдруг он и не искал выход, а просто убежал в безопасное место?

Стоп. Шанс один к двум только в том случае, если это последняя развилка на моём пути. Если же их несколько, то… Нет, лучше об этом не думать… Чёрт.

«Я не выберусь отсюда», – столь простой вывод пронзил моё сознание, заставив на миг испытать неестественную безмятежность. – «Я умру здесь».

Нет! Нет, нет, нет! Этого не произойдёт! Я выберусь, выживу, окажусь на поверхности и… А что ждёт меня на поверхности? Здесь же древние руины… Как далеко они могут быть от цивилизации? И примет ли меня вообще эта «цивилизация».

Я не провёл в этом мире и суток, а уже сломал руку и приобрёл во врагах группу крайне опасных искателей приключений. Я покойник.

Поджав колени и зарыв в них лицо, я выпустил меч, сжался и ощутил, что моё тело пробрала дрожь. Эфес клинка с лязгом ударился о каменный пол, а пронёсшийся со свистом порыв ветра всколыхнул мои волосы. Я оторвал голову от колен и поднял взгляд. Ветер?..

Я резко вскочил на ноги. Ветер задувал из правого коридора, вея лёгкой прохладой. Я повернулся ему навстречу, наспех подобрав меч, и почувствовал, как моё сердце неистово забилось. Во мне вспыхнула слабая надежда, подобная этому лёгкому дуновению ветра, надежда, за которую я всеми силами попытался ухватиться.

И я побежал. Я побежал навстречу ветру, минуя одну развилку, вторую, третью, чувствуя, как тот становится всё сильнее. Поднявшись по ещё одной лестнице, я замер от того, что предстало перед моими глазами.

В конце длинного коридора виднелся свет. Тусклые лучи пробивались сквозь мрак, освещая проём, перед которым валялись куски расколотой каменной двери.

Не поверив своим глазам, я несколько раз моргнул, а затем засмеялся. Я победил. Я выживу. По крайней мере, я могу попытаться выжить. Уже без былой спешки я направился к свету.

За дверным проёмом показалась просторная комната с высоким сводом, поддерживаемым двумя рядами массивных колонн. Посередине потолка зияла трещина, через которую и пробивались лучи света. Стены же были утыканы проёмами с выбитыми каменными дверьми, а возле этих проёмов стояли статуи в натуральную величину, изображающие разнообразных воителей. Тут были люди, эльфы, дворфы, широкоплечие орки, ушастые гоблины и хоббиты, а также представители незнакомых мне рас. Воители были вооружены пиками, мечами, молотами, топорами, кнутами и другими видами оружия ближнего боя. Я не тратил много времени на изучение статуй: моё внимание привлекла совершенно иная фигура.

Выходом из комнаты служили распахнутые каменные створки, за которыми виднелось заволочённое серыми облаками небо. У основания створок стоял полурослик в сером плаще и кожаной броне, который смотрел в мою сторону с некоторым удивлением. Правая половина его лица была сильно обожжена и покрыта жутким шрамом, который выглядел довольно старым, хоть его и не было совсем недавно.

– Вот уж кого-кого, а тебя… – проговорил Хайхиль себе под нос. – Что там внизу произошло?

Продолжая удерживать клинок в левой руке, я сделал несколько осторожных шагов навстречу хоббиту. Но Хайхиль не проявлял враждебности. Напротив, зацепившись взглядом за мой меч, хоббит поднял вверх руки, демонстрируя, что он безоружен.

– Расслабься, – произнёс полурослик. – У меня нет никакого желания вступать с тобой в схватку. Просто расскажи мне, что произошло.

– Гигуль напал на нас, – холодно ответил я. – После того, как статуя Оркара пришла в движение, у Гигуля помутился рассудок, и он попытался убить меня и Лиама. В итоге я… отрубил дворфу голову.