Аяна Грей – Охота начинается (страница 71)
– Я с нетерпением жду момента, когда ты примешь участие в общем деле, – сказал отец Олуфеми. – Мы исполняем долг, мы несем достойную службу.
Не говоря больше ни слова, он зашагал прочь, так же медленно и размеренно, как раньше. Экон с тревогой смотрел ему вслед. Отец Олуфеми увидел его здесь, а значит, у них еще меньше времени. Он снова посмотрел в окно, на луну. Они с Коффи договорились встретиться ровно через полчаса – больше половины этого времени уже прошло, а он так и не продвинулся в поисках брата Уго. Он закрыл глаза и попытался вспомнить каждую деталь, каждое место, где встречался с наставником. Они гуляли по городу, многие часы проводили в классах, они…
Осознание обрушилось на него, заставив застыть на месте. Змейки пота заструились по лбу, когда он наконец понял и ощутил одновременно панику и радость. Экон повернулся и двинулся по одному из коридоров.
Он понял, где брат Уго.
Глава 31. Светлячки
Приближаясь к конюшням, Коффи ощутила висящий в воздухе густой запах сена.
Вокруг нее слышались тихие звуки, исходящие от местных обитателей: тихое сопение скотины. Звуки и запахи одновременно пугали и успокаивали ее – они напоминали Ночной зоопарк.
Коффи осматривала загоны один за другим, заглядывая внутрь и стараясь в темноте различить, кто там. Экон сказал, что Адия, наверное, здесь, но он не был уверен. Коффи старалась не обращать внимания на слово «наверное». У нее было полчаса, чтобы найти дараджу в облике монстра, а затем встретиться с Эконом и уйти. Казалось, что времени много. Но она знала, что это не так.
Секунды утекали, тени становились длиннее, а лунный свет просачивался через щели между досками крыши. Коффи глубоко вдохнула и ощутила новый запах, озон – он всегда предвещал дождь. Сезон дождей приближался, в этом она ничуть не сомневалась. Она лишь надеялась, что она сама, Экон и Адия успеют убраться отсюда.
В пальцах собиралась новая волна тревоги. Она попыталась усмирить ее, сжав их в кулак.
– Успокой свой разум, – прошептала она самой себе, заворачивая за угол. Спокойно – ей нужно оставаться спокойной. Она узнала эту часть конюшни – когда-то она стояла здесь с Джабиром, перед тем как их пути разошлись. Она присела, скрываясь в тени, и коснулась пальцами грязного пола. Ощущение было другим: в джунглях земля была теплой, словно приглашающей, а в конюшне – холодной, определенно менее живой. И все же она с облегчением ощутила знакомое биение сияния – не такого мощного, как раньше, но все же заметного. Она мягко, как она надеялась, обратилась к нему с просьбой. «
Последовала полная неуверенности пауза, а затем энергия откликнулась притяжением где-то в районе пупка. Коффи поднялась, увидев, как крошечные знакомые искры золотистого света собираются у ее пальцев, а затем поднимаются в воздух перед ней, будто играя. Она не сразу поняла, кого они ей напоминают – светлячков.
–
– Что за…
– Помогите! – крикнул он, оглянувшись. – Кто-нибудь, помогите!
Послышались шаги, и у Коффи упало сердце. Она потянулась к сиянию, пытаясь отозвать его, а потом застыла. Огоньки исчезнут или полетят к ней, выдав, где она спряталась? Она не хотела рисковать, проверив это. К первому мальчику присоединились еще двое. Некоторое время они смотрели на созданные Коффи огоньки с той же растерянностью.
– Что это? – спросил второй мальчик.
– Что-то нехорошее, – ответил первый. – По-моему, похоже на магию.
– Дараджа по-прежнему в тюрьме, так ведь?
– Должна быть там, но… – Один из мальчишек выступил вперед и ткнул огонек пальцем. Коффи поморщилась от боли. – Наверное, она пытается связаться с Шетани, чтобы монстр освободил ее. Нужно немедленно сообщить Кухани.
– Он был в кабинете, когда я проверял, – сказал один из мальчишек, кивая остальным: – Приведите его. Мы перекроем выходы на всякий случай.
С каждым шагом он подходил все ближе к Коффи. Она отошла дальше в загон и вытащила ханджари Экона из ножен на поясе. Она прижала кинжал к груди, вспоминая его слова.
– Эй! – Взгляд мальчика остановился на ней. Он открыл рот, собираясь закричать.
Она бросилась вперед.
Она двигалась совершенно инстинктивно. Одна рука вытянулась вперед, и Коффи повернулась на месте, описав идеальный круг. Рукоятка ханджари врезалась в голову мальчика. Лишившись чувств, тот растянулся на земле. Коффи едва успела перевести дыхание, когда услышала шаги остальных.
– Она тут! – крикнул один из мальчишек на бегу. – Н е двигайся, или…
Вспыхнул свет.
Он был внезапным и всепоглощающим. Глаза Коффи расширились, когда одна из крошечных искр взорвалась, озарив все вокруг золотым сиянием. Коффи выпрямилась и вышла в проход. Вокруг все казалось почти бесцветным, золотисто-белым. Посмотрев вниз, она увидела, что мальчик, который бежал к ней, стоит теперь на четвереньках.
– Ничего не вижу! – крикнул он. – Помогите кто-нибудь, я ничего не вижу!
Коффи сбросила оцепенение. Сияние по-прежнему помогало ей. Она легко побежала в противоположную сторону. Как только она завернула за угол, свет начал затухать и мальчик что-то закричал, но Коффи бежала дальше, а искры вились у нее над головой. Они вели ее вперед.
Она добралась до большой деревянной двери в конце коридора, и притяжение, идущее от пупка, стало еще более заметным, более настойчивым. Сердце колотилось о ребра, когда она встала перед дверью, не зная, что делать дальше. Изнутри не доносилось ни звука, словно там никого и не было, но светлячки остановились именно тут.
Она ухватилась за дверную ручку. К ее удивлению, она без сопротивления повернулась. Коффи вошла внутрь и застыла.
Помещение было похоже на старую кладовку, но швабры и ведра небрежно отпихнули в сторону. Посередине на камнях была устроена большая соломенная лежанка, а на ней распростерлась Адия. Большая часть ее тела была покрыта кровью из многочисленных порезов и царапин, а те места, которые остались непострадавшими, были туго перетянуты толстой веревкой. От одного взгляда на это Коффи стало дурно.
– Адия!
Коффи тут же подошла к ней и опустилась на колени рядом. Адия зарычала, но не в полную силу, словно признавая поражение. Коффи осторожно коснулась пальцами ее головы, спины, раненой лапы. Над ней издевались. Слезы ярости наполнили глаза Коффи.
– Я вытащу тебя отсюда. – Она посмотрела Адии прямо в глаза, надеясь, что та сможет ее понять. – Просто потерпи немного, я избавлю тебя от этих веревок. Я просто не знаю… – Она потянула за самый большой узел у шеи монстра изо всех сил, но он не поддался. Затем она попробовала воспользоваться кинжалом – тоже безуспешно. Разрезать все узлы будет слишком долго. Коффи снова села на пятки и выругалась. – Может, у тебя идеи?
Адия теперь смотрела не на Коффи, а на ханджари Экона. Она несколько раз перевела взгляд с него на лицо Коффи, и только тогда та поняла:
– О! Так я ни разу не пробовала.
Адия одобрительно кивнула, и Коффи посмотрела на клинок. Подступила тошнота, и она ощутила, что, наверное, приближается к пределу того, сколько сияния может пропустить через себя ее тело за такой короткий промежуток времени. И все же Коффи смогла сосредоточиться. Повинуясь ее воле, тепло заполнило тело, словно она проглотила кусочек восходящего солнца. Она сконцентрировалась на ханджари, и серебристый клинок засиял золотым. На этот раз, когда она прижала его к веревке, он рассек ее как масло, и через несколько секунд обрывки уже валялись вокруг тела Адии. Чудовище выпрямилось и потянулось.
– Идем. – Коффи вскочила на ноги и направилась к двери. – Нужно выбираться отсюда.
Как можно быстрее и тише она повела Адию по коридору. Ее сердце сжалось, когда с другого конца донеслись голоса.
– Оно было там! – выкрикнул знакомый голос, с каждым словом все громче. – Я могу объяснить, отец, быстрее!
У Коффи внутри все перевернулось. Мышцы свело судорогой из-за того, сколько сияния она уже использовала, но выбора у нее не было. Она снова обратилась к нему. На этот раз оно накатило волной так быстро, что у нее подогнулись колени. Свет заполнил коридор, разливаясь по нему, с каждым моментом становясь все ярче. Озаренные им, на земле скорчились еще четыре человека, закрывающие глаза руками. На одном был темно-синий балахон, который она тут же узнала. Кухани. Он бессмысленно пытался ухватить свет, плотно зажмурившись, а на его лице был написан неприкрытый страх. Когда Коффи и Адия пробежали мимо него, его лицо исказила гримаса.