Азрет Зеушев – Агентство «Между мирами». Тень в портале (страница 2)

— Очнулась, — сказал он. Не вопрос — констатация. Голос низкий, с металлическим оттенком.

Женщина всхлипнула и заголосила громче. Мужчина бросил на неё короткий взгляд — и она замолчала, зажимая рот ладонью.

— Где... — начала Вера, но собственный голос прозвучал чужо. Хриплый, слабый, с каким-то присвистом.

Она замолчала. Подняла руку — медленно, преодолевая боль в запястье.

Это была не её рука.

Нет, технически — её. Пять пальцев. Бледная кожа. Но слишком тонкая, слишком узкая кисть. И шрам у основания большого пальца, которого у Веры никогда не было. И обкусанные ногти — Вера свои никогда не обкусывала.

Она резко села. Перед глазами поплыло, но она смогла удержаться. Огляделась.

Комната. Небольшая, с низким потолком. Стены обшиты тёмным деревом. Узкое окно, забранное решёткой, пропускает бледный серый свет — не день, не ночь, сумерки. Мебель грубая: стол, пара стульев, сундук. В углу — маленький алтарь с догорающей свечой.

А прямо перед ней на полу валялась верёвка.

Вера перевела взгляд на собственные запястья. Следы от верёвки. Красные, воспалённые. Потом на шею — боль там была сильнее всего. Она коснулась пальцами и нащупала тонкую полосу ожога. Верёвка была на шее. Кто-то висел в петле. Кто-то — в этом теле — пытался повеситься.

И умер.

А потом пришла она.

— Дайан, — прошептала женщина, всё-таки нарушив молчание. — Дайан, ты жива. Слава богам, ты жива...

Дайан. Не Вера.

Теперь понятно.

Мужчина сделал шаг вперёд. Теперь Вера разглядела его лучше. Лет тридцать — тридцать пять. Лицо узкое, с резкими чертами. Нос с горбинкой, видимо, сломанный когда-то и не совсем правильно сросшийся. Тёмные волосы собраны в низкий хвост. На виске — тонкий белый шрам, уходящий в линию роста волос.

— Твоё имя, — сказал он негромко.

Вера открыла рот — и поняла, что не знает, что ответить. Кто она сейчас? Дайан? Вера? Проводник?

— Я... — голос сорвался в хрип.

— Твоё настоящее имя, — повторил мужчина. — Не то, что написано в местных бумагах. То, которое ты носила до.

Она подняла на него взгляд. Светло-серые глаза смотрели прямо, без тени сомнения. Он знал. Он ждал.

— Вера, — сказала она. — Вера Краснова.

Мужчина кивнул, будто услышал ровно то, что ожидал.

— Хорошо. Меня зовут Алекс. Куратор Канцелярии. Добро пожаловать на службу, Проводник.

— Какая служба? — Вера потёрла запястья, пытаясь вернуть чувствительность. — Я ничего не...

Она не договорила.

Женщина в чепце, та самая, которая назвала её Дайан, вдруг упала на колени и вцепилась Вере в юбку — да, на ней была юбка, грубая шерстяная ткань, дурацкая юбка до пола, в которой неудобно даже ходить, не то что лазать по завалам.

— Дайан! — заголосила она. — Госпожа Дайан, простите меня! Простите! Я не доглядела! Вы бы умерли, вы бы точно умерли, если бы не господин Алекс!..

— Она не Дайан, — спокойно сказал Алекс. — Забудь это имя. Дайан мертва.

Женщина застыла, выпучив глаза.

— Твою госпожу зовут Вера. Привыкай. И принеси ей одеться. И поесть. У нас мало времени.

Женщина перевела взгляд с Алекса на Веру, потом обратно. И, видимо, решив, что спорить с человеком, у которого на поясе ножны, — плохая идея, быстро закивала и попятилась к двери.

Когда дверь за ней закрылась, Вера с трудом поднялась на ноги. Тело было слабым, плохо управляемым. Мышцы дрожали, в ушах стоял звон. Но она всё равно встала и посмотрела Алексу в глаза.

— У меня вопрос, — сказала она.

— Задавай.

— Тот голос... в темноте. Кто это был?

Алекс на мгновение отвёл взгляд. Впервые на его лице мелькнуло что-то, похожее на эмоцию. Но не страх и не удивление. Скорее, усталое узнавание.

— Это сложный вопрос, Вера Краснова. И ответ на него тебе не понравится.

— Я пережила землетрясение, смерть и повешение за одно утро. Думаю, я справлюсь.

Алекс чуть заметно дёрнул уголком губ. Это могло бы сойти за улыбку, если бы не холод в глазах.

— Хорошо. Тогда слушай. Ты не первая. И, скорее всего, не последняя. До тебя было много Проводников. Большинство мертвы. Те, кто выжил... изменились. Сломались. Голос, который ты слышала — мы называем его Порогом. Или Хранителем. Никто не знает, что это на самом деле. Известно только, что он появляется в момент перехода и предлагает сделку. Ты согласилась.

— А если бы я отказалась?

— Я же сказал. Большинство Проводников мертвы.

Вера сглотнула. Горло саднило от верёвки.

— Ясно. И что дальше?

— Дальше — твоё первое задание, — Алекс достал из внутреннего кармана плаща сложенный лист бумаги. — В этом королевстве, которое называется Реваль, три дня назад пропал маг-дипломат по имени Орлан Винтер. Он ехал на переговоры, которые должны были предотвратить войну. Исчез на середине пути. Ни тела, ни следов магии, ни требований выкупа. Мы предполагаем, что его затянуло в закрытый портал — один из тех, что плодятся последнее время по всему континенту. Ты — Проводник. Ты можешь пройти туда, куда не можем мы. Ты найдёшь его и вытащишь. Или хотя бы узнаешь, что с ним случилось.

— А если я не смогу?

— Тогда начнётся война, — просто сказал Алекс. — Дипломат вёз мирный договор. Без него Реваль и соседняя Тарсия сцепятся друг другу в глотки. Жертвы, беженцы, разрушенные города. Ты же спасатель, Вера? Вот и посчитай, сколько жизней будет на кону.

Он положил бумагу на стол и направился к двери.

— Отдыхай. Ешь. Приводи себя в порядок. Утром выдвигаемся.

— Алекс, — окликнула она.

Он обернулся.

— Почему я? Почему именно меня выбрали?

На этот раз пауза была дольше. И когда Алекс заговорил, его голос звучал почти... человечно.

— Потому что ты не сломалась. Ты умерла, спасая ребёнка. И первое, что ты спросила у Порога — не «почему я», не «за что», а «что от меня потребуется». Ты даже после смерти продолжаешь работать. Нам такие нужны.

Дверь закрылась.

Вера осталась одна в комнате с умирающей свечой и верёвкой на полу. Она подошла к окну. За решёткой — серое небо, острые крыши, далёкие горы на горизонте. Чужой мир. Чужое тело. Чужое имя.

Она провела пальцами по следу от верёвки на шее.

— Хорошо, — сказала она вслух. — Раз надо — значит, надо.

И принялась распутывать узлы на юбке. В юбке она воевать не собиралась.

---

Глава 2. Чужое тело, чужие правила

Утро началось с крика.

Вера проснулась рывком — так просыпаются спасатели, когда сирена воет посреди ночи, когда мозг ещё не включился, а тело уже действует. Она скатилась с кровати, прижалась спиной к стене, ища глазами опасность.

В комнате никого не было. Крик доносился из-за двери — женский, истошный, полный неподдельного ужаса.