Аяно Такэда – Звучи, эуфониум! Добро пожаловать в духовой оркестр старшей школы Китаудзи. Том 1 (страница 8)
– Ну и чего тут думать? Давай поторопимся и решим!
Кумико услышала, как позади нее Сапфир повторила за Аской «Решим!», как будто в этом слове было что-то необычное. Огасавара молча колебалась, и, наконец, пробормотала:
– Что ж, – она окинула взглядом класс. – Тогда поставим вопрос на голосование.
– А я подведу итоги! – сказала Аска со странной ноткой гордости.
– Итак, чтобы отдать свой голос за цель оркестра в этом году, просто поднимите руку. Выбор стоит между участием в Национальном конкурсе и участием в местных конкурсах удовольствия ради.
Кумико обхватила щеки руками. В такие моменты правильный ответ уже был известен. Детям всего лишь нужно было выбрать лучший вариант из тех, что предложили взрослые, – верный в социальном плане, или в глобальном. Возможные варианты естественным образом будут сужаться до тех пор, пока из вас не выжмут единственно верный.
– Хорошо, сначала поднимите руки те, кто хочет пройти на Национальный конкурс.
В ответ почти все ученики подняли руки. Кумико поступила так же и увидела блеск чьих-то розовых ногтей в свете лампы. Ей стало интересно, как можно играть с такими длинными ногтями. Аска увидела очевидное большинство рук, а потому перестала писать на доске. Результат был ясен.
– А теперь те, кому хватит Регионального конкурса Киото.
В центре комнаты поднялась единственная бледная рука в темно-синем манжете. Огасавара поняла, кто это был, и у нее перехватило дыхание.
– Аой…
Огасавара была удивлена. Глаза ее были широко открыты, а выражение лица заставило Кумико затаить дыхание.
Человек, на котором остановился взгляд Кумико, был ей хорошо знаком.
Аой Сайто.
– Итак, только Аой выбрала второй вариант, – сказала Аска и отметила на доске одинокую черточку вдалеке от остальных.
На мгновение лицо Огасавары скривилось недовольной гримасой. Она ладонью завела челку назад, а потом ничего не выражающим взглядом взглянула на доску. Глаза Аски сузились, будто она только что поняла что-то важное.
– Большинством голосов, – объявила президент клуба, – целью нашего оркестра станет выступление на Национальном конкурсе.
Эти слова вызвали аплодисменты учеников. К ним с безмятежным выражением лица присоединился и Таки, будто и сам был доволен результатом. Когда Аска открыла рот, чтобы что-то сказать, он тихо встал и поднятой рукой попросил ее помолчать.
– Эту цель вы выбрали себе сами. Были и те, кто не согласился, и я уверен, что есть те, кто не смог открыто высказать свое несогласие. Как бы то ни было, вы сделали этот выбор вместе. Я сделаю все, что смогу, чтобы помочь вам достичь этой цели, но вы все должны помнить следующее: в моих силах лишь наставлять вас. Не забывайте об этом. Без ваших личных усилий эта цель никогда не станет реальностью. Вам все ясно?
При его последних словах класс погрузился в тишину. Почему никто ничего не говорит? В ту секунду, когда от неловкости Кумико стало не по себе, Таки хлопнул в ладоши.
– Почему такие пустые лица? Что скажете?
В ответ по классу пронеслись одиночные ответы. «Быть не может…» – подумала Кумико и нахмурилась. Неужели у них не принято отвечать хором?
– Какие-то вы сонные. Давайте еще раз. Вам все ясно?
На этот раз голоса учеников прозвучали в унисон.
– На сегодня все. Можете идти.
Голос президента прозвучал четко и ясно, подводя итог собрания. Сквозь возгласы «Спасибо за сегодня!» и «Увидимся завтра!», поднявшиеся в классе, Кумико стала торопливо искать Аой. От нетерпения у нее перехватило дыхание и пересохло в горле. И только она заметила удаляющуюся фигуру девушки, Кумико протянула к ней руку.
– Подожди! Ао… эм, Сайто!
Аой медленно развернулась и посмотрела назад. Черные волосы нежной волной падали ей на плечо. Ее глаза широко распахнулись, когда она поняла, кто стоит перед ней.
– …Кумико?
– Привет, рада снова встретиться.
Девушка рассмеялась из-за вежливой речи Кумико. Она осторожно сняла ее руку со своего плеча и выглянула в окно класса.
– Пойдем домой вместе?
Кумико энергично кивнула в ответ.
– Я не знала, что ты учишься в Китаудзи, Аой.
Девушка мягко улыбнулась. Ее дом находился недалеко от дома Кумико. Аой была ей как старшая сестра. В начальной школе они часто играли вместе, но когда Аой поступила в среднюю школу, они стали видеться реже. В детстве Кумико была ниже нее, но сейчас они были почти одного роста. Кумико даже чуть-чуть выше. Аой откинула кончиками пальцев свои черные волосы и как-то по-взрослому кивнула.
– На самом деле я хотела поступить в Хорияму, но не смогла сдать экзамены.
– Ах, вот как.
Хорияма была одной из лучших школ в Киото для подготовки к университету. Аой всегда была прилежной ученицей, и это явно не изменилось.
– Эм, ты не против, если мы будем общаться, как раньше? Я не привыкла говорить с тобой так вежливо.
Аой махнула рукой, давая ей разрешение.
– Да-да, конечно! Странно слышать от старой подруги такие формальности. Хотя при всех лучше быть вежливой, хорошо?
– Хорошо, как скажешь.
Кумико приветливо кивнула в ответ на просьбу подруги. Аой поднесла руку ко рту и издала тихий, по-взрослому утонченный смешок. Школьная сумка, висевшая у нее на плече, скрипела под тяжестью содержимого.
– Аой, почему ты одна подняла руку?
– Где я «подняла руку»?
– Когда спросили про Национальный конкурс. Все равно никто не хотел честно отвечать на этот вопрос, так что и руку поднимать смысла не было, да?
В ответ на это Аой опустила глаза. Две тени упали на темный асфальт. Холодный весенний ветерок настойчиво пробивался между ними. Кумико без особой причины расправила свою юбку, хотя она была новенькая и складок на ней быть не могло.
– Наверное… чтобы иметь отговорку, – сказала Аой.
– Отговорку? – переспросила Кумико.
Аой весело улыбнулась и повторила:
– Да, отговорку.
На лямке школьной сумки Аой свисал брелок, и Кумико не могла понять: миленький он или нет. С ниточки на нее уставились глаза уродливого маленького кролика.
– Если я решу бросить оркестр, то с чистой совестью смогу сказать, что с моим мнением никто не считался.
– Ты хочешь бросить? – голос Кумико внезапно прозвучал очень высоко. Глаза ее широко раскрылись от удивления.
Аой с досадой улыбнулась.
– Не знаю? Пока слишком рано об этом говорить.
– Но почему? Ты же всегда так старалась!
– Знаешь, – Аой задумалась, – оркестр никак не поможет мне попасть в университет.
Хотя голос Аой казался небрежным, в нем четко слышались тревога и обида на саму себя. В ее сумке зашуршали совсем новенькие учебники.
– И куда ты хочешь поступать? – спросила Кумико.
– Не знаю. Я еще не решила.
«Врушка», – подумала Кумико. Весь этот разговор звучал так, будто маленький ребенок пытался защитить свое хрупкое самолюбие. Она будет готовиться к экзаменам? Что за чушь! Кумико сделала вид, что ничего не заметила, и вместо этого лишь сдавленно улыбнулась.
– Все ясно.
– Тебе бы тоже поберечь себя, Кумико. Три года пролетят как один день.
Эти слова неприятным эхом отозвались в голове девушки.