Айрина Лис – Попаданка с побочкой. Или как я не стала спасительницей (страница 1)
Айрина Лис
Попаданка с побочкой. Или как я не стала спасительницей
Пролог: «О Великом Пророчестве, которое никто не читал, и о том, как открылась дверь в самый неподходящий момент»
Тенебрия встречала рассвет так, как умела только она – с ленцой, граничащей с издевательством. Багровое солнце, похожее на воспаленный глаз древнего бога, нехотя выползало из-за гребня Черных Скал, окрашивая небо в оттенки запекшейся крови и несвежей охры. Над шпилями Мрачногорска, словно стая механических стервятников, кружили летающие инспекторы Департамента Воздушного Контроля: их металлические крылья мерно постукивали, а встроенные ареометры то и дело с негодованием попискивали, засекая превышение допустимого уровня магического смога. Город просыпался неохотно, с протяжным скрипом поднимающихся решеток на окнах лавок и кислым запахом вчерашнего зелья, выплеснутого на мостовую.
Если бы какой-нибудь путешественник из эпохи Великих Темных Лордов каким-то чудом очутился здесь, он бы решил, что попал в безумный сон алхимика, надышавшегося парами ртути. Готические шпили, которые прежде должны были внушать благоговейный ужас, теперь были опутаны проводами магического телеграфа, унизаны светящимися рунами рекламы и увенчаны флюгерами в виде золотых драконов, указывающих не направление ветра, а курс самой дешевой магической страховки. На улицах тролли в оранжевых жилетах методично подметали булыжники метлами, к которым были прикручены магические пылесосы – единственная работа, не требующая лицензии, да и ту скоро обещали отдать на аутсорсинг. Вампиры выстраивались в очереди перед передвижными кофейнями «Кровавая ягода», где за пять монет можно было получить стаканчик донорской крови первой свежести с добавлением корицы и сиропа из мха. Молодые некроманты в мантиях с логотипами магических банков спешили на службу, держа под мышками планшеты из прессованной папиросной бумаги и нервно поглядывая на часы – за опоздание снимали баллы из личного дела.
В самом центре этого кипящего бюрократическим потом города возвышалось здание Канцелярии Благолепия и Порядка. Оно было не просто построено – оно врастало в город, словно гигантский полип, пульсирующий магией и канцелярскими страстями. Стены из черного мрамора, в который были вплавлены живые вены сияющего металла, постоянно шевелились, поглощая соседние кварталы, вытесняя доходные дома и лавки старьевщиков, чтобы освободить место для новых архивов и отделов. Внутри царил полумрак, разгоняемый лишь летающими светильниками в форме черепов, которые жалобно гудели, если их вовремя не подзаряжали монетами из казны. Коридоры простирались на километры, петляли, разветвлялись и заканчивались тупиками, в которых можно было обнаружить либо стол завалявшегося регистратора, либо канцелярскую крысу размером с теленка, с наслаждением пережевывающую неправильно заполненный бланк.
В зале заседаний Пророческого Департамента – круглой комнате под самым куполом, где стены были исписаны предсказаниями, которые так и не сбылись, но были бережно сохранены для отчетности, – собрались высшие чины. За столом из полированного обсидиана, инкрустированного черепами мелких чиновников, павших в битвах с проверками, восседали главные действующие лица этой пьесы, которую никто не писал, но все старательно исполняли.
Мадам Розалия, многорукая HR-директор, занимала сразу три кресла, поскольку даже в магическом мире не существовало стула, способного вместить все ее конечности в состоянии покоя. Она одновременно вязала крючком из нервов уволенных сотрудников – получался уютный плед с иероглифами, предвещающими депрессию, – прихлебывала чай из чашки, украшенной черепом, и листала личные дела кандидатов в очередную Школу Героев. Ее лицо, вечно недовольное, напоминало маску трагедии, которую забыли снять после спектакля. Семь рук работали с механической слаженностью, но восьмая то и дело тянулась к бутылке успокоительного настоя, стоявшей на подлокотнике.
Рядом с ней сидел Гриша Зловещий. Молодой некромант с комплексом отличника, он нервно поправлял очки в роговой оправе – оправа была сделана из костей врагов, но, как он сам любил подчеркивать, «в стиле ретро, что сейчас очень актуально». Его черные волосы были зачесаны назад, открывая высокий лоб, на котором, казалось, навсегда застыла морщина недоумения: почему мир до сих пор не оценил его гениальные отчеты о потенциальном зле. Гриша мечтал о великом и ужасном, о легионах мертвецов, марширующих по воле своего повелителя, о замках, залитых лунным светом и кровью врагов. Вместо этого он уже третий год писал аналитические сводки для Канцелярии, и самым страшным, что он видел за последнее время, был отчет о нецелевом использовании бюджетных средств в Отделе Ритуальных Танцев. Он ненавидел эту работу, но его мать, уважаемая лицензированная ведьма, говорила: «Сынок, в нашей семье все получают стабильную зарплату и пенсионные отчисления. Хочешь быть темным – будь им, но с белой зарплатой».
На противоположной стороне стола, с видом человека, который уже тысячу лет ничему не удивляется и ничему не радуется, восседал Лордион Вековечный. Старейшина эльфов – существо настолько древнее, что даже его уши, казалось, слегка обвисли от времени. Он вел протокол заседания уже двести лет и не пропустил ни одной запятой. Его длинные серебряные волосы были уложены в сложную прическу, которая требовала трех помощников и ежечасного обновления магической фиксации, а на безымянном пальце поблескивало кольцо – печать, дающая право блокировать любую лицензию без объяснения причин. Лордион никогда не повышал голос, но его шепот мог заставить плакать драконов: он был мастером бюрократической войны, и его главным оружием была бесконечная тягомотина. Он мог затягивать согласование простого разрешения на выращивание летучих мышей до тех пор, пока заявитель не умирал от старости или не переходил в разряд нежити, что, впрочем, не ускоряло процесс.
– Итак, коллеги, – голос мадам Розалии прозвучал как скрежет несмазанной телеги, – мы собрались здесь, чтобы обсудить текущее состояние проекта «Великое Пророчество о Темной Надежде». Пятидесятый год, если кто забыл. Напоминаю: бюджет освоен на девяносто восемь процентов, построены двенадцать Школ Героев по всей Тенебрии, закуплены артефакты для призыва, заключены контракты с пророческими биржами. Результат? – Она обвела зал многоруким жестом, в котором читалось столько презрения, что Гриша поежился. – Результат, который мы имеем, пожалуйста, Гриша, зачитайте последнюю сводку.
Гриша поднялся, поправил очки, откашлялся. Его голос дрожал от волнения – он готовил эту сводку три дня, выверял каждую цифру, каждый факт. В его руках был свиток, который он развернул с почти религиозным трепетом.
– За последний квартал в мир Тенебрии было призвано семнадцать героев из других реальностей, – начал он, стараясь говорить четко и официально. – Методы призыва: стандартные порталы, ритуалы с участием крови и, в одном случае, неправильно настроенный магический телевизор, который выдернул кандидата из его собственной ванной. Результаты следующие. Двое утонули в болотах по пути в столицу, поскольку не имели навыков ориентирования на местности и проигнорировали предупреждающие знаки Департамента Природных Опасностей. Трое стали жертвами налоговой системы: попытались задекларировать свои межмировые перемещения как коммерческую деятельность и были оштрафованы на сумму, превышающую их первоначальный бюджет. Четверо сдались и сейчас работают в кофейнях: двое бариста, один уборщик, один, – он запнулся, – один, как указано в отчете, «ушел в творческий поиск», что, по данным нашего агента, означает, что он рисует портреты туристов на площади и продает их за еду. Один женился на драконихе, ушел в декрет и больше не выходит на связь.
Гриша замолчал, чувствуя, как на лбу выступает холодный пот.
– Остальные? – ледяным тоном спросила мадам Розалия, откладывая вязание.
Гриша сглотнул. – Остальные были съедены бюрократией в буквальном смысле. В архивах Отдела Межмировых Связей завелись канцелярские крысы. Они… они распознали в героях источник неправильно заполненных бланков. Пять человек были признаны не подлежащими восстановлению. Их личные дела списаны, сданы в макулатуру и, судя по пометкам, переработаны на новые бланки.
В зале повисла тишина. Лордион, не поднимая глаз от протокола, что-то царапал пером. Мадам Розалия медленно, очень медленно, сжала одну из своих рук в кулак. Гриша почувствовал, что сейчас его либо уволят, либо превратят в одно из тех существ, что живут в архивах.
– Проект не может быть закрыт, – голос мадам Розалии звучал как приговор. – Это вопрос не бюджета, это вопрос престижа. Канцелярия не может признать, что потратила миллиарды золотых на программу, не давшую ни одного работающего героя. Нам нужна Темная Надежда. Нам нужен кто-то, кто действительно восстановит Равновесие.
– Простите, – Гриша осмелился подать голос, хотя внутренний голос, сформированный годами вынужденной покорности, отчаянно вопил, чтобы он молчал. – А что, собственно, такое это Равновесие? В документах проекта оно нигде не определено. Есть только общая формулировка: «состояние, при котором Темные и Светлые силы находятся в гармонии». Но как измерить гармонию? Какие KPI? Без четкого понимания…