Айя Дим – Волк в стеклянной башне (страница 4)

— Беги, Майя! Беги так, как будто сзади конец света, потому что, сюрприз! Он реально там! — хрипло выдохнула я сама себе. Впереди была улица, жизнь, машины, люди, и мне жизненно необходимо было попасть туда как можно скорее!

Я бегала по утрам, чтобы спина не болела, и впервые в жизни благодарила себя и Лану, которая когда-то втянула меня в эти чертовы пробежки. Вдох на три шага, выдох на два, не сбивай темп, не оглядывайся, просто беги! Рюкзак бил по пояснице, ладони горели от крови, лоб был липкий от пота, горло хрипело.

Впереди замаячил торговый центр, мой личный Ватикан! Там была толпа, камеры и охрана, если спасаться от монстров, то точно там! Я вылетела на тротуар, вгрызаясь в гущу людей, состоящую из туристов, офисников с кофе и мам с колясками.

Я в толпе! Все! Я спас—

Но тут холодные руки обхватили меня за талию и подняли, как ребенка.

— Знаешь… — холодный голос скользнул прямо в ухо, — Ты прыгаешь очаровательно, прямо как милая заводная игрушка!

Я завизжала, рванулась, лупила по нему кулаками и пиналась, крича:

— Пожар! Помогите!!!

— О, не строй иллюзий! Они все равно тебя не слышат, — спокойно сказал он.

Я повернула голову и поняла, что толпа просто проходила мимо, кто-то разговаривал, кто-то смеялся, но ни один взгляд не задерживался на нас.

— Что за черт… — мой голос сорвался.

— О нет, дорогая. Хуже, — он повернул ладонь, будто нажал невидимую кнопку.

ХЛОП!

В глазах белая вспышка и падение внутри, будто меня сорвали с поверхности мира и бросили в бездонную шахту, где страх единственный воздух.

***

Я думала, что упаду на асфальт, или в обморок, или проснусь у себя в постели и забуду все, как страшный сон, но я упала на идеально чистый черный пол в буквальном смысле снова задницей. Воздух вылетел из легких так, будто меня швырнули не только телом, но и чем-то внутри, в рюкзаке что-то противно хрустнуло. Я успела испугаться за планшет, и сама же себя возненавидела за то, что в такой момент меня волновала техника.

Я кашлянула, подняла голову и замерла, ни шума улицы, ни людей, ни одного привычного звука вокруг. Зрение не фокусировалось, все было в ряби, словно мир вот-вот развалится на пиксели, и паника пришла первой, как всегда. Помещение, где я оказалась, было огромным, каким-то бесконечным, с высокими потолками, и панорамными окнами на всю стену, за которыми виднелся все тот же спокойный город, только теперь я смотрела на него с высоты, куда меня никто и никогда не звал. Пол подо мной сиял обсидиановым зеркалом, в нем я видела себя лохматую, в листьях, грязи, с порванным рукавом. Живое воплощение кошмара любого HR-отдела! Если бы такое резюме попало в руки рекрутера, его бы удалили без открытия! Но отражение… было неправильным, улыбка слишком широкой, слишком постоянной, руки двигались с едва заметным отставанием, будто я смотрела на себя через чужое воспоминание, как в фильмах ужасов, вроде я… но не я.

Я нервно сглотнула, резко отвела взгляд и осторожно поднялась, будто пол мог укусить. Это был кабинет, нет! Кабинет с заглавной буквы и бюджетом, которого хватило бы на остров и три блокбастера. Огромный стол, черный, как ночь без звезд, и пустое кресло. Я стояла, боясь моргнуть.

— С возвращением в Kinner Holdings, — раздался вдруг голос. — Головная башня The Tower of Terms, мисс Вест.

Голос звучал не из угла, а откуда-то изнутри, как радио, включенное в моих мыслях. Я дернулась, кресло больше не было пустым, теперь он был там, Джейкоб Киннер. Но не тот, которого я видела в офисе, и даже не тот, кто держал меня на парковке, этот был слишком реальным для реальности.

Он сидел спокойно, скрестив пальцы, будто это он только что пережил стресс и искал баланс, а не я, которая секунду назад прыгнула в куст, как сраный покемон на бегах!

— Надеюсь, ты не обиделась, — сказал он так, будто мы просто вернулись с корпоративной вечеринки, а я слишком бурно отреагировала на ананас на пицце.

— Ты псих! — Выдавила я.

— Возможно, — он даже не моргнул. — Но, к счастью, ты не в том положении, чтобы ставить диагноз.

Ноги дрожали, руки дрожали, даже внутренности дрожали, будто все органы решили эвакуироваться в разные стороны, но я стояла.

— Я подам в суд, — мой рот работал явно быстрее мозга. — Ты… ты похитил меня! Это… это нарушение! Я знаю законы!

Он медленно подался вперед, и я впервые заметила ,что его глаза слишком глубокие, как бездонные воронки, замаскированные под человеческий взгляд.

— Разумеется, — кивнул он. — Предпочитаешь подать в Райский департамент? Или в Адский арбитраж? Хотя, если честно, они оба теперь у нас на аутсорсе.

Я сжала кулаки.

— Ты не имеешь права держать меня здесь! — прорычала я, чувствуя, как внутри все дрожит.

— У меня все права, — спокойно ответил он, и в голосе на секунду мелькнуло что-то почти печальное. — Люди нарушают правила, я это исправляю. А ты… даже не смогла посидеть и подождать, как было велено, была слишком любопытна. И теперь ты знаешь то, что тебе знать не положено.

Он сделал паузу, будто утверждал пункт в документе.

— Значит, либо исчезнешь, либо останешься… под моим присмотром.

— Ты… — сглотнула я. — Это шантаж! Манипуляция! Угроза! Все сразу!

— Спасибо, — он чуть улыбнулся. — Наконец-то кто-то ценит мультизадачность.

Я шагнула назад и поняла, что черные, зеркальные стены без шва и угла двигались вместе со мной, давили. Воздух густел, как вода, в ушах появился гул, как в самолете перед взлетом, а внутри зашевелился липкий, обволакивающий страх. Он даже не шевелился, но ощущение было такое, будто он всюду, за спиной, над головой, в каждом вдохе.

— Слушай внимательно, — его голос был ровный, будто это не угроза, а деловое предложение. — Сейчас у тебя есть выбор. Не особо приятный, но все же…

— Пошел ты!

— Опция отвергнута. Жаль.

Я стиснула плечи, пытаясь унять дрожь. Понятия не имею, что он, кто он, но точно знаю, что не хочу быть здесь!

— Да кто ты такой?! — сорвалась я. — Кто ты, чтобы запугивать и угрожать?! У меня есть жизнь! Работа! Люди, которые…

— …которые забудут о тебе через час после того, как ты исчезнешь, — спокойно перебил он. — Проверено, и много раз.

Я снова попятилась, пространство сжалось.

— Ты блефуешь!

— Ты в том положении, когда проверять глупо, — он встал.

И воздух стал еще тяжелее, с каждым его шагом по позвоночнику пробегали длинные, холодные мурашки.

— Если я захочу, — произнес он тихо, почти лениво, — Ты перестанешь существовать. Больно не будет, просто… тебя не станет. Ни имени, ни лица, ни воспоминаний о тебе. Никто и никогда.

— А альтернатива? — выдавила я, пытаясь держать лицо, хотя внутри все сжалось в плотный, ледяной ком.

— Медленно сойти с ума, — сказал он так, будто зачитывал состав шоколадки. — Сначала уберу цвет, потом вкус, потом сон и логику. А дальше ты исчезнешь сама, только изнутри.

Я хотела бы рассмеяться, сказать, что это бред, но смех застрял в горле, он не шутил.

— Чего ты от меня хочешь? — вырвалось у меня, голос дрожал, но я обернула его в «злюсь», а не «умираю».

Он чуть ухмыльнулся.

— Я хочу, чтобы ты осталась жива, мисс Вест. Желательно — при своем уме.

— Великодушно, — слабо рыкнула я. — И цена?

— Контракт.

Я резко, надрывно захохотала.

— Ага! Контракт с похитителем! Звучит надежно, как микроволновка без дверцы!

— Дверцы не спасут, если ты уже внутри, — спокойно возразил он.

Я стиснула зубы.

— Я не подпишу ничего, даже если это… — запнулась я, — Не шутка.

— Это не шутка, — в его голосе спокойствие было гуще воздуха между нами. — У тебя два пути: выходишь отсюда с контрактом и живешь, или…

Он наклонился вперед и за окнами резко погас свет, будто город умер.

— …или второй путь короткий, очень.

Я глотала воздух, надо тянуть время! Думай, не показывай слабость!

— Допустим, я безумная и готова это рассмотреть, — я скрестила руки. — Но я не идиотка! Сначала условия! Срок, обязанности, запреты, страховка, отпуск… тип обуви в дресс-коде?