Азк – Беглый в Гаване 4 (страница 51)

Филипп Иванович присвистнул.

— Он борется с машиной, даже не зная, что внутри него. Настоящий боец.

Врачебный консилиум продолжался до полуночи.

Мейсон предложил катетеризацию, Рид — полное очищение крови, Эванс отказался от обоих вариантов.

— Мы можем его убить, если вмешаемся без понимания, — сказал он. — Пока наблюдение и анализ.

Они вышли из зала молча. Только Эванс задержался у двери, оглянувшись на экран, где красная линия мерцала, будто дышала сама по себе.

Когда клиника погрузилась в тишину, «Мухи» продолжали съёмку. Богл спал беспокойно, но дыхание стало ровнее.

На его груди едва заметно светилась точка — остаточная активность наночастиц.

«Друг» передал итог:

'Состояние стабильное. Фаза восстановления началась. Организм адаптируется.

Доктор Эванс инициировал консилиум высшего уровня. Медицинское сообщество США получит первые сигналы о феномене «самоорганизующегося сердечного ритма».

Вероятность пробуждения интереса исследовательских центров — 0.63. Контроль сохранён.'

Филипп Иванович закурил новую сигару и сказал:

— Вот что значит настоящий актив. Даже в этой ситуации, он создаёт систему.

Я молча смотрел на красную линию пульса.

Она шла ровно, как мерная волна, и где-то между ударами я слышал — это не конец, а настройка нового ритма.

В центре радиоперехвата я сидел один, спиной к стене, лицом к огромной карте Южной Атлантики и слушал басы далёких волн, которые будто отбивали марш на береговой линии. Линии меридианов, подсвеченные мягким зелёным светом, тянулись вниз, как нити паутины. Рядом гудел в дежурном режиме терминал «Помощника».

Чуйка подсказывала что что-то должно произойти. И тревога пришла. Сначала — как тихое «пик» на панели. Потом как длинная вибрация в наушниках. Потом как серия коротких, острых импульсов, от которых кожа на руках покрылась мурашками.

«Помощник» заговорил ровным голосом, без эмоций:

«Орбитальная группа „Атлантика-1“. Аномалия в секторе 42-Alpha. Несколько объектов начинают радиочастотную активность. Вероятность военно-морской связи: 78 % и растёт».

Я выпрямился.

— «Помощник», какие орбитальная группа?

В ответ, на экране появились длинные строчные обозначения. Старые обозначения.

INTELSAT-4 (реанимирован)

ATS-6 (реанимирован)

MOLNIYA-B6 (реанимирован)

ORSAT-2R (реанимирован)

METEOSAT-1 (реанимирован)

То, что я увидел, было невозможным. Все эти спутники давно числились «мертвыми». Некоторые — десятилетиями. Один — ещё с конца 60-х.

— «Помощник», данные точны?

Через секунду вспыхнул новый пакет данных.

'Поступила серия коротких команд с борта HMS «Hermes». Подтверждена подготовка к погрузке.

Катапультная группа на палубе активна. Время захвата: 19:42 по Гринвичу.'

На экране появилось чёрно-белое изображение — зернистое, рваное, но достаточно чистое, чтобы почувствовать холод по позвоночнику.

Это снял один из реанимированных «Помощником» советский военный спутник ТРС-27, который ещё в 1976 году считался потерянным навсегда. «Помощник» поднял его «из мёртвых», как хирург поднимает пульс умирающего.

На фото была палуба «Hermes». Силуэты людей. Стропы. Огни. Тени от контейнеров. Горячая зона погрузки боеприпасов.

И самое главное — четыре корпуса «Sea Harrier» стояли уже не в походной позиции, а в боевой конфигурации, с подвешенными баками и подготовкой к подвеске «Sidewinder».

Генерал Измайлов вошёл в радиорубку через минуту — почти бегом.

— Что у тебя, Костя?

— Смотрите.

Он остановился, впился взглядом в экран.

— Это…

— Да. «Hermes». Подготовка палубы.

— Откуда?

— Это «Помощник» поднял старый ТРС и привлёк пару европейских списанных орбитальных телекомов. Он их использовал как ретрансляторы.

Я вывел на экран терминала ещё поток данных. Теперь данные по Фаслейну. Туман над бухтой стелился рваными кусками: «Помощник» использовал две старые американские метеорологические платформы как источники фоново-ИК сканирования.

И изображение выскочило — будто кто-то ударил ладонью по воде.

Береговая полоса. Здания базы. И большой чёрный силуэт — очень чёткий, и очень характерный.

Генерал подошёл ближе.

— Британская подлодка класса «Churchill», — сказал он тихо. — Она готовится к выходу.

Я увеличил изображение. На левом борту была белая маркировка. Не совсем резкая, но читаемая:

«CONQUEROR».

Мы оба знали, что это значит. Не в будущем, не после начала боевых действий. Прямо сейчас.

Британия доставала свой нож прямо на наших глазах.

— Смотрите на время, — сказал я. — Передача шла через три умерших спутника. Значит, они действуют без официальных процедур.

— Чтобы не было следов, — закончил генерал. — Чтобы никто не заметил передвижения подлодки раньше, чем надо.

«Помощник» плавно вывел последнюю диаграмму:

'Уровень общей радиочастотной активности британской флотской группировки:

+340 % за последние 4 часа. Вероятность скрытого развёртывания флота: 96 %.'

Генерал выпрямился.

— Костя… это точка невозврата.

— Знаю.

— Они начали войну до того, как объявили о ней.

— Они всегда так начинают.

Мы оба смотрели на карту. На эти зелёные линии, сеть, в которой застревали крупицы данных.