Ася Соболева – Луна осветит реку (страница 5)

Я жаждал отмщения, жаждал вернуть ее себе, кровному наследнику этой реликвии, но еще больше мне хотелось прояснить ее историю, которая была мне совершенно непонятна. А спросить было уже не у кого.

Поиски я должен начать с самого крупного города Каедеса – Диврета. Многие поколения моей семьи жили здесь, пока мои родители не переехали в маленькую деревушку на южном берегу океана. Но потом моих родителей убили за эту семейную реликвию. Пришли… люди, требующие ее отдать им, но на тот момент она уже была украдена. Я чудом спасся, а вот мои родители – нет. Хотя бы ради них я должен вернуть ее и понять, в чем такая ценность, что за ней охотится столько людей.

Родственников у меня осталось немного, и все относительно молодые, поэтому могут и не знать об этой реликвии, однако стоило попытаться начать поиски хотя бы с этого.

Чтобы убедиться, что они еще живы и узнать, где живут, я взял мамину телефонную книжку и нашел там телефон ее сестры, которая жила в Диврете. Насколько я знал, она была не намного старше меня, лет на пять. А мне было двадцать шесть. На кухне висел проводной телефон. Я набрал номер, приложив трубку к уху, и стал ждать. Сначала мне долго не отвечали, и я уже было подумал, что так и не ответят, но вскоре все же подняли трубку. Ответил приятный женский, точнее, я бы даже сказал, девичий голос:

– Добрый день, дом семьи Дэллет.

Дэллет – фамилия моей мамы и ее сестры. Моей отец взял фамилию моей мамы, и, кажется, то же самое сделал муж моей тети. Фамилия была небезызвестна в истории, о чем говорит хотя бы принадлежность нам той ценной реликвии, которую я ищу.

– Мое имя Кириан Дэллет, я племянник Августы Дэллет. - Так звали мою тетю.

– Я няня ее детей, Августы пока нет дома, – ответила девушка на том конце провода. – Я могу что-то ей передать?

– Мы давно не виделись с ней, я бы хотел зайти в гости.

– Думаю, вы можете зайти сегодня вечером, после шести часов. Надеюсь, вас устроит. Я передам Августе. Записывайте адрес: улица…

– Спасибо, – сказал я, записав адрес в телефонную книжку мамы, и повесил трубку.

Что ж, даже если я не узнаю ничего про реликвию, хотя бы повидаюсь с родственницей, которую видел последний раз на похоронах родителей, а до этого не видел лет пятнадцать.

Я вернулся в свою комнату и достал из сумки приличную одежду, чтобы пойти в гости – черную рубашку и брюки. Утюга здесь, судя по всему, не было, поэтому я повесил их на вешалку, чтобы за пол дня успели разгладиться. Мне нужно было что-то поесть. Пока я ехал сюда практически через весь остров, съел лишь булочку с чаем, а сегодня утром кофе. С таким питанием долго не протянешь, поэтому я сунул кошелек в карман и пошел в ближайший магазин. От родителей мне досталось все их состояние, это были огромные деньги. Почему я решил снять комнату, когда мог позволить снять себе хорошую квартиру? Все просто, мне нужны были люди, от которых я мог узнать что-нибудь полезное, и ко всему прочему, я не чувствовал себя достойным тратить деньги на собственный комфорт, потому сгодилось и такое жилье.

Моя семья была достаточно богатой, на юге у меня остался большой дом, где мы жили. Но за те почти полтора года, с момента как не стало моих родителей, я его запустил, поэтому везде, кроме моей спальни, кухни и ванной вся мебель и полы были покрыты толстым слоем пыли.

По образованию я был астрономом, у меня были весьма обширные знания в этой сфере, я проучился в институте пять лет и даже подумывал продолжить развиваться в науке по этой специальности, но судьба распорядилась иначе, и какое-то время я просто преподавал астрономию в школе, а когда не стало моих родителей, ушел с этой работы.

Я бродил между полок магазина, внезапно задумавшись, почему выбрал именно эту специальность. Меня с детства привлекал космос. Я не мечтал стать космонавтом, как многие дети, и тем не менее звезды и планеты интересовали меня больше, чем что-либо другое.

Я положил в корзину для покупок бутылку молока, десяток яиц и картошки. Признаться, я отлично готовил несмотря на то, что все мое детство на нашей кухне работали повара. Но сейчас у меня не было настроя готовить сложные изысканные блюда.

Мое состояние было словно ожиданием, но я не понимал, чего ждал. Последние несколько лет от меня не уходило чувство, будто я – не я. Словно я существую, а чтобы жить, мне нужно что-то сделать.

Смерть родителей немало повлияла на меня, и тем не менее я уже давно свыкся с этой мыслью, а ощущение простого бессмысленного существования не покидало меня.

Мне было некому высказаться. У меня не было ни девушки, ни друзей. Чтобы как-то справляться с периодами апатии, я занимал себя двумя вещами. Первая – я изготавливал ювелирные украшения на заказ, в основном с лунным камнем. У моих родителей был большой ящик этих камней, поэтому я делал серьги, кольца и кулоны с этими камнями, запас которых был огромен. Зачем-то я и сюда с собой взял мешочек с ними.

Второе, что меня спасало от тоски и уныния – спорт. Я бегал и укреплял мышцы упражнениями, что здорово спасало меня от ужасных мыслей, и благодаря этому я имел красивое накаченное тело, что при моем высоком росте наверняка смотрелось привлекательно в глазах многих девушек, но мне не было до них дела. Один раз я уже полюбил, и больше не собирался, чтобы мое сердце и безопасность не порушились вновь.

Глава 6. Кириан

Я стоял перед неплохим частным домом. Не старинный особняк, какой был у нас, а современный, не примечательный чем-то особенным внешне, двухэтажный дом за высоким железным забором.

Я нажал на звонок, и через минуту калитку мне открыла девушка, с которой, судя по всему, я говорил по телефону. На вид ей было лет восемнадцать, не больше. Белые с золотистым оттенком волосы были заплетены в косу, глаза ярко накрашены чёрным, одета в синюю широкую кофту, заправленную в чёрную короткую юбку.

– Вы Кириан Дэллет? – уточнила она, внимательно рассматривая меня.

– Да.

– Пройдемте.

Она проводила меня в дом, к которому от калитки вела дорожка из светлой плитки. По ее краям росли аккуратно выстриженные деревья, а за ними в глубине сада виднелись беседка и деревянные качели.

Внутри дом был таким же, как и снаружи. Простым, но уютным. Девушка проводила меня в просторную гостиную, которая граничила с кухней и лестницей, ведущей на второй этаж.

– Августа еще не пришла. Могу предложить чай.

– Благодарю, – кивнул я.

Она ушла на кухню, а я сел на мягкий большой диван, накрытый покрывалом в цветочек, рядом с девочкой, которая рисовала что-то на листе бумаги.

Няня быстро принесла мне кружку черного чая, сев рядом. Вместе с ней с кухни вышел мальчик, держащий в руках плюшевого кота.

Я отхлебнул горячий чай и, наконец, понял, что я так и не спросил имя няни.

– Как вас зовут?

– Алиса.

Дочь моей тети закончила рисунок и показала его Алисе. Казалось, девочку совсем не смущало мое присутствие, хоть мы и виделись первый раз.

– Ухты, как красиво! – воскликнула Алиса. На рисунке было ночное синие небо со звездами и полумесяцем. Для ребенка пяти лет действительно было нарисовано красиво.

– Вы же не знакомы друг с другом? – спросила у меня Алиса, имея в виду детей.

– Нет.

– Поняла. Зайки, – обратилась она ласково к детям. – Познакомьтесь, это ваш двоюродный брат, Кириан.

Я понятия не имел, как обращаться с детьми, но они мне радостно улыбались, и я ответил им тем же, хотя мне казалось, искренней улыбки уже давно не было на моем лице.

– Я покажу Кириану другие мои рисунки, – подскочила моя кузина и побежала наверх по лестнице.

– А почему ты к нам раньше не приходил? – спросил кузен с менее выявленным энтузиазмом.

– Я жил в другом городе, – ответил я.

Он был менее активным, чем кузина, которая тут же прибежала вниз с пачкой рисунков.

Мне казалось, обычно дети рисовали цветы, домики, животных и свою семью. У нее же почти все рисунки были пейзажами, и около половины – ночь. Надо сказать, луна на рисунках у нее получалось достаточно хорошо. Это был не просто белый круг, означающий луну, а разные ее фазы с разными оттенками на каждом рисунке, с горами, тенями и облаками.

– Это очень… – я не знал, как сделать комплимент ребенку. – Очень красиво.

– Спасибо. Я пойду к себе в комнату и нарисую тебе что-нибудь, – сказала радостная кузина, сгребла в охапку все карандаши со стола и побежала наверх. Кузен же переместился на пол, застеленный узорчатым ковром, и теперь играл с деревянными игрушками.

– Вы откуда приехали? – поинтересовалась Алиса.

– С юга, с маленькой деревни, – коротко ответил я. У Алисы были заметные синяки под глазами, что складывалось ощущение, будто по ночам она не спала. Мне стало интересно, чем она занималась помимо этой работы, и почему у нее такой усталый вид и печаль в глазах, которую было сложно заметить за веселой маской, оказывавшейся на ее лице перед детьми.

Но я не спросил, я запретил себе это делать.

Никаких личных интересов, никаких сближений.

Хотя Алиса и сама смотрела на меня с интересом.

Как бы мне ни было плохо внутри, я старался выглядеть хорошо хотя бы внешне. Моя кожа была бледной, хотя скорее, нездорового бледного оттенка. На нижней части лица была трехдневная темная щетина. Мои черные волосы, доходившие до лопаток, я собрал в небрежный пучок на макушке. Рубашка хоть и была немного мятой, это было незаметно, поскольку она обтягивала мои крепкие мышцы.