Б. Истон – Гонщик (страница 27)

День прошел в вихре лекций, конспектов и моих собственных причитаний «Не могу поверить, что я в колледже. Не могу поверить, что я в колледже. Не могу поверить, что я в чертовом колледже», снова и снова повторяющихся в моей голове.

Я хотела в колледж еще со средней школы. Никаких дурацких звонков. Никакой травли. Никакой ерунды. Ты сам составляешь себе расписание, приходишь, одетый во все, что угодно, занимаешься и уходишь домой. Для человека, который любил школу, но терпеть не мог правила, колледж был буквально воплощением мечты.

Джульет, Дева-Гот и я оказались неплохой командой. Деловая жопа Джульет отвечала за карту и распорядок уроков. Я слушала и писала конспекты на лекциях. А Дева-Гот изучала социальный пейзаж, определяя, кто крутой и где они тусуются между лекциями. Мы напоминали дурацкий анекдот – «Гот, Панк и Дженет Джексон заходят в бар… Не слышали такой?..» – но сами мы ощущали себя рок-звездами.

С законченным первым днем колледжа за душой и новой подругой, едущей за мной в убитом «бьюике ле сабр», я гнала на праздник в дом именинника.

Вместо того чтобы подъехать к дому сзади, как сперва собиралась, я тормознула, едва увидев Харли и Дейва в палисаднике перед домом. Дева-Гот чуть не врезалась в меня сзади, но я просто вынуждена была остановиться. Передо мной была совершенно безумная сцена.

Братья Джеймс сидели под сосной на старых, проржавевших пляжных стульях, опустив ноги в детский бассейн с водой. На них были одинаковые майки-алкоголички, белые, с надписью краской из распылителя «Лови момент!» и игральными костями. Одинаковые очки из дешевого пластика. И у каждого в одной руке была банка пива, а в другой – крошечный вентилятор на батарейках. А лучше всего были кучки песка, накиданные там и сям по траве, и в одну из них, возле Харли, была воткнута надувная пальма.

Вытащив ключ зажигания, я распахнула дверцу и выскочила во двор с криком:

– Что за херню вы устроили?

– Это мой деньрожденный подарок, – просиял Харли, раскидывая в стороны руки и расплескивая пиво.

Улыбнувшись, Дейв добавил:

– Ну, я решил, если мы не можем поехать на пляж, то мы принесем пляж сюда.

– А почему вы не можете поехать на пляж? – раздался откуда-то справа от меня невозмутимый голос Девы-Гота с характерной растяжечкой.

Я обернулась к ней, и мне пришлось прикрыть глаза рукой. Солнце отражалось от ее бледной кожи, как от вампира в «Сумерках».

Харли и Дейв, не сказав ни слова, обменялись понимающими взглядами. Мне это не понравилось. Казалось, они разговаривали какой-то близнецовой телепатией, которую я не понимала. Дейв сделал жест в сторону Харли, предлагая ему ответить на вопрос Девы-Гота.

Судя по их поведению, я ждала от Харли какой-нибудь шутки, но вместо этого он просто ляпнул: – Потому что этот Дэвидсон – чертов нищеброд.

– Иди на хер, – огрызнулся Дейв, плеснув в брата водой из бассейна.

Рассмеявшись, Харли встряхнул свою банку с пивом и облил Дейва пенной жидкостью, как из брандспойта.

Я повернулась к Деве-Готу, улыбнулась и сказала:

– Виктория, познакомься с Харли и Дэвидсоном.

Я думала, она поднимет бровь и будет невозмутима, как в школе, но она полуулыбнулась и поглядела на Дейва, который полуулыбнулся ей в ответ.

– Можно Дейв, – сказал он, поднимаясь, смахивая ошметки пивной пены со своей майки и включая на полную южный шарм.

Этот поганец даже снял кепку, пока подходил к нам. Он никогда не снимал кепку ради меня. Дева-Гот уверенным жестом протянула ему руку. Вместо того чтобы нормально пожать ее, Дейв поднял эту руку к губам и поцеловал. Я так закатила глаза, что думала, они у меня лопнут.

– Рад познакомиться, Виктория.

– Можно ВиВи.

«Мне она такого не говорила».

– Серьезно? – Дейв обернулся и крикнул Харли: – Старик, у нас теперь есть ВиВи и Биби.

«Ну и ладно. Я ее так называть не буду».

Харли жестом поманил меня, я пошла и села к нему на колени, оставив эту парочку вдвоем.

– Как учеба, леди? – спросил Харли, целуя меня в висок.

Отхлебнув пива из его банки, я рассказала ему обо всем, размахивая руками и не делая пауз. Пока я болтала, Харли улыбался. Не знаю, был он рад за меня или его забавлял мой маниакальный восторг, но его улыбка была страшно секси. Я поглядела на кольцо в его губе. Сидя у него на коленях, так близко от его губ, я только хотела, чтобы мы остались одни.

Когда я закончила рассказ, Харли хлопнул меня своей большой, замасленной лапищей по бедру и сказал:

– Значит, так. У нас праздник. Ты пошла в колледж, а у меня, на хрен, день рождения, и, блин, даже Дейв, может, сегодня потрахается.

Мы оба расхохотались и поглядели на Дейва с Девой-Готом, которые улыбались друг другу от уха до уха. Я в первый раз видела, как она улыбается. Она вообще-то была очень хорошенькой. Отличные зубы. От черной помады они казались ослепительно белыми. Даже белее ее кожи, если такое возможно.

– Эй, Дэвидсон, – позвал Харли. Ему нравилось, как Дейв злится, когда его зовут полным именем. Особенно перед девочками. – Хочешь потусить как следует?

– Блин, да, – ответил Дейв, не сводя глаз с моей новой подружки.

– Отлично, потому что я позаботился и припас кой-каких развлекушек. – Харли чуть подвинул меня, сунул руку в передний карман и вытащил оттуда маленький пластиковый пакетик с десятком белых таблеток.

– Что это? – тихо спросила я, вытаращив глаза.

– Экстази, – ответил Харли. – Пробовала когда-нибудь?

– Угу, – промычала я, уносясь в памяти назад, из солнечного дня в темные недра «Греха» – фетиш-клуба, где мне совершенно нечего было делать в мои пятнадцать лет.

Но я снова была там, пробираясь сквозь море затянутых в кожу садистов и обернутых в черный латекс мазохистов, изо всех сил стараясь избежать их загребущих лап и вертящихся бедер. Мой желудок бурлил, готовясь молнией исторгнуть белую таблетку, которая, по словам приятеля Джульет, должна была помочь мне «развеселиться». Я вспомнила запах мусорных баков, когда, вылетев через заднюю дверь, я приземлилась в проходе на руки и колени. Я вспомнила скинхеда, который отнес меня в тату-салон, насильно кормил, говорил со мной об искусстве, курил на пожарной лестнице и заботился обо мне, пока я приходила в себя от кайфа. Еще я вспомнила, как мне хотелось потрогать его, хотя я знала, что должна его бояться. Как от этой белой таблетки мне хотелось танцевать, визжать и срывать с себя одежду.

Голос Харли вернул меня на свет.

– Ей нужно время, чтобы подействовать, так что надо принимать сейчас. Ты как?

Я поглядела на Харли, что было ошибкой, потому что он сделал эти щенячьи глаза, которым я не могла отказать.

Наклонившись поближе, он прошептал: «Будет весело» и провел жесткой рукой по моей голой ноге.

В его голосе был явный намек, и было глупо отрицать, что я не хотела всего предлагаемого им веселья.

Кивнув, я вытянула руку, к которой тут же присоединились еще две – Дейва и Девы-Гота. Харли положил в каждую ладонь по маленькой таблетке с крошечными буквами СК на каждой.

– Что, Келвин Кляйн теперь делает экстази? – хихикнула я, поднимая таблетку к глазам. – А что, я от нее и пахнуть им буду?

– Надеюсь, что нет, – подмигнул Дейв, кидая свою таблетку в рот и запивая глотком пива.

Он предложил банку Деве-Готу, но она махнула рукой и проглотила свою таблетку всухую.

– Блин! Так вот как делают у вас в Центральной? – поддразнила я.

Дева-Гот только пожала плечами, как будто так и надо, но по небольшой ухмылке я поняла, что она изображает крутую.

Мы с Харли приняли свои таблетки одновременно – я запила горький привкус своей тем, что еще оставалось от такого же гадкого на вкус пива Харли.

– Ну, – сказала я, хлопая в ладоши, когда убедилась, что уже не сблюю. – И что теперь?

– Теперь, – ухмыльнулся Харли, – будем готовиться.

Подготовка к вечеринке в доме братьев Джеймс состояла в том, что Дейв принес бочонок пива из багажника. Харли всех обзвонил, а мы с Девой-Готом пошли покупать припасы для гавайского вечера. Мы решили, что с этой пальмой посреди двора надо продолжать придерживаться темы. Прямо удивительно, сколько пластиковых гирлянд, юбок из фальшивой травы и фонариков можно накупить в «Уоллмарте» на двадцатку.

В какой-то момент, когда реднеки-приятели Дейва и рокеры с трека уже начали собираться во дворе, мы с Девой-Готом переглянулись и закатились смехом. Мы были сплошь скрипящие зубы и расширенные зрачки, и нам было просто офигенно.

Я не могла поверить, что только сегодня познакомилась с ней. Может, все дело было в экстази, но мне казалось, что я знаю Викторию всю жизнь. Она не особо много говорила, но, когда говорила, это было резко, отрывисто и именно то, что думали все остальные вокруг. Она была дико крутой.

Я представила ее тем, кого знала. Вообще-то я думала, это будет пара-тройка человек, но оказалось, почти все на этой вечеринке были мне знакомы. Наши с Харли отношения были достаточно новыми, но, торча в гараже, где он занимался моей машиной, появляясь с ним на гонках и встречаясь там и тут с разнообразными приятелями Дейва, я за два месяца успела перезнакомиться почти со всеми их друзьями. Так что я чувствовала себя просто потрясающе, спасибо Келвину Кляйну и его дизайнерским таблеточкам.

Обойдя всех, мы с Девой-Готом вышли на заднюю террасу, где Харли и Дейв возле бочонка пива делили косяк с Буббой и еще одним парнем. Харли притянул меня к себе. Каким-то образом, с головой, полной экстази, пива и травы, он умудрялся оставаться вполне трезвым. Я же, напротив, только что на месте не подпрыгивала. Наружу вышло еще несколько человек, а в следующий момент Харли хвастался всей компании, что мы с Девой-Готом сегодня начали учиться в колледже. Ну, в смысле формально-то я еще училась в старших классах школы, по крайней мере весь следующий год, но я не стала его поправлять. Его версия делала меня гораздо взрослее.