Багиев Заур – Осетины молятся стоя (страница 6)

— «Не могу, отец. Мне два года надо отработать там, куда меня распределили», — сокрушённо произнёс Урызмаг, уже отчётливо понимая бесполезность своей затеи.

— «А если бы было можно, ты, конечно, хотел бы здесь остаться, да?..» — Бека бросил готовый сапог на пол и поднял на сына умные глаза.

Ничего не ответив, тот опустил голову.

— «Вот!.. И не уговаривай нас. Давай лучше поедим пирогов, которые твоя мать приготовила для своего любимого сыночка... А, афсин? Ты готова?..»

Бека встал и с удовольствием потянулся, разминая онемевшие мышцы спины.

— «Там жизнь кипит, а здесь время будто остановилось», — уже смирившись со своим поражением, упавшим голосом произнёс Урызмаг.

— «Скоро эта хвалёная жизнь начнёт вас самих немилосердно по голове стукать. Вы ещё не раз пожалеете о своём теперешнем безумии», — словно для самого себя негромко произнёс Бека, задумчиво нахмурив брови.

— «Ты о чём, отец?.. Сейчас всё — для простого человека. Ты же знаешь, уже не те времена. Теперь всё непременно должно наладиться. Люди, наконец, вздохнули свободно и очень скоро поймут, как надо жить», — открыто глядя на внимательно слушающего отца, убеждённо произнёс Урызмаг.

Молча, с выражением сожаления на лице, Бека посмотрел на сына и направился к сверкающему в солнечных лучах окну. Немного постояв у ярко освещённого прямоугольника, он повернулся и медленно подошёл к ожидающему ответа Урызмагу. Замерев возле сына, он ещё секунду постоял с опущенной головой, затем, подняв прищуренный взгляд, тихо спросил:

— «Без Бога?..»

Некоторое время отец и сын молча глядели друг на друга, затем Бека опустил взгляд и отошёл. На лице Урызмага всё ещё читались несогласие и упрямство.

— «Пошли на кухню, надо помолиться. Пошли... А то остынет всё», — вновь заговорил Бека, стоя вполоборота к сильно погрустневшему Урызмагу, и после небольшой паузы добавил: «Человеку со своими желаниями самому не справиться, сынок... Потом когда-нибудь поймёшь. А сейчас — пошли, помолимся!..»

Столько лет прошло, Урызмаг разменял шестой десяток, а смысл сказанных тогда его отцом слов по-настоящему дошёл до него только сейчас.

— «Прав был Бека, ох прав… Без внутренней опоры никак не прожить!» — он вспомнил эпизод какого-то фильма, который недавно посмотрел по телевизору. В нём большой комфортабельный пароход терпел крушение, а мужчины, пассажиры вип-класса, которые несколькими часами ранее являлись буквально образцами благородных рыцарей, теперь во что бы то ни стало, желая спастись, стремились занять места в шлюпках, без зазрения совести расталкивали женщин, детей, топча упавших людей ногами. Не помогли ни воспитание, ни мужское достоинство, ни даже угроза возможной в будущем уголовной ответственности.

Урызмаг улыбнулся.

— «Да… Трудно отстраниться от человеческого в подобные критические моменты. Ой, как трудно… Для большинства — это просто невозможно… Без определённой работы над собой тело рано или поздно своё навяжет…»

Бросив взгляд в небольшое окошко вагончика, прораб удивился.

— «О-па!.. Глянь-ка, а уже темно… Пора, однако, домой». Он глубоко вздохнул, встал из-за стола и направился к выходу.

Глава 4

— «Как тебя звать?..» — Заур заворожённо смотрел на стоящую перед ним смуглую, невысокого роста, юную девушку с чёрными, как смоль, длинными волосами. Лёгкий морской бриз беспорядочно развевал её блистающие на солнце пряди, каскадом спадающие на стройную, покрытую бронзовым загаром спину. От её взгляда, полного искренней радости и кроткого доверия, у оторопевшего Заура в груди вдруг заполыхал нешуточный огонь. Он всё громче ощущал глухие удары своего словно взбесившегося сердца, грозившего разрушить грудную клетку изнутри. Не шевелясь, он с трепетом ждал ответа незнакомки, но девушка упорно продолжала таинственно молчать. Стоя в шаге от юноши, она откровенно глядела ему в глаза и нежно улыбалась.

Наконец, придя в себя, взволнованный Заур медленно подошёл к девушке и осторожно взял её хрупкую, изящную руку. Глядя с трепетной нежностью на незнакомку, он немного помолчал, а затем как можно ласковее спросил:

— «Ты что тут делаешь?.. Одна?..»

Заур удивлённо огляделся и оторопел.

Он вдруг обнаружил, что их окружают не привычные родные ландшафты, а какие-то густые заросли, яркостью и разнообразием цветов напоминающие тропики. Поражающий яркостью красок девственный лес своим непривычным для глаз жителя умеренного климатического пояса великолепием слепил глаза.

— «Где это мы?..» — Заур поднял голову и попытался сосредоточиться. Над ним безмятежно распростёрлось безукоризненно голубое высокое небо с редкими вкраплениями белоснежных облаков. Играл светлым бирюзовым оттенком южный океан, а на берегу, словно играя с ветерком, шуршали своими роскошными кронами кокосовые пальмы. Не выпуская ладони девушки, он медленно скользил взглядом по непривычному пейзажу, усиленно стремясь понять, где это он находится и как сюда попал. Еле уловимое движение оторвало его от разглядывания непривычного пейзажа. Незнакомка осторожно шагнула к нему и доверчиво прильнула к его груди всем своим телом. Волна необъяснимого счастья с головой захлестнула растерявшегося юношу. Он вдруг ощутил ни с чем не сравнимый восторг, который сразу же заполнил всё его существо. Необычное чувство, набирая силу, стремительно росло, равномерными толчками ударяя то в мозг, то в сердце, немилосердно разрушая в прах его вполне нормальное человеческое здравомыслие. Это рождало в его душе жуткую эйфорию.

Одновременно с этим, как это ни удивительно, он вдруг почувствовал ещё не до конца осознаваемый страх… Страх потерять то, что только что нашёл.

— «Как же долго я тебя ждал…» — отбросив прочь сомнения, думал потерявший чувство реальности счастливый юноша. Теперь ему было всё равно, где он и как тут оказался: теперь он любил. Любил искренне и сильно, и в то мгновение это было самым главным.

Неожиданно, нарушая чувство счастья, в сознание спящего юноши ворвался гулкий стук. Этот звук, с жестокостью садиста, возвращал его из чудесных сновидений в неуютную реальность. Это Агунда, уверенная в своём статусе любимой сестры, бесцеремонно влетела в комнату брата, от души хлопнув дверью.

— «Вставай, принц! Любовь свою проспишь!»

Вздрогнув, Заур проснулся. И хотя всё его существо стремилось вернуться в сладостную иллюзию, его крепнущее сознание упрямо возвращало юношу в окружающую реальность. Он нехотя приподнялся на кровати и бессмысленным взором стал блуждать по комнате. Он всё ещё не до конца осознавал, что всё происшедшее с ним было всего лишь фантастическим сном. Чувство безмерного счастья стремительно таяло, уступая место сожалению и острому желанию разрыдаться от бессилия удержать это блаженное состояние.

— «Ты здоров?.. Что с тобой?..» — наблюдая за странным поведением брата, забеспокоилась Агунда. — «Может, маму позвать?..»

Наконец придя в себя и уже осмысленно посмотрев на сестру, Заур с выражением отчаяния на лице откинулся на подушку. Немного полежав, он сделал вялый отрицательный жест рукой.

— «Нет, всё нормально… Это просто сон… просто сон…»

— «Кошмар, что ли?..» — Агунда любила брата, и выражение озабоченности всё ещё не сходило с её лица.

— «Нет… Любовь!..» — Заур точно знал: чтобы обмануть сестру, ему надо было сказать правду.

— «О, это одно и то же. Ты свою сестру слушай, тогда, может, и сам наберешься ума. А врать ты как не умел, так и не умеешь… Ладно, вставай. Отец зовет»

— «Кыш!.. Греби отсюда, пока не получила…» — без энтузиазма огрызнулся Заур, вяло замахнувшись на ожидающую его девушку. — «Брысь…»

Агунда мгновенно исчезла за дверью. Полежав еще несколько минут, парень медленно откинул одеяло и нехотя встал с постели. Образ незнакомки из сна все еще не отпускал его, а сознание категорически не соглашалось с такой скорой и безнадежной потерей. Глубокая тоска жгла его сердце, и непреодолимое желание заплакать все еще пытало его и без того напряженную психику.

— «Спокойно, Заур… Спокойно!.. Такие сны зря не снятся. Значит, так было нужно. Тебя хотели предупредить, тебе показали ее…» — говорил он сам себе. — «Зачем?.. Странный вопрос… Чтобы ты знал, кого должен искать!»

Лучик надежды мелькнул в его сознании, постепенно успокаивая взбудораженную душу. Сожаление и боль потери начали медленно испаряться, постепенно уступая место вере и надежде. Решительно встряхнув волосами, парень окончательно сбросил с себя остатки сна и вернулся в реальность. Быстро натянув спортивные штаны, которые всегда носил дома, он аккуратно уложил одеяло, подушки и уже бодрым шагом направился в ванную комнату.

Выйдя в зал, Заур увидел сестру, которая старательно пылесосила ажурный ковер, покрывающий центральную часть гостиной. Подойдя к сестре, он без слов повалил ее на пол и осторожно придавил коленом:

— «Я тебя научу вести себя со старшими, курица! Ну-ка, проси прощения, длиннохвостая! Иначе я тебя сейчас в окошко выброшу!.. Ну!..» — с деланно свирепым лицом он старательно скручивал верещащую сестру.

— «Ма-а-а-а!.. Па-а-а-а!..» — пытаясь вырваться из рук брата, радостно визжала Агунда, прекрасно понимая, что скоро явятся её защитники, чем ещё больше раззадоривала брата: — «Ну!.. Проси!..»

— «Не дождёшься!.. Амазонки не сдаются!»