Айрина Лис – Практикантка для Темного Лорда (страница 6)
Дверь открылась без скрипа, словно ждала их. За ней начиналась лестница, уходящая в темноту. Воздух здесь был холодным и тяжёлым, пахло сыростью и чем-то древним – не просто старым, а древним, как само время.
Они спускались долго. Алиса сбилась со счёта ступенек. Вокруг сгущалась тьма, и только руны на стенах давали слабый свет – теперь они горели тем же серебром, что и узор на её руке. Где-то в глубине капала вода, и каждый звук отдавался эхом, многократно усиленным.
Наконец они вышли в огромный зал.
Алиса замерла.
В центре его, на полу, была высечена гигантская печать. Древние символы, сложные переплетения линий, уходили в стены и потолок. И от этой печати во все стороны тянулись трещины. Из трещин сочился тот же серебристый свет, что и на её руке, и он пульсировал – медленно, тяжело, словно дыхание спящего великана.
– Оно просыпается, – тихо сказал Мерц.
Алиса подошла ближе. Печать пульсировала слабым светом. И там, глубоко под ней, что-то двигалось. Она не видела, но чувствовала – кожей, костями, каждой клеточкой.
– Что это? – прошептала она.
– То, что ждало вас, – ответил кот. Голос его звучал непривычно серьёзно.
Алиса протянула руку, чтобы коснуться одного из символов. Она не знала, зачем – просто рука сама потянулась. Узор на её ладони вспыхнул серебром, таким ярким, что на миг ослепил.
Печать под ногами дрогнула.
И треснула.
Одна из линий разломалась прямо на глазах, и из неё вырвался холодный, древний вздох. Воздух в зале стал плотным, почти осязаемым. Где-то в глубине послышался звук – низкий, вибрирующий, словно огромный зверь перевернулся во сне.
– Нам нужно уходить, – сказал Мерц. – Сейчас же.
– Но…
– Сейчас!
Он рванул обратно к лестнице. Алиса побежала за ним, чувствуя спиной чей-то недобрый взгляд. Тысячи недобрых взглядов.
Когда они выскочили наверх и захлопнули дверь, гул под землёй стал громче. Дверь дрожала, словно её пытались открыть изнутри.
– Что я сделала? – спросила Алиса, тяжело дыша.
– Ничего, – ответил Мерц. – Вы просто пришли. И этого оказалось достаточно.
Он посмотрел на неё долгим взглядом. В золотых глазах отражался серебристый свет, всё ещё тлеющий на её руке.
– Я надеялся, что ошибся. Но нет. Вы действительно ключ.
– Ключ к чему?
– К пробуждению.
Где-то глубоко под замком, в темноте древней печати, трещина стала чуть шире.
И что-то очень старое улыбнулось во сне.
ГЛАВА 3
«Темный лорд и его терпение»
Каэль Даркенвейр сидел в своем кабинете и смотрел на бумагу.
Бумага смотрела на него.
Это был просто лист пергамента с несколькими строчками текста, но лорд взирал на него с таким выражением, будто перед ним лежала ядовитая змея. Что, в принципе, было бы привычнее – со змеями он знал, как обращаться. Змеи хотя бы шипели и пытались укусить, с ними всё было понятно. А эта бумага просто лежала и молчала, и это молчание было хуже любого яда.
На стенах кабинета пульсировали защитные руны – они реагировали на его настроение, и сейчас их багровый свет метался по комнате, заставляя тени плясать в углах. На подоконнике, в специальном горшке из обсидиана, рос светящийся мох, который Алиса притащила из подземелья. Она сказала, что это «для уюта и свежего воздуха». Мох тихо потрескивал, переваривая остаточную магию в воздухе, и время от времени выпускал маленькие облачка фиолетового дыма, пахнущие мятой.
– Это что? – спросил Каэль у пустоты.
– Отчёт по расходу магических компонентов за прошлый месяц, – раздалось с подоконника.
Мерц лежал на солнце, которое отчаянно пыталось пробиться сквозь вечную хмарь Тёмных княжеств, и лениво перебирал лапой свой ус. На его хвосте сидела одна из металлических ящериц, прихваченная где-то в коридоре, и они вместе наблюдали за солнечными зайчиками, которые отражались от полированной поверхности стола.
– Я не тебя спрашивал.
– А больше не у кого. – Кот зевнул, продемонстрировав клыки. – Риккард прячется в казарме и делает вид, что чистит меч уже третий час. Маги разбежались по углам, как тараканы после включения света. А та девушка…
– Что с ней?
– Изучает подвал с архивом. Говорит, там «зона бедствия». – Мерц почесал лапой за ухом, и металлическая ящерица на его хвосте одобрительно зацокала. – Она уже нашла там три долговых расписки, которые ваш дед забыл оплатить. И один призрак главного бухгалтера, который от радости, что его наконец кто-то слушает, чуть не заговорил её до смерти.
– Призрак? – Каэль нахмурился. – Я думал, это легенда.
– Легенды потому и легенды, что в них есть доля правды. – Мерц фыркнул. – Этот призрак теперь ходит за ней хвостом и диктует мемуары. Алиса записывает. Говорит, пригодится для написания истории замка и оптимизации налогов.
Каэль закрыл глаза. Ненадорлго. Всего на секунду.
Когда он открыл их, бумага никуда не делась. Мало того – теперь на столе лежали ещё три таких же листа, и все они смотрели на него с немым укором. Защитные руны на стенах мигнули, словно в знак солидарности с бумагой.
– Лорд Даркенвейр, – осторожно начал Мерц, переворачиваясь на спину и подставляя солнцу пузо. Ящерица на его хвосте последовала примеру и тоже перевернулась, смешно задрав лапки. – Я, конечно, всего лишь фамильяр, но позволю себе заметить: игнорирование проблемы не делает её менее проблемой.
– Я не игнорирую. Я обдумываю стратегию.
– Три часа?
– Сложная стратегия.
В дверь постучали.
Каэль напрягся. Он не напрягался так даже во время вторжения некромантов лет сто назад. Тогда хотя бы было понятно, чего ждать – мертвяки, вонь, стандартный набор неприятностей. А сейчас…
– Войдите.
Дверь открылась, и в кабинет ворвалась Алиса. В руках она несла стопку пыльных свитков, которая возвышалась над её головой. Из-за этой стопки было видно только очки, которые чудом держались на самом кончике носа. Свитки пахли древней кожей, плесенью и почему-то ванилью – видимо, тот самый призрак бухгалтера когда-то очень любил ванильные булочки.
За Алисой, переваливаясь, вбежали две металлические ящерицы. Они остановились у порога и уставились на Каэля рубиновыми глазами, явно ожидая продолжения представления.
– Лорд Даркенвейр! – провозгласила Алиса. – У меня к вам вопросы.
– Какие? – осторожно поинтересовался Каэль, наблюдая, как стопка свитков опасно кренится влево.
– Первое! – Алиса водрузила ношу на его стол, едва не смахнув на пол отчёт по магическим компонентам. От удара из свитков вылетело облако пыли, которое засветилось серебром и медленно осело на пол, оставив на камне причудливые узоры. Ящерицы тут же подбежали и начали эти узоры обнюхивать. – Почему у вас три камеры пыток?
Каэль моргнул.
Защитные руны на стенах тоже моргнули – синхронно, словно удивившись вопросу не меньше хозяина.
– Простите?
– Вопрос простой. Три. Камеры. Пыток. – Алиса ткнула пальцем в верхний свиток. – Я нашла смету на их содержание. Вы тратите на обслуживание пыточных больше, чем на кухню!
– Пытки – это…
– Стратегическая инфраструктура, да, я уже слышала эту версию. – Алиса сняла очки, протерла их и водрузила обратно. В этот момент одна из ящериц чихнула, выпустив облачко искр, и очки снова запотели. Алиса вздохнула и протерла их ещё раз. – Но давайте посмотрим на цифры. – Она развернула один из свитков и ткнула в него пальцем. Свиток жалобно скрипнул – видимо, его не разворачивали лет сто. – Содержание одной камеры: двести золотых в месяц. Умножаем на три. Получаем шестьсот. Шестьсот золотых, лорд Даркенвейр! На что? На цепи? На дыбы? На испорченный инструмент?
– На магическую подсветку, – машинально ответил Каэль. – В темноте пытаться неудобно. К тому же, факелы дают слишком много тени, а тени, как известно, могут скрывать детали.
– Магическая подсветка! – Алиса всплеснула руками, и ящерицы, испугавшись резкого движения, разбежались по углам, где замерли, сверкая глазами из-под кресел. – А простые факелы не пробовали? Они в десять раз дешевле!
– Факелы коптят. Портится эстетика процесса. – Каэль пожал плечами. – К тому же, дым въедается в камни, и потом весь замок пахнет гарью. А у нас и так из-за вулканической активности в подземельях специфический запах серы.
– Эстетика! – Алиса схватилась за голову. – Вы тут мир от разлома спасаете, а переживаете об эстетике пыток!