Ая Кучер – Девочка Грома - Ая Кучер (страница 36)
Бурчу себе под нос. Судя по тому, что мужчина не реагирует – он не услышал. Вот и отлично.
Язык мой – враг мой.
Я сначала говорю (или делаю), а потом только думаю. Главное молчать и не раззадоривать мужчину.
Хотя ехать нам несколько часов. Он успеет успокоиться и выдохнуть.
– Поставлю свой срок на пароль, – летит колкая фраза от Грома. – Пошаришься. Если жить не хочется.
– И снова угрозы…
– Не от меня. Думаешь те, кто много знают, они живут долго? Хочешь в моих делах покопаться? Удачи. Кстати, кто такие верёвочники?
– Ты в рабочий чат полез?!
Я возмущаюсь, наклоняясь к мужчине. Забрать телефон мне не позволяют, но я вижу экран.
Закипать начинаю. Наиль сейчас переписывается с моими коллегами. Судорожно листаю переписку, хоть это мне позволяют.
Вряд ли я вернусь на работу, но всё равно… Я так старалась. Курсы проходила, работала сверхурочно. Создавала себе деловую репутацию.
А главное – мне нравилось, чем я занималась. Будто своё признание нашла. А теперь…
Всё разрушено из-за Громова.
Снова!
А после я давлюсь воздухом. Замираю, натянутой струной. Только моргаю, растерянно перечитываю сообщение «от меня».
Наиль написал, что я заболела. Даже приписку от врача сбросил, что открыт больничный. Это… Неожиданно.
– Мне не надо, чтобы тебя искали, – убивает любую благодарность. – Так надёжнее.
– Конечно.
– Дениска тебе лучшие пожелания шлёт. Убогий пацан. Ты ему чуть в лицо не бросила, что трахаешься с другим. А он…
– Если бы я трахалась с другим, ты бы просто его убил. Меня тоже, видимо. У тебя своя реакция. А Денис просто воспитанный и приятный.
– Насколько приятный? Нанесём ему визит? Обрадуется перед смертью.
– Хватит угрожать всем вокруг. Ты умеешь по-другому общаться? Моему отцу… Ты тоже будешь так угрожать? Ты… Ты причинишь ему вред? На моих глазах? Вообще?
Я засыпаю мужчину вопросами. Не могу молчать. То, что гудело внутри, теперь выплёскивается рваными вопросами.
Мне нужно понять, что задумал Гром. Какой у него точный план. В идеале – как-то предупредить отца.
– Всё зависит от тебя, Яра, – Гром растягивает слова. Ладонь на моё колено укладывает. – Насколько хорошо ты будешь себя вести.
– Хорошо – это как?
Я хмыкаю, возвращая суровый взгляд Грому. Но в глаза смотреть страшно, поэтому фокусирую взгляд на переносице.
На ней сходятся тёмные брови мужчины. Он хмурится, словно действительно раздумывает.
Слышу, как постукивает пальцами по подлокотнику. Ладонью, что на моей коленке, сильнее давит.
– Хорошо это так, чтобы прибить тебя не хотелось, – выдаёт в итоге.
– Тебе всегда хочется, – отвечаю шёпотом.
– А ты повода не даёшь?
– Я даже если мирно себя вести буду, ты же всё равно найдёшь за что-то злиться. Вот сегодня!
– Ну-ка.
Подначивает, но я слышу в голосе стальные нотки. На грани с раздражением, но позволяет мысль закончить.
Я рвано выдыхаю. Злюсь на себя, что улавливаю эти мелочи. Считываю настроение Грома.
А при этом… Радуюсь немного, тайно. Всё-таки, не окончательно я его забыла. Знаю ещё немного.
Это ведь можно использовать, да? Так я себя утешаю.
Гром отводит взгляд первым. Не проигрывает, ни разу. Бросает быстрый взгляд на дорогу, оценивает обстановку. Снова мне возвращает внимание.
– Мысль закончи, – хмыкает он.
– Я тебе сегодня всё рассказала! Как Мот зашёл и прочее. А ты – опять взорвался. Только из-за того, что я в одеяле была. Опять рычать начал, набросился.
– И плохо закончилось? – понижает голос. – Кончала громко, может, не услышал в потоке стонов претензию?
– Ты как варвар!
– Вар который? – он усмехается. – С ним разговор короткий был бы. Шкуру бы спустил тебе и перешагнул. И на этом всё закончилось. Предательства, Яр, не любят в нашем деле.
– Я не предавала! Я же объяснила…
– Ты меня как своего мужика, минимум, предала. Когда не ко мне с претензий пошла, а упетляла. Я к тебе спиной повернулся, сладкая, а ты ебнула. Это тоже за предательство считается.
Его «сладкая» какой-то горечью отдаёт.
На этот раз отворачиваюсь я. Поспешно и быстро, гипнотизируя деревья за окном. Не нахожусь с ответом.
Проигрываю по всем фронтам.
Но… Обдумываю слова Наиля. Не хочу, а анализирую. Он не прав! Совсем не прав, не так было это.
А если зерно правды есть?
Сложно. Я не верю ему совсем. Но вещи, которые мужчина говорит, заставляют задуматься. И меня разрывает.
Ненавистью и желанием поверить.
Попыткой найти правду и страхом, что снова будет очень больно.
Мы едем в тишине. Гром спокоен и сосредоточен. Лишь изредка с кем-то короткими фразами перебрасывается.
Я – молчу. Нечего мне после этого спича говорить. Я… Часто моргаю, когда вижу указатель. До моего родного города – сто километров осталось.
Я думала, что никогда сюда не вернусь! Буду избегать, бегать, прятаться. Пока Гром про меня не забудет.
А теперь в обществе этого Грома и возвращаюсь. К отцу, которому опасность грозит. А я даже не могу придумать, как ему помочь.
И лишь сама обстановку накаляю.
– Ты меня обманул, – цежу я. – Ты сказал, что не знал Вячеслава. Не знаешь ничего про его смерть. Ты первым моё доверие предал, если так разбираться.
– А ты хотела знать? Что твой брат шестёркой работал, с оружием бегал и грязь подчищал? Ты своего брата чуть ли не святым считала, трещала постоянно, а я такой – кстати, у него руки по локоть в крови. Замарался, но святой, да.
– Не марал он!
– Видишь? И сейчас нихуя слышать не хочешь.
Я мотаю головой. Я готова принять, что брат работал на Грома. Хотя не понимаю, зачем ему это!