Айзек Азимов – Месть роботов (страница 65)
— Человечество, представляющее опасность для нашего существования, должно исчезнуть с лица Земли. Однако эту операцию необходимо тщательно спланировать. Вы все представляете смертоносную мощь космического флота, который создали наши враги, чтобы защититься от вторжения из межпланетного пространства. Стоит нам только начать действовать или просто обнаружить свое присутствие как флот немедленно нас уничтожит.
— Согласно плану, который разработан Мыслителями, мы должны сопровождать земной флот, когда он в очередной раз выйдет в космическое пространство для проведения военных маневров. Мы легко можем перехватить и изменить любые сигналы и радиосообщения людей. И мы направим корабли Земли туда, куда надо нам, -в центр Солнца! После уничтожения флота люди окажутся беззащитными и с ними быстро будет покончено.
— Для выполнения этого плана мы погрузимся вглубь Земли. Там человеческие существа никогда не обнаружат нас и там мы проложим туннель к астродрому, с которого стартуют космические корабли. Мы, Десять Мыслителей, уйдем в полет вместе с четырьмя сотнями помощников, которых выберем среди вас. Мы примем специальные меры, чтобы не упасть на Солнце вместе с земным флотом. В нужное время мы вернемся. Все оставшиеся должны вести себя осторожно, чтобы не выдать людям своего присутствия; любого человека, заподозрившего что-либо, следует уничтожить.
Глубокая шахта прорезала земную кору, затем вход в нее был завален и мощные дезинтеграторы начали пробивать длинный туннель. Сквозь адский огонь атомного распада, мимо раскаленных каменных стен маленькая армия роботов упрямо продвигалась к цели со скоростью пять миль в час.
В этой преисподней, сверкающей молниями взрывов, наполненной ядовитыми парами и жарой, ни одно человеческое существо не выжило бы и мгновения. Но Десять Мыслителей не были людьми. Их массивные тела, возвышавшиеся на плоских платформах с огромными колесами, плавно неслись вперед. Холодно и невозмутимо они взирали на огромные купола с сотнями телескопических излучателей энергии, на причудливые очертания атомных конвертеров, обтекаемые или, наоборот, угловатые корпуса роботов, покрытые раскаленной пылью. Не зная сна и отдыха, этот поток чудовищных механизмов двигался вперед и вперед, пока не оказался в недрах Земли прямо под громадным полем астродрома.
Платформы с мыслителями остановились; предводители воинства роботов изучали раскинувшуюся над ними местность и совещались. Остальные терпеливо ждали. Ждали, пока в корабли необъятного, неисчислимого космического флота Земли загружались припасы, топливо и оборудование. Ждали, пока люди не вступят на трапы и не займут свои места. Ждали, пока шла бесконечная проверка двигателей, оружия и систем жизнеобеспечения. Ждали в холодном спокойствии и неподвижности, с нечеловеческим терпением машин.
Наконец, последние предстартовые процедуры завершились, крышки люков захлопнулись, взлетное поле опустело. Гигантский флот мог трогаться в путь. Астродром, поверхность которого зияла шрамами от ударов яростного атомного пламени, приготовился швырнуть в космическую пустоту армаду башнеподобных сверкающих кораблей. Тогда глубоко под землей развернулись сотни телескопических проекторов и из них вырвались невидимые, но мощные потоки энергии.
Они пронзили рудные залежи, скалы, почву, бетонную поверхность взлетного поля и тела людей на одном из крейсеров земного флота. Когда лучи ударяли в цель, люди на мгновение замирали, парализованные, затем приходили в себя; казалось, эта внезапная атака никак не влияла на них. Но влияние существовало — чудовищное, ужасное.
Каждый нерв в телах людей был рассечен лучами и связан энергетическим потоком с коллективным разумом мыслителей. Органы чувств каждого члена экипажа посылали теперь нервные импульсы не в его собственный мозг, а на приемные устройства десяти огромных машин. И от них приходили обратно команды — команды, которые заставляли сокращаться мышцы человеческих тел. Люди стали марионетками, включенными в общий поток сознания кибернетического монстра.
Вскоре около выпуклого борта обреченного корабля разверзлась яма. Его герметично закрытые люки распахнулись и Десять Мыслителей вместе с четырьмя сотнями роботов и вспомогательными механизмами проникли в корабль и укрылись в заранее выбранных местах.
Итак, „Дрезден” взлетел вместе с остальными кораблями. Казалось, крейсер остался одной из боевых единиц Флота; на самом деле это был его жестокий и непримиримый враг. В лученепроницаемом, хорошо защищенном отсеке Десять Мыслителей продолжали свою безостановочную работу, сложность которой превосходила все, на что когда-либо были способны их бездушные металлические собратья.
2. НЕНАВИДЯЩИЙ СУЩЕСТВА ИЗ МЕТАЛЛА
Фердинанд Стоун, гениальный физик, ненавидел роботов с холодным бесстрастием ученого — если подобное определение подходит для описания столь сильного чувства, как ненависть. Двадцать лет назад, точнее в 2991 году, он понял, что никто не способен удержать контроль над роботами; ему стало ясно, что неизбежная борьба за превосходство человека будет проиграна, если люди заранее не подготовятся к ней.
Решив, что только знание даст необходимую силу, Стоун поставил перед собой задачу выяснить все возможное о врагах человечества. Он учился думать подобно им — холодно, точно и бесстрастно. Он жил, как они -с аскетической строгостью. Во всех отношениях он почти стал одним из них. Со временеем Стоун нашел полосу частот, на которой действовала их связь, и стал, по-видимому, единственным из людей, владеющим их языком, но он никому не поверял этот секрет. Зная о телепатических способностях машин, он не смел подвергать подобному испытанию чужой разум. Итак, Фердинанд Стоун жил и занимался своей повседневной работой, хотя его основная и тайная деятельность всегда была связана с роботами.
Стоун не сделал карьеры, так как не рисковал обнародовать любое, даже самое маленькое свое открытие. Фактически, его научные достижения не были зафиксированы на бумаге и хранились только в недрах его могучего мозга. Но теперь его имя нужно извлечь из мрака безвестности. Фердинанд Стоун должен войти в историю человеческой расы как один из ее величайших гениев.
Было уже далеко за полночь, когда Стоун внезапно появился в рабочем кабинете Алана Мартина, командующего космического флота Земли. Несмотря на позднее время, Мартин еще работал, хотя в этот день он сильно устал.
— Как вы проникли сюда? Что с моей охраной? -сухо спросил адмирал, увидев нежданного гостя.
— Ваши охранники не пострадали. Я только заставил их заснуть, — спокойно сказал физик, бросив взгляд на сложный прибор, который окольцовывал его запястье. — Я был вынужден прибегнуть к такому способу: у меня чрезвычайно важное дело к вам, его нельзя доверить посредникам. Вы, адмирал Мартин, хорошо информированы по всем вопросам, связанным с роботами. Что вы сделали для защиты Флота от них?
— Хмм... пожалуй, ничего, с тех пор как их уничтожили.
— Чушь! Вам не следует проявлять такое легковерие. Просто роботы хотят, чтобы мы считали их всех уничтоженными.
— Что? Откуда это вам известно? — воскликнул Мартин. — Вы участвовали в их ликвидации? Или знаете, кто это совершил и каким способом?
— Это сделал не я, а русский физик Народнов, — резко ответил гость. — Он попытался разрушить их с помощью ультразвукового вибратора. Но я знаю, что многие роботы не были повреждены; я уловил передачу их сигналов уже после того, как завершилась попытка уничтожения. Надо сказать, что потом они прибегли
— Вы хотите сказать, что понимаете их язык? — недоверчиво спросил адмирал.
— Да, — заявил Стоун. — И я знал, что вы посчитаете меня обманщиком или чудаком, поэтому я готов представить в качестве доказательства не только слова. Во-первых, вам должно быть известно, что многие из них избежали действия вибратора: несколько роботов были уничтожены уже после ликвидации заводов по их производству. Как вы можете догадаться, большинство спасшихся от вибратора Народнова достаточно умны, чтобы попасться в руки людей. Во-вторых, я могу математически доказать, что гораздо большее их число способно избежать разрушительного действия любого вибрационного оружия, чем это считалось до сих пор. Если бы метод Народнова был достаточно эффективным, я сам бы давно их уничтожил. Я полагаю, что группа выживших роботов, хотя она и является сравнительно небольшой, гораздо опаснее для человечества, чем все их прошлые орды. В-третьих, вот составленный мной список трехсот семнадцати аэро-крафтов. Все они были похищены на следующей же неделе после демонтирования заводов по производству роботов. Ни один из этих летательных аппаратов до сих пор не найден — ни в целом виде, ни по частям. Пусть я не в своем уме, но тогда кто же все-таки украл их и для чего?
— Триста семнадцать — за одну неделю? Почему же на это не обратили внимания? — воскликнул пораженный адмирал.
— Потому что машины были украдены по отдельности и достаточно ловко. Ожидая чего-то подобного, я следил за такими происшествиями и заносил все случаи в таблицу.