Аурелия Шедоу – Смех сквозь когти (страница 6)

Он резко встал, отбрасывая тень на фреску, где пантеры и волки танцевали в круге. Теперь они казались пародией на прошлое.

– Я был должен защитить её. Вместо этого… – его голос сорвался. – Вместо этого я повёл клан в контратаку. Оставил её одну. Каин прорвался к алтарю. Когда я вернулся, от Лейры остался только пепел… и этот. – Он дернул цепь на шее, вытаскивая из-под рубахи обгоревший осколок браслета. – Клан назвал меня героем за победу. А я видел в их глазах упрёк: «Ты спас нас, но потерял её».

Лира осторожно прикоснулась к осколку. Металл жёг пальцы, словно хранил жар того рокового огня.

– После её смерти я стал Альфой, но… что за лидер, который не может защитить собственную кровь? – Он горько усмехнулся. – Клан жаждал мести, а я – лишь разрушения. Когда Каин бежал, я отправился за ним один. Не ради справедливости. Ради того, чтобы его когти разорвали меня, как я разорвал своё сердце.

Он повернулся к Лире, и в его глазах вспыхнула ярость, направленная не на неё, а на самого себя:

– Но Каин не дал мне даже этой милости. Он оставил меня жить. Сказал, что смерть – слишком лёгкий конец для того, кто предал сестру ради призрака славы.

Лира схватила его за рукав, заставив встретиться взглядом:

– Ты не предавал её. Ты пытался спасти всех.

– А спаситель, который теряет самое дорогое, – всего лишь глупец с окровавленными руками, – резко ответил он, но не отстранился. Его плечи дрожали под её ладонью. – После этого я ушёл. Клан видел во мне напоминание о поражении. А я… я не мог смотреть на детей, чьих отцов отправил на смерть.

Он замолчал, будто признание выжгло в нём дыру. Болото вокруг затихло, даже духи перестали шептаться, словно сама тьма прислушивалась к его исповеди.

– Каин был прав. Жизнь – худшее наказание, когда каждый рассвет напоминает, что ты дышишь, а она – нет. – Его голос стал тише, почти нежным. – До тебя.

Лира не нашла слов. Вместо них она обняла его, игнорируя, как он напрягся. Постепенно его дыхание совпало с её, а браслет на её запястье и осколок на его шее засветились в унисон, сплетая сияние в единый круг – разбитую луну, жаждущую стать целой.

– Она бы тебя возненавидела, – внезапно сказал он, когда история закончилась. – Ты… слишком похожа.

– Значит, я могу разозлить её призрак? – Лира ухмыльнулась. – Отлично! Устроим спиритический сеанс с попкорном.

Он фыркнул. Смех вышел хриплым, но это был смех.

На рассвете они нашли руины – полуразрушенный храм, поглощённый болотом. На стенах сохранились фрески: пантеры, танцующие под луной, и волки, склонившие головы перед алтарём.

– Здесь был союз, – прошептал Рейден, касаясь изображения. – Прежде чем Каин всё разрушил.

– Значит, можно восстановить, – Лира вскочила на обломок колонны, размахивая палкой как мечом. – Мы найдём его слабость. Может, он боится бабочек? Или плохих каламбуров?

– Его слабость – ты, – неожиданно сказал Рейден. – Потому что ты…

Он замолчал, но в его взгляде читалось то, что он не решался произнести: Ты напоминаешь ему, что даже в самой густой тьме остаётся место для света.

Лира прыгнула вниз, нарочно шлёпнувшись в лужу. Брызги обрызгали Рейдена, и он нахмурился, но в его глазах искрилась та самая искра – упрямая, живая.

– Дальше, – она протянула руку. – Покажем этому болоту, кто тут главный по прыжкам через топи!

Он взял её ладонь. И даже сквозь грязь и усталость их пальцы сплелись так, будто всегда должны были быть вместе.

4.3 Никогда не дразни Альфу

Рейден выпрямился, ощущая, как сила возвращается в мышцы волнами – сначала едва заметными, как дрожь от прикосновения ветра, а потом всё ярче, словно кровь в его жилах замещалась жидким серебром лунной магии. Его тень-пантера, до этого едва различимая, будто туман на рассвете, ожила: мех заискрился звёздной пылью, а глаза вспыхнули ядовито-зелёным, как два сколотых изумруда. Призрак зверя обвил плечи Лиры, коснувшись мордой её виска, и та замерла, чувствуя, как холодок магии пробегает по коже.

– Эй, это нечестно! – она фыркнула, но не отстранилась. – Твоя тень пытается меня подкупить.

– Она чувствует родственную душу, – голос Рейдена звучал глубже, увереннее. Он повернул ладонь вверх, и тень-пантера прыгнула на неё, превратившись в клубящийся дым с горящими глазами. – Беспорядок в мыслях, упрямство… Да, вы очень похожи.

Лира скривилась, подбирая с земли комок грязи. Браслет на её запястье вспыхнул в ответ, и болотная жижа застыла в воздухе, приняв форму идеальной сферы.

– Готов к урокам, Бэтмен? – она щёлкнула пальцами, и шар начал вращаться, обрастая ледяными шипами. – Первое правило: никогда не поворачивайся спиной к противнику с хорошим чувством юмора.

Рейден вздохнул, но уголки его губ дёрнулись. Тень-пантера заурчала, как динамо-машина, заряжаясь его азартом.

– Если перестанешь называть меня Бэтменом, – он сделал шаг в сторону, и тень мгновенно отразила движение, создав иллюзию трёх фигур. – Я научу тебя читать следы лунного ветра.

– Ни за что, – Лира швырнула грязевой снаряд. – Это имя теперь твоё официальное прозвище. Как в комиксах!

Он уклонился с грацией, которой позавидовала бы сама пантера. Шар врезался в дерево, и ствол мгновенно покрылся инеем, словно зимний мороз решил навестить болото. Рейден взмахнул рукой – тень-призрак прыгнула вперёд, разбив лёд ударом невесомой лапы.

– Ты используешь эмоции вместо стратегии, – он приблизился, и Лира почувствовала, как магия вокруг них сгустилась, словно воздух перед грозой. – Это опасно.

– Зато весело! – она прыгнула на валун, намеренно потеряв равновесие. Рейден инстинктивно шагнул вперёд, чтобы подхватить её, но она ловко перекатилась, запустив второй шар ему за спину. – Правило два: всегда имей запасную грязь!

Он не стал уворачиваться. Вместо этого тень-пантера поглотила снаряд, превратив его в дождь сверкающих кристаллов. Они упали на землю, звеня, как хрустальные колокольчики, и Лира засмеялась, подхватив один из осколков.

– Смотри! Теперь у меня есть волшебная заколка, – она воткнула кристалл в свои спутанные волосы. – Годится для бала злых волшебников?

И тогда он рассмеялся. По-настоящему. Звук, грубый от долгого молчания, вырвался из его груди, эхом отразившись в руинах храма. Лира замерла, словно боясь спугнуть этот момент. Даже тень-пантера затихла, уставившись на него с кошачьим любопытством.

– Ты… – он попытался сдержаться, но смех прорвался снова, глубже, свободнее. – Ты невыносима.

– Зато ты наконец ожил, – она подмигнула, подбрасывая в воздух ещё один кристалл. – Думала, твои эмоции заморожены вместе с этим болотом.

Он не ответил. Вместо этого тень-пантера внезапно обвила её талию, подняв в воздух. Лира вскрикнула от неожиданности, но Рейден лишь ухмыльнулся, управляя призраком жестом пальцев:

– Урок третий: никогда не дразни Альфу!

Глава 5: Уроки магии

Рейден шагал по болоту с грацией, заставлявшей задуматься – то ли он потомок эльфийских танцоров, то ли болотный дух, рождённый из тумана. Каждый его шаг был точен, как удар метронома: он обходил лужи, будто читал невидимую карту, сплетённую из лунных бликов и корней. Его плащ, чёрный и тяжелый от сырости, развевался за спиной театральным шлейфом, словно он играл роль трагического героя в спектакле под названием «Бесконечная Грязь». Лира, плетущаяся следом, чувствовала себя статисткой, которой досталась роль утки в этом абсурдном представлении. Её обувь с каждым шагом чавкали громче, вытаскивая из трясины целые комья тины, а плащ – подарок «любезного» болота – тянул вниз, как рука утопленника.

– Эй, Снежная Королева! – крикнула она, выдёргивая ногу из очередной ловушки с таким усилием, что чуть не шлёпнулась на спину. Кроссовок вырвался с громким чпоком, отправив брызги грязи прямиком в её волосы. – Может, сбавишь скорость? Я тут больше похожа на утку, которую заставили бежать марафон в ластах! Или ты решил, что грязевая маска – обязательный этап моего «посвящения»?

Рейден обернулся, и на его обычно каменном лице мелькнула эмоция – что-то среднее между раздражением и искоркой смеха. Его глаза, холодные, как озёрный лёд в полнолуние, на мгновение смягчились, отразив блик солнца, пробившегося сквозь чащу.

– Если будешь крякать громче, волки найдут нас раньше, чем ты выберешься из своей первой лужи, – произнёс он, но в уголках его губ заплясала тень улыбки. – Хотя… твои носки, наверное, уже могут их отпугнуть.

Лира фыркнула, вытирая грязью лоб так энергично, что оставила полосу, похожую на боевой раскрас индейца.

– Волки? Ха! Пусть попробуют! Я их угощу своими носками и твоими шутками. После этого они побегут в свой лесной спа-салон отмываться от впечатлений! – Она махнула рукой, сбив с ветки странное существо, похожее на помесь летучей мыши и огурца. Тот с писком упал в воду, оставив после себя радужный пузырь.

Рейден не выдержал – короткий хохоток вырвался у него, словно прорвав плотину сдержанности. Его тень-пантера, обычно величественно выгибавшая спину, вдруг сжалась в пушистый комок у его ног, издавая звуки, похожие на кошачье мурлыканье. Даже её ядовито-зелёные глаза сузились от забавы.

– Что с ней? – Лира указала на тень, пока существо из лужи пыталось утащить её шарф. – Она что, смеётся?

– Она… ценит твой уникальный талант превращать опасность в фарс, – Рейден наклонился, чтобы поднять упавшую ветку, и его плащ скользнул по воде, оставив за собой серебристый след. – Но, если ты продолжишь шутить, нам понадобится не магия, а ухохотавшийся медведь в качестве защиты.