Бааль Сулам Йегуда Ашлаг – Паним Меирот и Масбирот на Древо Жизни (страница 13)

Буква כ״ה:И вот, второе упомянутое повреждение — это аспект «и приходит и забирает его душу». Я хочу сказать: даже ту малую часть души, которая осталась у человека в виде «испарины жизни» от прежней жизни, — её סטרא אחרא отнимает у него посредством того самого влияния, которое она изливает ему из 288 искр, доставшихся ей в удел. И чтобы понять это, нужно хорошо представить себе природу סטרא אחרא, дабы ты мог постичь все её пути. Я уже разъяснил в Паним масбирот, ветвь 6, что все части творения в нижнем мире — это ветви, протянутые от их корня, подобно печати от печати, из высшего мира. А тот высший — от ещё более высокого, и тот высокий — от ещё более высокого, и так далее. И знай, что всякое различие между ветвями и корнями заключается только в их материальной основе. То есть материи этого мира — это физические элементы, а материи мира Йецира — это духовные элементы, то есть духовные аспекты мира Йецира. И так в каждом мире — соответственно его уровню. Однако события и процессы в них имеют равную ценность для каждой ветви и её корня, подобно каплям воды, подобным друг другу, и подобно печати, полностью тождественной той печати, которой она оттиснута. И зная это, мы поищем ту ветвь, которая есть у высшей סטרא אחרא в этом мире, и тогда через неё познаем и корень высшей סטרא אחרא.

И мы нашли в святом Зоаре, в разделе Тазриа, что язвы (негаим) на телах людей — это ветви высшей סטרא אחרא, смотри там внимательно. Поэтому возьмём для постижения строение живого существа. И мы видим в нём, что эта язва, возникающая на его теле через получение наслаждения, — она же умножает и взращивает ему жизнь. Поэтому Провидение запечатлело в детёнышах, что куда бы они ни обратили взор, они находят удовольствие и наслаждение, даже от случайных мелочей. Ибо тело детёныша особенно нуждается в изобилии жизни, чтобы иметь достаточно для поддержания и роста, — поэтому наслаждение им доступно. И ты видишь, что свет наслаждения есть отец жизни. Однако этот закон действует только в отношении наслаждения, которое изливается на всё строение в целом. Но при отдельном, внешнем наслаждении, когда наслаждение собирается и принимается лишь в обособленную часть тела живого существа, — мы обнаруживаем в нём обратное правило. А именно: если у него есть повреждённое место на теле, пробуждается в нём желание чесать и скрести, и действие чесания приносит ему также и надлом в болезни, ощущаемый...

...наслаждения, связанного с сильным зудом. Однако в этом наслаждении заключена капля смертельного яда, преследующего его по пятам. И если он не совладает со своим побуждением и удовлетворит зудящее требование, то это удовлетворение увеличивает его болезнь. Иными словами, по мере усилий получить наслаждение от чесания, возрастает и повреждение, и наслаждение обращается в страдание. А когда повреждённое место вновь начинает заживать, рождается в нём новое, более сильное требование чесания, ещё большее, чем прежде. И если он снова не совладает со своим побуждением и опять удовлетворит требование, то и повреждение будет всё более и более возрастать, пока не принесёт ему каплю желчи в конце, которая отравляет всю кровь этого живого существа. И оказывается, что оно умирает от получения наслаждения, потому что это наслаждение отдельное, принятое лишь в обособленную часть тела, и потому оно производит разрушение во всём теле, в противоположность наслаждению, изливаемому на всё тело целиком, как сказано.

И вот перед нами вырисовывается образ высшей סטרא אחרא с головы до пят. Её голова — это желание получать только для себя, а не отдавать вовне, как свойство требования в больной плоти относительно всего тела. Тело סטרא אחרא — это форма самого этого требования, которое не предназначено к погашению: когда ему платят, оно лишь увеличивает долг и болезненность, подобно получению наслаждения через чесание. А пята סטרא אחרא — это та капля яда, которая отнимает и отделяет его даже от последней искры жизни, оставшейся у него, подобно капле смертельного яда, отравляющего всю кровь тела. И это смысл сказанного мудрецами: «И в конце приходит и забирает его душу». И это же смысл сказанного: ангел смерти является с обнажённым мечом и с каплей желчи на конце меча; и человек открывает рот, и он бросает в него эту каплю, и тот умирает. Меч ангела смерти — это влияние סטרא אחרא, называемое мечом из-за присущего ей разделения и отдаления в мере получения, которое в итоге разрушает его. А человек неизбежно открывает рот, так как вынужден получать питание для своего существования и поддержания из её рук, пока не достигает его капля желчи, которая в конце меча и есть завершение отделения последней искры души его жизни, как сказано выше.

Буква כ״ו:И вследствие двух упомянутых повреждений испортилось также и телесное строение человека. Ибо со стороны Йецира оно было с величайшей точностью приспособлено к получению питания для своего существования из системы святости. Ибо в совершенном действии все части находятся в равновесии, без малейшего излишка или недостатка. А действие несовершенное и неустойчивое таково потому, что в смешении его частей есть какая-либо нехватка или избыток. И как сказал Экклезиаст: «Всё, что делает Б-г, — совершенно навек; к этому нечего прибавить и нечего убавить»(Кохелет 3:14). И таков был закон человека: от совершенного Действующего проистекало совершенное действие. Однако из-за того, что святость отошла к системе סטרא אחרא по причине примеси ущерба в его строении через грех Древа познания, возникли в строении тела многочисленные излишние части, без всякой нужды, ибо они вовсе не способны принять питание, изливаемое из области סטרא אחרא. Подобно тому, как мы находим кость луз (עצם לוז), смотри в Зоаре, Мидраш а-Неэламна главу Толдот, и так же в Сания рибии т. д. И так в каждой известной части тела, и нет нужды продолжать.

Поэтому человек вынужден получать пропитание в своё тело сверх необходимости, из-за этих излишков. И всякое требование, поднимающееся от тела, соединяется с ними. Но сами излишки не могут получить свои части, и поэтому их части остаются в теле в виде отходов и отбросов. И тело вынуждено затем извергать их наружу. Таким образом, органы питания и пищеварения трудятся впустую из-за них, и оттого они постепенно разрушаются и приходят к гибели. Ибо таков закон этих лишённых равновесия частей: их конец — распад. И ты видишь, что и со стороны строения тела смертность его обусловлена и вытекает из Древа познания.

Буква כ״ז:Теперь мы удостоились постичь и понять две противоречащие друг другу системы управления, о которых мы говорили выше (в букве י״א). Ибо управление поддержанием и пропитанием существующего перешло от системы святости к системе סטרא אחרא. И это вследствие примеси возросшего желания получать для себя, привязавшегося к строению мира из-за вкушения от Древа познания, что вызвало отделение, противоположность и ненависть между системой святости и телесным строением обитателей этого мира. Ибо святость уже не может поддерживать и питать их от высшего стола. Поэтому, чтобы не разрушился мир и чтобы дать им путь к исправлению, было передано всё управление питанием существующего — то есть 288 искр — в руки סטרא אחרא, и они стали кормильцами всех обитателей мира на время протяжённости исправлений. Поэтому порядки поддержания жизни крайне запутанны. Ибо от злодеев исходит зло: если они убавляют изобилие миру, то приносят разрушение и страдания, а если умножают изобилие, то приносят силу отделения получающим ещё больше, согласно сказанному: «Имеющий сто желает двести, а имеющий двести желает четыреста»(Кохелет Раба 1:13). Подобно отдельному наслаждению, получаемому больной плотью: с умножением наслаждения умножается и отделение, и болезнь. И оказывается, что сама любовь к себе возрастает в получающих, и с умножением питания они поглощают свою жизнь, и жизнь тела сокращается, ибо получение скорее достигает той капли желчи, что в конце его. И куда бы они ни обратились, они лишь творят зло, как сказано выше.

И из этого пойми сказанное в Тосефте Кетубот (104): «Пока человек молится, чтобы Тора вошла в его тело, пусть молится, чтобы не вошли яства в его тело», смотри там. И это потому, что форма получения для себя, противоположная святости, умножается..

Буква כ״ח:И возрастает [в нём] мера наслаждения, получаемого его телом, как сказано выше. А если так, то как же возможно ему обрести свет Торы внутрь своего тела, когда он отделён противоположностью формы до крайности от святости, и великая ненависть существует между ними, как между всеми противоположностями, которые ненавидят друг друга и не могут находиться в одной оболочке? И очевидно, что он обязан прежде молиться, чтобы яства и наслаждения не входили в его тело. И по мере умножения занятия Торой и заповедями, он мало-помалу удостаивается обратить форму получения в намерение ради отдачи (לע״מ להשפיע), и оказывается, что он уподобляет свою форму системе святости, и возвращается к равенству и любви между ними, как было до греха Древа познания (עץ הדעת). И тогда он удостаивается света Торы, войдя в ограду Святого, благословен Он.

Буква כ״ט:И пойми хорошо, почему не приведён ответ ангелов вышних в упомянутом мидраше о сотворении человека, на котором мы остановились выше (в букве י״א, смотри там). Ибо на нынешнего человека не согласились бы даже ангелы Милости (חסד) и Справедливости (צדקה), потому что он полностью вышел из-под их влияния и стал опираться на стол סטרא אחרא (ס״א), как сказано выше. И в этом смысл завершения мидраша: «Взял истину (אמת) и швырнул её на землю», — и тотчас все сказали: «Да взойдёт истина из земли!» То есть даже ангелы Хеседа и Цдаки раскаялись в своём согласии, ибо не на таких условиях они когда-либо соглашались, чтобы истина была унижена. И этот случай произошёл во время вкушения от Древа познания, когда истина исчезла из управления существованием мира, и ослабла и пошатнулась сила очищения (бирур), заложенная в человеке со стороны мира Йецира, чей способ действия был через ощущение горького и сладкого, как написано выше в букве ט״ז, смотри там. Ибо изобилие существования — 288 аспектов (רפ״ח) — уже было очищено, как солнце в полдень, и соединено с системой святости, и вкус еды ощущался, чтобы приближать и совершенствоваться во всём любимом и сладком, и отвергать всё горькое и злое для него, так что человек не преткнулся бы в них. Однако после первого вкушения от Древа познания, через этот грех прилепилась к ним форма усиленного получения для себя, и их тела стали противоположны святости, как сказано выше. Тогда изобилие существования — эти 288 аспектов — перешло в руки סטרא אחרא. И оказалось, что 288 искр, которые уже были очищены, снова смешались в руках סטרא אחרא, и родилась новая форма в реальности — форма, начало которой сладко, а конец горек. Ибо так изменилась форма 288 в руках סטרא אחרא: свет наслаждения, приходящий через них, приносит разделение и каплю желчи, как сказано выше. Это и есть форма лжи, «отец отцов разрушений» и всякого смешения. И это — «взял истину и швырнул её на землю». И потому добавилось человеку, по совету змея, новое очищение — разумная действующая сила, способ действия которой — через очищение истины и лжи; и он вынужден пользоваться этим средством всё время процесса исправлений, ибо без него невозможно благо, как сказано выше в букве ט״ז, смотри там. И приди и постигни хорошенько смешение, возникшее из-за падения 288 искр в руки סטרא אחרא. Ибо до того, как они вкусили от Древа познания, жена не могла даже прикоснуться к запретному (как сказано выше в букве י״ז), ибо даже при приближении к Древу познания она тотчас ощутила в нём горечь вкуса смерти, и потому поняла и добавила также запрет прикосновения. А после первого вкушения, когда уже возобладало управление סטרא אחרא и лжи в существовании мира, запрет стал для них столь сладок вначале, что они уже не могли оторваться от него, как сказали мудрецы: «Я ела и буду есть ещё».