Азим Шахсаидов – Вечность помнит (страница 3)
Тишина.
Виктор перестал смотреть в окно. Повернулся к докладчику.
– Это же люди.
Все посмотрели на него.
Докладчик замер.
Председатель медленно повернул голову. Глаза выцветшие, но острые.
– Простите?
– Я говорю: это люди. Миллионы людей.
Пауза. Длинная, тягучая, как патока.
– Вы давно работаете в этом отделе?
– Десять лет.
– И за десять лет вы не поняли, что наша задача – не спасать людей, а балансировать систему?
Виктор молчал.
– Колонии – это ресурс. – Голос председателя был спокойным, будничным, как будто обсуждали погоду. – Они потребляют, но не производят. Мы не можем бесконечно их содержать. Рано или поздно придётся выбирать.
– Мы уже выбрали. – Иванов с другого конца стола. – Пять лет назад.
– Тогда утвердите.
Виктор снова посмотрел в окно.
Маленькие фигурки бежали по делам.
– Утверждаем.
Руки поднимались одна за другой. Как надгробья.
Иванов поднял, пожевал, опустил.
Петрова подняла, не отрываясь от планшета.
Семён Семёныч проснулся, поднял, опустил, снова задремал.
Остальные – кто-то уверенно, кто-то с сомнением, кто-то глядя в стол.
Виктор поднял руку последним.
– Принято. – Председатель кивнул. – Следующий вопрос.
––
После совещания он курил на балконе.
Не курил вообще-то. Бросил пять лет назад, когда сын родился. Но сегодня почему-то захотелось.
Подошёл Иванов. Тоже закурил.
– Ты чего это?
– Не знаю. Задумался.
– О чём?
Виктор пожал плечами.
– О тех миллионах.
Иванов усмехнулся. Коротко, без веселья.
– Брось. Они там, мы здесь. У них своя жизнь, у нас своя. Ты свою семью видел сегодня?
– Видел.
– Ну и радуйся. А те миллионы… – Он затянулся, выпустил дым. – Они бы на нашем месте то же самое сделали.
– Думаешь?
– Уверен.
Иванов докурил, бросил окурок в урну, ушёл.
Виктор остался один.
Смотрел на город. Дым тянулся к небу, таял, исчезал.
«Сабака».
Улыбнулся.
– Куплю. В субботу пойдём выбирать.
Никто не услышал.
––
Он вернулся в кабинет, сел за стол. На столе лежали бумаги. Проекты, отчёты, графики.
И один лист – тот самый.
«Протокол совещания № 47-б/2480. Пункт 1. Решение: утвердить программу оптимизации медицинских поставок в колонии с ежегодным сокращением на 12% в течение пяти лет».
Виктор взял ручку. Холодный пластик, тёплый от пальцев.
Он смотрел на лист. Буквы плыли. «Оптимизация». «Сокращение». «Двенадцать процентов». Слова, которые он подписывал тысячу раз.
Миллионы.
Пятнадцать-двадцать миллионов человек.
Он закрыл глаза. Увидел сына. Тот смеялся, показывал рисунок. «Сабака», кривыми буквами.
Открыл глаза.
Бумага была та же. Цифры те же. Только в углу, краем глаза, он увидел другое лицо. Чужой мальчик. На Церере. Тоже рисовал. Тоже ждал собаку.
Ручка легла на бумагу.
Он не почувствовал, как пишет. Только услышал скрип стержня. Когда открыл глаза – подпись уже была.
«Виктор Андреевич Соколов».
Аккуратно. Ровно. Как учили.
Он отложил ручку. Посмотрел на пальцы. Они не дрожали.
––