Аурелия Шедоу – Смех сквозь когти (страница 1)

Аурелия Шедоу

Смех сквозь когти

Пролог: «День, когда Вселенная решила, что я – её любимая шутка»

Если бы мне сказали, что сегодняшний день войдет в историю как «Великий крах Лиры Нольд», я бы расхохоталась. Но, как обычно, жизнь превзошла все ожидания.

Начнем с того, что мой бойфренд – теперь уже бывший – решил расстаться со мной через смс. В пять утра. Со словами: «Ты слишком… солнечная». Солнечная. Вот так, без предупреждения, я превратилась в человеческий аналог лампы дневного света. Спасибо, Джейк. Надеюсь, твоя новая девушка светится в темноте, как медуза.

Я натянула носки с котиками-космонавтами – пусть хотя бы ноги верят, что мы где-то летим, – и рванула на работу. Только вот работа… исчезла. Буквально. Дверь офиса была заколочена досками, а на них красовалась записка: «Ищем сотрудника без привычки называть босса «корпоративным зомби». Ну, хоть честно.

Дождь начался ровно в тот момент, когда я вышла на улицу. Не тот милый дождик, под который крутят романтичные саундтреки, а ливень, будто небо решило смыть меня в канализацию. И почти получилось. Белый мерседес с тонированными стеклами пронесся мимо, окатив меня волной грязи. Я стояла, разглядывая узор на кофте: идеальное коричневое сердце. «Спасибо, – прошипела я луже, – ты хотя бы эстетичнее, чем Джейк».

И тут упал браслет. Бабушкин. Старый, потрескавшийся, с гравировкой в виде лунных фаз. «Не теряй, дурында, – ворчала она, – он… э-э… от сглаза!». Я потянулась за ним, и вдруг – пальцы обожгло. Браслет дрожал, словно живой, а лужа под ним… светилась. Фиолетовым. Не мягким сиреневым, а ядовитым, как из аниме про демонов.

«Опа, – прошептала я, – или я наконец сошла с ума, или бабуля была не из тех, кто вяжет носки».

Земля ушла из-под ног. Не метафорически. Буквально. Асфальт расползся, как шоколадный мусс, и я провалилась в черноту. Падение длилось вечность. Ветер выл, браслет звенел, а я… смеялась. Истерично, громко, до слез. Потому что иначе пришлось бы кричать.

«Вот и все, Лира, – подумала я, – тебя слили, уволили, облили грязью, а теперь и земля тебя съела. Браво. Где моя номинация на «Жертву года»?».

Тьма расступилась. Я приземлилась на четыре лапы. Мягко, как кошка. Только вот лапы были… черные. Пушистые. С когтями.

«ЧТО. ЗА. ХРЕНЬ».

Глава 1: «Новые лапы и старые проблемы»

Если бы мне сказали, что смерть похожа на падение в гигантскую кофемашину, я бы не поверила. Но сейчас, летя в кромешной тьме с ветром, вырывающим из горла смех и матерные слова, я думала именно об этом. Кофемашина, правда, была бы милее. Хотя бы пахло кофе. Или ромом. Или чем угодно, кроме этой вони сырости и металла, будто я нырнула в легкие старого паровоза.

Приземлилась на четыре лапы. Мягко, как кошка, которой приспичило поиграть в супергероя. Только вот лапы эти были… чужие. Черные, пушистые, с когтями, блестящими, будто их покрыли лаком «Ночь на болоте». Я потрогала одну подушечку – она дрогнула, словно живая. Отвратительно. Завораживающе.

«Что за…» – начала я, но вместо голоса услышала рычание. Низкое, горловое. От него по спине побежали мурашки. Мои мурашки. По моей шерсти.

Я замерла. Где-то вдали завыл ветер, и лес ответил ему шелестом тысяч голосов. Нет, не лес – это место напоминало пародию на природу. Деревья росли вверх корнями, словно их выдернули из земли и воткнули обратно наоборот. Листья светились синим, как неоновая вывеска «Открыто», а вместо птиц в ветвях копошились тени с глазами. Много глаз. Сотни. Они следили за мной, мигая, как гирлянды на ёлке психопата.

«Отлично, Лира Нольд, – подумала я, вертя головой. – Ты в сказке. Только без фей, тыкв-карет и прочей мишуры. Зато с говорящими тараканами, наверное… Хотя, черт, лучше бы тараканы. Они хотя бы предсказуемы».

Тараканов не было. Зато был он.

Из-за ствола, шире моего бывшего дивана, вышел… Ну, я бы сказала «мужчина», но это было бы как назвать ураган «ветерком». Два метра ростом, если не больше. Кожа – бледная, будто его выкрасили в цвет лунного света. Волосы – черные, с серебряными прядями, словно кто-то пролил на них ртуть. А глаза… Боже, глаза. Ядовито-зеленые, светящиеся, как два сигнала светофора, разрешающих идти нахуй.

Он остановился в трех шагах, скрестив руки на груди. Его плащ – сшитый из шкур, да, я не шучу – шевелился сам по себе, мех на воротнике топорщился, будто живой. За его спиной маячила тень. Нет, не тень – силуэт гигантской пантеры, повторяющий каждое его движение. Ее глаза горели тем же ядовитым светом.

– Ты, – произнес он, и его голос звучал так, будто гравий танцевал танго по моим костям, – та самая ошибка.

Я моргнула. Дважды. Потом посмотрела на свои лапы, на хвост, который нервно подергивался, и выдавила из себя:

– Ошибка? Милый, я не ошибка. Я – гвоздь в твоей изысканной заднице. И, судя по выражению лица, уже засел глубоко.

Его бровь дернулась. Тень за спиной зарычала, но он поднял руку, и рык стих. Пальцы его сжались в кулак – я успела разглядеть шрамы, пересекавшие костяшки, будто кто-то играл в крестики-нолики его кожей.

– Меня зовут Рейден, – сказал он, делая шаг ближе. Сапоги глухо стукнули о землю. – А ты обречена.

– Обречена на что? На успех? – я махнула хвостом, сбив с ближайшего куста что-то похожее на светящийся пончик. Тот упал с тихим плюхом, расплываясь синей лужей. – Уже привыкла. В моем резюме есть пункт „профессиональный разрушитель планов“. Хочешь посмотреть? У меня даже сертификат где-то… – Я потянулась к карману, но наткнулась на шерсть. Черт, да у меня даже штанов нет. Только эта… шкура? Мех? Что вообще на мне надето?

Рейден наклонился, и я почувствовала запах – дождь, пепел и что-то сладкое, как корица. Его глаза сузились, выхватывая детали: дрожь в лапах, светящийся браслет на запястье, нервный взмах хвоста.

– Твой браслет, – прошипел он, указывая на мою… лапу? Запястье? Конечность? – Откуда он?

Я посмотрела вниз. Бабушкин браслет все еще был на месте, но теперь он светился. Тускло, как сломанная гирлянда. Гравировка лунных фаз пульсировала, будто дышала.

–Подарок от бабули. Хочешь такой же? Могу дать номер ее экстрасенса. Только предупреждаю: она мертва. Но это не мешает ей являться во сне и критиковать мой выбор носков.

Рейден выпрямился. В его взгляде мелькнуло что-то… знакомое? Нет, показалось. Или нет? Он отвернулся, резко, словно мои слова обожгли.

– Он не твой, – проворчал он, сжимая рукоять кинжала на поясе. – И ты не принадлежишь этому миру.

– О, спасибо, Капитан Очевидность! – я закатила глаза. – А я-то думала, что корни на деревьях – это новый тренд ландшафтного дизайна. Или тут все такие… оригинальные? – Я махнула хвостом в сторону теней с глазами. Одна из них мигнула мне в ответ.

Он развернулся и двинулся прочь, бросив через плечо:

– Иди. Пока они не нашли тебя.

– Они? – я ринулась за ним, спотыкаясь о собственный хвост. Черт, как этим вообще пользоваться? – Кто они? Твои бывшие? Потому что, знаешь, у меня тоже был парень с тараканами в голове… Нет, правда! Он коллекционировал чучела жуков и называл их „мои друзья-антропологи“. А потом оказалось, что он…

Рейден резко остановился. Я врезалась ему в спину. Его плащ оказался мягким, как облако, и пахнул… пеплом. И чем-то еще. Лекарством? Полынью?

– Волки, – сказал он, не оборачиваясь. – И если ты не замолчишь, они найдут нас по твоей болтовне.

– Волки? – я фыркнула, потирая нос. – У меня во дворе живет собака, которая думает, что она волк. Зовут Бублик. Не пугайся, он лижет всех до смерти. Даже почтальона. Тот теперь ходит к нам в бронежилете.

Рейден обернулся. И впервые за весь этот безумный день я увидела почти улыбку. Тень в уголке губ. Мимолетную. Как вспышка молнии.

– Ты либо храбрая, либо глупая.

– О, милый, – я щелкнула когтями у его носа, едва не задев кожу. – Я – идеальный коктейль из обоих. С вишенкой сарказма сверху.

Тень за его спиной зарычала, но Рейден махнул рукой, и она растворилась, будто дым. Его глаза сузились:

– Иди. И если хочешь жить, научись пользоваться когтями. Или… – он бросил взгляд на мой хвост, – хвостом.

– А если я предпочитаю вилки? – крикнула я ему вдогонку, но он уже исчез между деревьями, слившись с тенями. – Ну ладно. Вилки – потом. Сначала… как выйти из тела пантеры?

Ответа не было. Только ветер шептал в перевернутых кронах, перебирая корни, как струны арфы: «Добро пожаловать в ад, солнышко…»

Я вздохнула. Шагнула – лапы подчинились, будто всегда были моими. Странно. Страшно. Забавно.

–Ладно, Лира, – прошептала я, подбирая светящийся «пончик» с земли. Он дрожал, как желе. – Раз уж ты здесь… Давай устроим шоу.

И сунула гриб в рот. На вкус – как попкорн со светлячками.

Визуализация Рейдена

Визуализация Лиры

Глава 2: «Уроки выживания и грибные галлюцинации»

Светящийся гриб оказался… интересным. Сначала во рту вспыхнул вкус попкорна, посыпанного сахарной пудрой. Потом язык защекотали пузырьки, будто я лизнула батарейку. А потом мир взорвался.

Деревья закачались, распевая хором что-то на языке, похожем на смесь китайского и криков чаек. Их корни вырвались из земли, извиваясь в такт музыке, которой не существовало. Тени с глазами замигали, как стробоскопы в ночном клубе, а воздух наполнился запахом жженой карамели.

«Охренеть, – подумала я, глядя на свои лапы, которые теперь переливались всеми цветами радуги. – Бабуля говорила: «Не ешь грибы с поляны». Но она не предупредила, что они будут такими… необычными».