Айрина Лис – Контракт на тот свет: Офисная крыса в Преисподней (страница 4)

— А вы кто? — я смотрела на скелета, чувствуя странное тепло в груди. Может, от фартука с шаурмой, а может, от того, что он был первым существом здесь, кто не пытался меня съесть, обмануть или арестовать.

— Я? — скелет присел на соседний стул — тот жалобно скрипнул, но выдержал. — Дядя Костя. В миру — Костий Бессмертный. Когда-то был главным злодеем на три округа, пугал путников, разорял деревни, ну, стандартный набор. А теперь — пенсионер. Открыл шаурмичную. Скучно стало в одиночку гнить в склепе.

Морт фыркнул:

— Он преуменьшает. Дядя Костя — легенда. Его «Шаурма с сюрпризом» упоминается в «Ведомостях Тьмы» как лучшее средство от бессонницы. Потому что после неё ты либо спишь вечным сном, либо бегаешь всю ночь в поисках ведра.

— Не слушай этого облезлого кота, — дядя Костя махнул рукой. — Лучше скажи, девонька, как тебя занесло в наши края? По виду — живая, по запаху — страховой агент. У нас такие нечасто бывают. Последний, лет двести назад, умер от инфаркта, когда увидел наши налоги.

Я бросила взгляд на Морта. Кот виновато отвернулся.

— Его стараниями, — сказала я, кивая на кота. — Хотел пиццу заказать через ритуальный круг, а призвал меня. И теперь я тут, без документов, без денег, без обратного билета.

— Ах вот оно что, — дядя Костя сцепил костяные пальцы и опёрся подбородком на них. — Морт, ты опять за старое? Я помню, как ты в прошлый раз призвал таксу. Три дня она гавкала на призраков, пока мы не отправили её обратно.

— Это была не такса, это был портал в таксопарк! — возмутился кот. — Я путаю координаты, потому что у меня лапы!

— У тебя три высших образования в области прикладной некромантии, — парировал дядя Костя. — Не надо валить на лапы.

Я слушала их перепалку, и внутри меня постепенно отпускало. Не то чтобы я привыкла к этому безумию — нет, я всё ещё была в шоке. Но шок начал обрастать знакомыми эмоциями: раздражением, любопытством и странной уверенностью, что я справлюсь.

— Дядя Костя, — я прервала их спор. — Вы сказали, что мой запах — страхового агента. Это хорошо или плохо?

— Ни то, ни другое, — скелет повернулся ко мне. — Просто редкость. У нас в Вертексе страховые агенты — это мифические существа, вроде единорогов. Только единорогов никто не боится, а агентов — боятся все. Потому что страховка здесь — это почти всегда ловушка.

— Ловушка?

— Ну да. — дядя Костя понизил голос. — У нас, знаешь, какой бизнес? Демоны страхуют свои души от истребления, нежить страхует останки от разложения, а живые — страхуются от того, чтобы стать мёртвыми. Но в каждом полисе есть мелкий шрифт. В каждой подписи — скрытая графа. Если ты невнимательно прочитал — считай, продал себя в рабство.

Я невольно усмехнулась.

— Это я умею. Читать мелкий шрифт — мой хлеб.

— О, — дядя Костя выпрямился. — Вот это интересно. И давно ты этим занимаешься?

— Шесть лет.

— И много договоров прочитала?

— Тысячи, — я пожала плечами. — Я специалист по работе с жалобами. Ко мне приходят клиенты, которые недовольны тем, как мы… как страховая компания истолковала их полис. И я ищу лазейки, чтобы… — я запнулась. — Чтобы сэкономить деньги компании.

— А если клиент прав?

— Если клиент прав — я иду к юристам и доказываю, что нужно платить. Иногда выигрываю. Иногда нет.

Дядя Костя помолчал, а потом сказал тихо:

— Знаешь, девонька, а ведь это редкий дар. У нас тут каждый норовит надуть ближнего. А ты — ищешь правду в договорах. Такие здесь на вес золота. Вернее, на вес душ.

Морт спрыгнул со стола и устроился на подоконнике.

— Не нагнетай, Костя, — сказал он. — Она ещё не решила, оставаться ей или нет. Для начала ей нужно Свидетельство о Временной Смерти.

— О, — скелет качнул черепом. — Сложная штука. Её выдают в Гильдии Некромантов, а туда без протекции не войти. Но есть один способ.

— Какой? — я подалась вперёд.

— Устроиться на работу. В саму Гильдию. Им всегда нужны... ну, скажем так, «специалисты по работе с недовольной нежитью». Мортом, — дядя Костя кивнул на кота. — Помнишь, пару месяцев назад у них открылась вакансия в отделе жалоб?

— Отдел жалоб? — я чуть не поперхнулась воздухом. — У них есть отдел жалоб?

— А как же, — дядя Костя развёл руками. — Нежить постоянно жалуется. То скелетам кости скрипят, то зомби руки отваливаются, то призраки требуют улучшения санитарных условий в склепах. Без отдела жалоб — никак. Но там уже тридцать лет никто не работает, потому что предыдущий сотрудник… ну, он ушёл.

— Ушёл? — переспросила я. — Уволился? На пенсию?

— Его съели, — равнодушно сказал Морт. — Восставшие бутерброды. Он оставил на столе свой обед на ночь, а утром пришёл — и всё. Только очки остались.

Я сглотнула.

— Бутерброды едят людей?

— Не всех, — успокоил меня дядя Костя. — Только тех, кто плохо за ними ухаживает. Если ты будешь мыть стол и не оставлять крошек, бутерброды к тебе не придут. Они, знаешь, сами по себе довольно мирные. Просто если их оставить на ночь, они оживают и начинают искать, чем бы закусить. А человек — это, по сути, большой бутерброд из мяса.

— Спасибо за аналогию, — я почувствовала, как к горлу подступает тошнота. — Очень аппетитно.

— Ладно, — дядя Костя хлопнул костяной ладонью по столу. — Я вижу, ты девушка с характером. И я должен тебе помочь.

— С чего вдруг? — я насторожилась.

— С того, что твоя бабка когда-то спасла мне позвоночник, — просто ответил скелет. — Давно, лет пятьдесят назад. Я тогда ещё был злодеем, напал на деревню, а она — бабка твоя, Зинаида — вышла с ухватом и так меня огрела, что позвонки разлетелись в разные стороны. Потом собрала, склеила компотом и сказала: «Живи, костяной, но больше не балуй». С тех пор я и остепенился.

Я открыла рот, чтобы сказать, что моя бабка Зинаида умерла десять лет назад от инфаркта, так и не дождавшись моего диплома, но не успела.

Дядя Костя продолжил:

— Так что за бабку — плачу тебе. Сегодняшний ужин за мой счёт. И совет: не ходи к Нергалу сразу. Сначала обживись, найди жильё, разузнай, как тут всё устроено. Морт тебе поможет — за отдельную плату, конечно, но я прослежу, чтобы он не завышал цену.

— Я не завышаю! — возмутился кот. — У меня фиксированный тариф: десять процентов от всех доходов!

— Иди ты, — дядя Костя махнул рукой. — Лучше принеси нашей гостье поесть. Что у тебя там в меню, Глафира?

— Чего изволите? — из кухни высунулось нечто, похожее на гибрид осьминога и микроволновки. — Есть похлёбка из призрачных улиток, есть салат из скрипучих корешков, есть фирменный «Сюрприз» — я сама не знаю, что в нём, но клиенты плачут от счастья.

— Мне, пожалуйста, что-нибудь без глаз, — сказала я, вспомнив, что с детства панически боюсь насекомых и всего, что на них похоже. — И без ног. И без щупалец. Лучше просто… ну, хлеб? У вас есть хлеб?

— Хлеб есть, — кивнул осьминог. — Но он сам решает, давать себя есть или нет. Иногда обижается и убегает.

— Я возьму салат, — сдалась я. — Из корешков. Они хотя бы не двигаются?

— Вообще-то двигаются, — призналась Глафира. — Но медленно. Вы успеете их съесть, пока они не уползли.

Я вздохнула и посмотрела на Морта. Кот сидел на подоконнике, брезгливо вылизывая лапу, и делал вид, что происходящее его не касается.

— Морт, — позвала я. — Ты говорил, что работал в Адском Налоговом Управлении. Значит, ты знаком с Нергалом?

Кот перестал вылизываться.

— Знаком. И не хочу вспоминать. Он — педант до мозга костей. Ненавидит ошибки, опечатки, помарки. Однажды его подчинённый поставил запятую не в том месте в накладной на поставку душ — Нергал приказал переписать все документы за последние пятьсот лет. Вручную. Кровью.

— И как ты с ним работал?

— Старался не попадаться на глаза. — Морт спрыгнул с подоконника и подошёл к столу. — Но он меня всё равно уволил. Сказал, что я «разлил чернила на Книгу Судеб». А я просто… ну, понимаете, котам иногда нужно…

— Сходить в туалет? — подсказала я.

— Именно, — кивнул кот с достоинством. — Но он не оценил моих физиологических потребностей. Сказал, что в священном месте нельзя… в общем, вы меня поняли.

Дядя Костя хохотнул — кости его черепа при этом жутко заскрипели.

— Ох, Морт, Морт. Всегда ты в истории влипаешь. Но на этот раз, кажется, нашёл себе подходящую компанию. — Он повернулся ко мне. — Слушай, девонька. Я вижу, ты не робкого десятка. Но в Вертексе одной смелости мало. Нужно ещё уметь договариваться. И уметь выбирать врагов. Нергал — враг опасный, но у него есть слабость.

— Какая?

— Он боится проверок, — дядя Костя понизил голос. — Выше него есть ещё одно бюро — Межмировая Инспекция по Контролю за Административными Нарушениями. Если Нергал узнает, что кто-то подал на него жалобу в эту инспекцию, он… ну, он нервничает. А когда нервничает — ошибается.

Я улыбнулась. Первая настоящая улыбка с момента падения.

— Значит, мне нужна жалоба на Нергала.