Айрина Лис – Попаданка в Серых Землях. Контракт на кошмар (страница 5)
Скелет за соседним столом пытался скрепить листы бумаги степлером. Но степлер был явно неисправен — вместо скоб он выплёвывал мелких серебристых рыбок, которые бились в воздухе, как живые, а потом падали на пол и превращались в лужи. Скелет, судя по всему, привык к такому поведению канцелярии: он просто перевернул степлер, потряс его, и из него выпал… чей-то зуб. Коренной.
— Ужас, — прокомментировал Костя. — Это уже третий степлер на этой неделе. Снабжение нам сократили, потому что Мадам Зануда экономит на эмоциях. Говорит, что страх в кризисе.
— А кто такая Мадам Зануда? — спросила я.
Костя внезапно замолчал. Его челюсть сжалась так сильно, что я услышала скрежет. Бабочка на его плече испуганно взлетела и исчезла в воздухе.
— Лучше не спрашивай, — тихо сказал он. — И никогда не произноси её имя в полный голос. Она… слышит.
— Слышит?
— И чует разочарование. Особенно когда кто-то говорит «всё пропало». Она кормится этим. Буквально.
Я открыла рот, чтобы задать следующий вопрос, но Костя уже схватил меня за локоть и потащил к столу.
— Ладно, хватит болтовни. Тебе нужно принять жалобу от Морока Подвала. Он сидит в переговорной уже два часа и плачет. Арах сказал, что ты займёшься этим делом.
— Я? Но я даже не знаю, как здесь работает техподдержка!
— А там и знать ничего не надо. — Костя подвёл меня к столу и торжественно водрузил на него стопку чёрных листов. — Форма жалобы номер 7-Б/У. Заполняется кровью. Чернила у тебя уже есть — в пальце. Просто уколись и пиши.
— А ручка?
— Пальцем. Или языком, если хочешь. Некоторые предпочитают языком, но потом жалуются на металлический привкус.
Я посмотрела на свою руку. Кончик указательного пальца всё ещё болел после того, как я подписывала контракт — на нём виднелась маленькая чёрная точка, похожая на гематому.
— И что я должна написать?
— Факты. Кто, когда, что украли, какие последствия. Только без лишних эмоций, иначе бумага взбесится и начнёт орать.
— Бумага — орать?
— А ты думала, здесь всё как у людей? — Костя хохотнул (звук был похож на треск веток). — Давай, начинай. Я за тебя поручусь перед Арахом. Только постарайся не облажаться, а то меня тоже превратят в скульптуру за компанию.
Он отступил на шаг, сложил костяные руки на груди и замер в позе наблюдателя. Я осталась одна со стопкой бумаг, которая, кажется, дышала.
Я взяла первый лист. Он был шершавым, как наждачка, и на ощупь тёплым. Я уколола палец о собственный ноготь (не очень-то гигиенично, но что поделаешь) и провела им по листу. Буквы загорались красным:
«Форма жалобы 7-Б/У. Заявитель: Морок Подвала (ID: 666-03). Суть жалобы: похищение Страха (категория: темнота, подкатегория: шорохи, возрастная группа: 3-7 лет). Дата происшествия: вчерашнее позавчера (по местному времени). Подпись: ________».
Я посмотрела на графу «подпись». Она пульсировала, ожидая, пока я приложу палец. Я приложила — и бумага взвизгнула. Тонко, пронзительно, как чайник.
— Что это было?! — я отдёрнула руку.
— Подтверждение, — спокойно сказал Костя. — Теперь ты официально ответственная за это дело. Если не раскроешь — скамейка, как и обещали.
Я сглотнула. На моём запястье татуировка-замок полыхнула алым, будто напоминая о себе.
— Где этот Морок?
— Вторая дверь налево. Только постучись, он пугливый.
Я пошла по коридору между столами. Другие сотрудники — такие же скелеты, а также несколько существ, которых я не могла описать, — поднимали головы и провожали меня взглядами (или чем-то похожим на взгляды). Одно существо, похожее на кучу мокрых тряпок с глазами-бусинками, прошелестело мне вслед:
— Новая ассистентка? Первый день? Держись, милая, здесь дерут три шкуры. Но если повезёт — останется одна.
Я ускорила шаг.
Переговорная оказалась маленькой комнаткой с единственным окном, за которым была только серая мгла. Внутри стоял стол и два стула — оба из костей, с продавленными сиденьями. На одном из стульев сидел… Морок.
Я ожидала увидеть что-то ужасное. Ну, сорок щупалец, один глаз, красный, как в портрете. Но на самом деле Морок был похож на гигантского осьминога, которого постирали в горячей воде — он выглядел сморщенным, бледным и несчастным. Его щупальца безвольно свисали с сиденья, одно из них нервно постукивало по полу. А единственный глаз был заплаканным. Он плакал буквально — из него текла густая маслянистая жидкость, которая капала на пол и шипела, как сода.
— Здравствуйте, — сказала я, садясь напротив. — Я ассистент Лика. Меня назначили вашим… э… ответственным по жалобе.
Морок поднял на меня глаз. И заплакал сильнее.
— Вы не поможете, — прохлюпал он. Голос был низким, вибрирующим, похожим на звук контрабаса. — Никто не может помочь. Мой страх украли. Мой лучший страх! Я вкладывал в него душу! Там был шорох, которого на самом деле нет! Это же гениально!
— Я понимаю, — сказала я, пытаясь вспомнить, как утешают плачущих клиентов. На земле я обычно говорила «перезагрузите роутер». Здесь это вряд ли сработает. — Вы не могли бы описать, что произошло? В подробностях.
Морок всхлипнул. Щупальце, которое стучало по полу, замерло.
— Я пришёл на работу, как обычно. Сел в своё кресло в подвале — у меня там уютно, темно, пахнет плесенью, идеальные условия. Открыл свой контейнер со страхами — и он был пуст. Понимаете? Пуст! Не осталось ни капли! А на дне лежал этот… этот…
— Телефон? — подсказала я.
— Да! — Морок зарыдал громче. — Эта мерзкая розовая штука! Она светилась и писала всякие гадости! Я не умею читать ваш человеческий текст, но мне показалось, что там было что-то про «следующую»!
— Вы видели похитителя?
— Нет. Но я его чувствовал. — Глаз Морока сузился. — От него пахло мятой. И… раздражением. Очень сильным раздражением. Как будто кто-то застрял в двери.
У меня похолодело в спине.
— Мятой? — переспросила я.
— Да. Ужасный запах. У нас в Серых Землях такой не используется. Это человеческое, да? То есть похититель — человек? Или был человеком?
Я не ответила. Потому что в моей голове щёлкнула страшная догадка. В день смерти на мне был мятный свитер. И я умерла от раздражения — во всяком случае, последнее, что я почувствовала, была злость на дурацкую пуговицу.
— Вы… вы в порядке? — спросил Морок, заметив мое лицо. — У вас кровь из носа пошла.
Я провела рукой под носом. Пальцы стали красными. Кровь была горячей и… она пахла мятой. Как тот свитер.
— Всё нормально, — сказала я, вытирая лицо рукавом. — Просто обнуление. Продолжим.
Но Морок уже сполз со стула и свернулся в клубок на полу, щупальца обвили его тело, как одеяло.
— Я ничего не помню! — закричал он. — Моя память как дырявое ведро! Остался только запах и чувство стыда!
— Стыда?
— Да. Когда страх украли, я почувствовал себя… голым. Будто кто-то заглянул в мою душу и сказал «фу, какая пошлость».
Я достала телефон — тот самый, розовый, с треснутым экраном. Он всё ещё был в моём кармане. Я нажала на кнопку. На экране загорелось: «ТЫ СЛЕДУЮЩАЯ», а затем сменилось на карту. На карте была отмечена точка: «Санаторий Забытых Слёз».
— Вы знаете это место? — спросила я, показывая телефон Мороку.
Тот выглянул из-под щупалец, и его глаз расширился.
— Это закрытый санаторий. Там раньше лечили тех, кто потерял способность чувствовать страх. Но потом он забросился, потому что пациенты перестали бояться даже процедур. Говорят, там водятся… они… — Морок замолчал и затрясся. — Я не хочу туда идти!
— А кто-нибудь должен идти, — раздался голос за моей спиной.
Я обернулась. В дверях стоял Арах Валлис — в том же безупречном костюме, с той же холодной улыбкой. Только сейчас он держал в руках папку с надписью «Дело № 666/К».
— Ассистент Одинцова, вы уже познакомились с пострадавшим. Пора переходить к следующему этапу.
— К какому?
— Расследование, разумеется. Вы будете вести его самостоятельно. Я лишь наблюдаю.
— Самостоятельно? — я вскочила со стула. — Вы меня час назад подписали на контракт! Я не знаю ваших законов, ваших порядков, я даже не понимаю, как здесь работает эта… — я показала на телефон, — эта штука!
— Поэтому вы и идеальный кандидат, — Арах закрыл папку. — У вас нет предвзятости. Вы не знаете, чего бояться, и поэтому будете искать ответы там, где местные уже привыкли закрывать глаза.
— Это звучит как оправдание вашей лени.