Айрина Лис – Демонология для чайников с доходом ниже среднего (страница 6)

Марина обернулась. Паук сделал выпад, явно собираясь схватить её. И тут сработал инстинкт, выработанный годами разгона пьяных подростков у подъезда и наглых клиентов в офисе. Она топнула ногой (насколько это было возможно в скользкой грязи) и рявкнула тем самым тоном, от которого у её подчинённых поджимались хвосты:

– А НУ СИДЕТЬ, КОМУ СКАЗАЛА! БРЫСЬ ОТСЮДА! РАЗВЕЛ ЗДЕСЬ ЗООПАРК! Я ТЕБЕ НЕ МУХА, ЧТОБЫ МЕНЯ ЛАПАМИ ХВАТАТЬ!

Паук, который за свою долгую жизнь (а жили эти твари в Гельдерне веками) никогда не слышал ничего, кроме криков ужаса и магических заклинаний, от неожиданности поджал лапки и сел на мохнатую задницу. Он смотрел на Марину всеми восемью глазами с выражением глубокого недоумения. Казалось, он пытался осмыслить происходящее, но мозг паука был слишком мал для такой сложной задачи.

На поляне воцарилась гробовая тишина. Сектанты застыли, как статуи. Даже их предводитель открыл рот и забыл его закрыть. Вороной конь перестал дымить и с любопытством уставился на Марину. А мужчина в чёрном плаще смотрел на неё так, будто она только что сотворила чудо, достойное войти в летописи.

Клава довольно заурчала и потерлась головой о щеку хозяйки.

– Молодец, – шепнула она. – Так их.

Тишину нарушил мужчина. Он сделал шаг вперёд, и его плащ взметнулся, хотя ветра по-прежнему не было.

– Ты пойдёшь со мной, женщина, – произнёс он, чеканя каждое слово. В его голосе звучала сталь, но Марина уже не боялась. После паука и сектантов этот тип казался почти родным.

– Да идите вы все… – вздохнула Марина, чувствуя, как силы покидают её. Адреналин схлынул, и накатила дикая усталость. – Ладно. Только если у тебя дома есть нормальный чайник и заварка. И кошке – рыбы. Настоящей, не синтетической. И горячая вода, я хочу отмыться от этой грязи. И чистая одежда. И желательно без скелетов.

Мужчина, кажется, не привык к таким условиям. Он нахмурился, но кивнул.

– Идёт.

Он протянул ей руку в перчатке. Перчатка была чёрной, из тонкой кожи, с вышитыми серебром рунами. Марина посмотрела на свою грязную ладонь, потом на его безупречную перчатку.

– Я испачкаю тебе перчатку, – сказала она.

Впервые за триста лет (как потом выяснится) Дамиан фон Кросс, Верховный Инквизитор Его Мрачного Величества, почувствовал растерянность. Он привык к тому, что ему подчиняются, его боятся, его уважают. Но чтобы какая-то чумазая девица из другого мира беспокоилась о его перчатке? Это было… странно.

– Мне плевать, – цедит он.

Она взяла его за руку. И в тот же миг между ними проскочила искра. Буквально. Марину ударило статическим электричеством, да так, что у неё зазвенело в ушах. Она отдёрнула руку, но Дамиан сжал её пальцы крепче.

– Что это было? – спросила она.

Дамиан не ответил. Он чувствовал, как по его телу пробежала странная дрожь. От этой женщины пахло не магией, не серой, не страхом. От неё пахло домом. Тем, чего у него не было триста лет. Это было опасно. Это было неправильно. Но отступать он не привык.

– Пойдём, – сказал он и щёлкнул пальцами свободной руки.

Перед ними раскрылся портал – чёрная воронка, в которой кружились искры и тени. Оттуда потянуло сквозняком и запахом сухих камней.

Марина зажмурилась. Клава на плече вцепилась когтями в пуховик.

– Только без фокусов, – пробормотала Марина и шагнула в воронку.

Её закружило, завертело, желудок подкатил к горлу. Мелькнули лица сектантов, застывших в изумлении, огромный паук, который так и сидел на попе, не решаясь пошевелиться, вороной конь, презрительно фыркнувший. А потом всё исчезло.

Она стояла в огромном зале. Высокие своды терялись во тьме, факелы на стенах коптили, отбрасывая пляшущие тени. Пол был каменным, холодным, покрытым шкурами каких-то зверей. На стенах висели гобелены с изображениями битв – очень кровавых, судя по обилию красного цвета. Пахло сыростью, плесенью и ещё чем-то химическим, напоминающим старую библиотеку.

– Это замок, – коротко бросил Дамиан, отпуская её руку. – Мои владения. Оставайся здесь, я скоро вернусь. Нам нужно поговорить.

Он развернулся и ушёл в одну из многочисленных дверей, даже не оглянувшись. Марина осталась одна посреди мрачного холла. Клава спрыгнула с плеча на пол, огляделась и фыркнула.

– Ну и хоромы. Плесень, сквозняк, ни одного нормального дивана. И где тут, интересно, кухня? Я жрать хочу.

Марина медленно опустилась на каменный пол, не в силах больше стоять. Ноги подкосились, и она села прямо на шкуру какого-то мохнатого зверя. Голова кружилась, в ушах шумело. Она обхватила колени руками и уставилась в одну точку.

– Клава, – прошептала она. – Мы в полной заднице.

– В какой заднице? – переспросила кошка, облизывая лапу. – Тут, может, мышей полно. И мужик этот симпатичный. Правда, пафосный, как индюк, но симпатичный. Раскрутишь его на норковую шубу из скелетов каких-нибудь. Не ной, лучше ищи, где тут кормят.

Марина улыбнулась сквозь слёзы. Кошка права: ныть бесполезно. Надо выживать. Она поднялась на ноги, отряхнула грязь с джинсов (безнадёжно) и огляделась в поисках хоть какой-то двери, ведущей в более обитаемую часть замка.

Внезапно откуда-то издалека донёсся жуткий, душераздирающий крик. Потом скрежет металла. А потом тишина.

Марина вздрогнула и прижалась к стене.

– Что это? – прошептала она.

Клава навострила уши, прислушалась.

– Не знаю, – сказала она. – Но пахнет оттуда страхом. И… надеждой. Странно.

Крик больше не повторялся. Только где-то в глубине замка слышался тяжёлый, размеренный стук, похожий на биение сердца. Или на шаги.

Марина посмотрела на каменный пол и заметила, что между плитами сочится тонкая струйка чёрного дыма. Она тянулась к ней, как щупальце, и исчезала, не достигая ног.

– Замок живой, – прошептала Марина. – Он что-то скрывает.

– Все замки что-то скрывают, – философски заметила Клава. – Обычно мышей. Но здесь, чувствую, мыши – не самое страшное. Ладно, пошли искать кухню. Если этот пафосный тип не вернётся, мы с голоду подохнем.

Марина кивнула и побрела за кошкой. Они миновали несколько коридоров, заглянули в пару залов (один был заставлен скелетами в доспехах, другой – завален пыльными книгами). Наконец они наткнулись на дверь, из которой доносился запах еды. Точнее, запах чего-то варёного, пригоревшего и странного.

Марина толкнула дверь и вошла. Это была кухня. Огромное помещение с очагом, в котором пылал огонь, и длинными столами. У очага копошились несколько фигур. Когда они обернулись, Марина поняла, что это зомби. Настоящие, классические зомби – сгнившие лица, руки в бинтах, шаркающая походка. Они резали мясо тупыми ножами, периодически отрубая себе пальцы и бросая их обратно в котёл, где булькало нечто, отдалённо напоминающее суп.

Марину вывернуло. Прямо на каменный пол.

– Твою ж дивизию, – простонала она, вытирая рот. – Это что за содом и гоморра?

Клава, в отличие от хозяйки, с интересом наблюдала за происходящим.

– А мне нравится, – заявила она. – Мыши, наверное, тут не водятся. Зато есть чем поживиться, если пальцы хорошо прожарены.

– Клава, ты больная! – возмутилась Марина.

Зомби-повара обернулись на голоса и уставились на них мутными глазами. Один из них, самый ветхий, с отваливающейся челюстью, прошамкал:

– Новая прислуга? Инквизитор прислал?

– Я не прислуга, – отрезала Марина, стараясь не смотреть на его лицо. – Я… гостья. И мне нужна чистая вода и еда. Для меня и для кошки. Нормальная еда, а не это вот всё.

Зомби переглянулись. Потом тот же, что говорил, пожал плечами:

– Чистая вода есть в колодце во дворе. А еда… вот, берите, – он ткнул пальцем в котёл, где булькало нечто с плавающими пальцами.

Марина снова почувствовала позыв к рвоте, но сдержалась.

– Спасибо, я лучше поголодаю, – сказала она и вышла из кухни, увлекая за собой Клаву.

– Зря, – заметила кошка. – Белок всё-таки.

– Заткнись, – огрызнулась Марина. – Мы найдём что-то съедобное. Обязательно.

Они побрели дальше. Вскоре они наткнулись на небольшую дверь, за которой оказалась комната, явно предназначенная для гостей. Правда, гостей тут не было давно – всё покрыто пылью, на кровати вместо матраса солома, на стене висели ржавые цепи. Видимо, раньше это была темница.

– Уютненько, – прокомментировала Клава. – Прямо люкс отеля «Ужас на колёсиках».

Марина плюхнулась на солому. Ноги гудели. Глаза слипались. Она посмотрела на кошку, которая уже обнюхивала углы.

– Клава, – спросила она, – как ты думаешь, этот Дамиан… он кто? Колдун? Демон?

– Инквизитор, – ответила кошка. – Он сказал. Инквизиторы обычно охотятся на ведьм. Но сам живёт в замке с зомби и пауками. Странный тип.

– И почему я ему понадобилась?

– Потому что ты уникальная, – фыркнула Клава. – Ты с пауком разговариваешь. Такое не каждый день увидишь. Даже в этом мире.

Марина усмехнулась. Потом зевнула.

– Ладно, давай спать. Завтра разберёмся.