Аяно Такэда – Звучи, эуфониум! Добро пожаловать в духовой оркестр старшей школы Китаудзи. Том 1 (страница 9)
Глава 2. Я вернулась, эуфониум
Местом для репетиции секции баса был кабинет, примыкающий к музыкальному классу. Мутная от пыли надпись на белой пластиковой табличке над дверью гласила: «12 класс 3 группа».
– Басовые инструменты чересчур большие. Мы подумали, что так нам не придется их постоянно таскать, – сказала Аска, поглаживая свой инструмент. Серебряный эуфониум, похоже, был личным инструментом Аски, а басовые инструменты такого размера могли стоить очень дорого.
– Начиная с июня репетиции будут проходить каждый будний день до семи вечера. В октябре мы будем заканчивать в полседьмого. По сути, будем сидеть за инструментами до последнего вечернего звонка.
В средней школе Кумико занималась примерно по такому же расписанию. Похоже, что в старшей распорядок дня ничем не отличался.
– В основном здесь мы и будем репетировать. До начала подготовки к конкурсу репетиций оркестра не будет, так что пока мы начнем с основ игры на вашем инструменте.
– А что это за основы такие? – спросила Хадзуки, как полный новичок. Сапфир же тем временем безучастно смотрела в окно на распустившуюся сакуру. В стороне за ней тихонько наблюдал Такуя.
– Ну, разберемся с самым важным. Например, с «длинным тоном». Новичкам особенно важно поработать над стабильным извлечением нот.
– Что за… «длинный тон»?
– А, это я объясню позже. Сначала давайте познакомимся.
Аска энергично встала и горячо хлопнула по столу. Она ойкнула оттого, что ударила сильнее, чем собиралась, и легла на парту. Такуя молча протянул ей холодный компресс.
– Э-э, так о чем мы? Ах, да – знакомство!
Еще постанывая от боли, Аска вяло подняла голову со стола. Девушка поправила пальцем очки на переносице.
– Вот эта сонная одиннадцатиклассница – Нацуки Накагава, эуфониум!
– …Рада познакомиться.
Лежа, Нацуки весьма ловко кивнула головой. Белки ее напряженных глаз были едва заметны, когда она приподнялась.
– А это у нас Рико Нагасэ, туба!
– Здравствуйте, – сказала девушка с приветливой улыбкой. Кумико показалось, что с ней будет гораздо легче поладить, чем с Нацуки.
– Теперь в басовой секции нас семеро: Я, Гото, Нацуки, Рико и трое новичков. В прошлом году нас было куда больше, но кто-то уже выпустился, а кто-то просто бросил оркестр.
– У нас так мало одиннадцатиклассников. Мидори это кажется странным.
– Да, почему так? – спросила Кумико, на что Сапфир кивнула.
– В оркестре же тридцать пять выпускников, восемнадцать одиннадцатиклассников и двадцать восемь десятиклассников, верно?
– Точно, у тебя очень хорошая память, – кивнула ей Аска. Все действительно было именно так: в оркестре была значительная нехватка одиннадцатиклассников.
– Почему их так мало? – из любопытства спросила Кумико.
На мгновение темные глаза Аски похолодели. За красной оправой очков ее длинные ресницы затрепетали вверх-вниз. Ее губы слегка поджались.
– Дело в том, что…
– Нет особой причины, – внезапно сказал Такуя, перебив Аску. – Вам не о чем беспокоиться. Об этом лучше не знать.
Кумико вздрогнула, когда этот высокий юноша посмотрел на нее сверху вниз. В его обычно спокойных глазах горел опасный огонек. Сапфир тихонько пискнула и спряталась за спину Кумико. Только Хадзуки раздраженно надула губы.
– Ты чего такой злой, а? Можно повежливее.
– Хазуки, не надо… – сказала Кумико, пытаясь ее успокоить.
Нацуки улыбнулась.
– Не парьтесь. Они просто сбежали от Танаки, вот и все.
– Заткнись, Накагава.
Такуя сердито посмотрел на Нацуки.
– О-о-о, как страшно. Я просто сказала правду.
– Нацуки, прекрати, – Рико тихонько потянула Нацуки за рукав. Девушка глянула на нее, раздраженно фыркнула и снова растянулась на парте. Такуя тяжело вздохнул, а Рико нерешительно посмотрела на Аску. Видимо, одиннадцатиклассники плохо ладили.
– Ну-ну, не нужно ругаться, – сказала Аска, хлопнув в ладоши, чтобы разрядить обстановку. – Хорошо, раз уж мы представились, теперь давайте подберем инструменты. Я так понимаю, ни у кого нет своего?
– Своего инструмента? В смысле личный, из дома?
– Да-да, я именно о нем. В басовой секции не у всех есть свой инструмент. А вот у трубачей и флейтистов это в порядке вещей.
– О, поняла, – кивнула Хадзуки.
Все басовые инструменты очень громоздкие, поэтому ученики, как правило, не покупали собственные. Носить их из дома в школу было бы нелегко. А еще они были очень дорогими: некоторые из них стоили больше миллиона йен[11]. Кумико всегда с завистью смотрела на миниатюрные флейты и кларнеты.
– Мы держим наши инструменты в кладовой рядом с кабинетом. Сейчас мы как раз пойдем и выберем каждому нужный инструмент, – сказала Аска и пошла к выходу. Все остальные последовали за ней.
Прямо возле музыкального класса была туалетная комната, где трубачи мыли мундштуки. Сейчас там стояла Рэйна. Она держала в руках позолоченную трубу, которую ей купили родители в средней школе. Труба эта заметно отличалась от инструментов других учеников.
– О, Кумико.
Девушка остановилась, услышав свое имя. Рэйна бросила взгляд в сторону Аски и склонила голову.
– Опять эуфониум? – одним взглядом спросила она у Кумико.
– Да, опять он, – честно кивнула она в ответ.
– Хм, ясно, – пробормотала Рэйна с пустым выражением лица и ушла прочь.
– Твоя знакомая? – спросила Хадзуки.
– Да, мы вместе учились в средней школе.
– Она на трубе играет, да? Такая красавица! И грудь шикарная. Глаз не оторвать!
Щечки, идущей рядом с Хадзуки Сапфир, покраснели. Хадзуки, конечно, выглядит милой старшеклассницей, но иногда говорит, как распутный старик.
Аска высунула голову из кладовой с инструментами и прикрикнула на отставших.
– Эй, хватит дурью маяться! Идите сюда быстрее!
Девочки поспешили в кладовую, где от запаха пыли стало щекотно в носу. Хадзуки восхищенно ахнула, глядя на ряды футляров.
– Ого, так это здесь кладовая с инструментами?
– Не нужно так удивляться, – сказала Аска с ироничной улыбкой. Рядом с дверью стояли четыре футляра для туб. Посреди комнаты на нижних полках застенчиво ютились пять эуфониумов, а к тубам прислонились два контрабаса. Здесь хранилось больше инструментов, чем было нужно. Похоже, что в прошлом оркестр был куда многолюднее…
– У меня свой эуфониум, так что его вы ни с чем не спутаете. Остальное все примерно одинаковое. Только смотри, Кумико, не бери инструмент Нацуки. Вон тот, со странным медведем, – сказала Аска, указывая на один из футляров. И вправду, на нем висел маленький выцветший брелок с желтым медвежонком.
На первый взгляд все черные футляры выглядели одинаковыми, поэтому, чтобы избежать путаницы, все помечали их по-своему. Ручка футляра Аски, например, была перевязана синей лентой.
– Я бы рекомендовала тебе второй справа. Четвертый поршень у него снизу, как на моем, так что при игре нажимается легко. Для своего возраста играет прилично, еще и позолоченный.
– А, хорошо. Тогда я выберу его, – сказала Кумико, протягивая руку, чтобы взять инструмент. Покрытие у него кое-где истерлось, но все равно было намного лучше, чем на том эуфониуме, на котором она играла в средней школе.
– Мидори возьмет этот! – радостно сказала Сапфир. Она стояла рядом с Кумико, которая все еще внимательно рассматривала свой инструмент. Сапфир выбрала себе контрабас.
– Мидори назовет его… Джордж!
– Джордж?
– Ага! Джордж! – торжествующе воскликнула та.