Ася Мори – А я тебя больше нет (страница 14)
– Спокойной ночи, мамочка, – хором отзываются дети.
Я на ватных ногах выхожу из детской, осторожно притворив за собой дверь, а сотни вопросов так и остаются без ответов…
23:49
Дьявольские цифры.
Снова.
Цифры, напоминающие мне о собственном бессилии и слабости.
Ужин я готовить не стала. Ради чего? Чтобы Кир, как в прошлый раз, буркнул пьяно что-то вроде «я не голоден»?
Нет уж, извольте! В ресторане – так в ресторане.
Потеряв всякую надежду увидеть мужа раньше полуночи, я разочарованно бреду в душ. Смываю с лица остатки макияжа и неторопливо расплетаю косу. На фоне ярких, от природы рыжих волос мое лицо кажется бледным… как бумага. Струящийся из-под потолка свет придает коже болезненную прозрачность. Стресс мне определенно противопоказан – я начинаю походить на призрака, тень себя прежней…
Скидываю шелковый халатик и становлюсь под горячую воду. Тщательно промываю волосы профессиональным шампунем, наношу маску для блестящих локонов. Подождав положенные пять минут, я мягкими движениями массирую тело сахарным фруктовым скрабом.
Порадовав себя рядом приятных процедур, накидываю халат на разгоряченное тело. Напевая себе под нос какую-то незамысловатую мелодию, выхожу из ванной и замираю…
В полной темноте могу разглядеть неподвижную тень…
Кирилл…
Широкоплечий силуэт бросается в глаза. Он сидит в кресле. Вызывающе, расслабленно. Его голова откинута назад, упирается в спинку. Глаза сверкают хищным блеском, прожигая во мне дыру. Этот дьявольский взгляд мне почти не знаком…
Галстук полуспущен, болтается, наполовину соскользнув с воротника черной рубашки. Рельефные руки вальяжно покоятся на подлокотниках. Пальцы отбивают четкий ритм. Ноги расставлены широко. Все его нутро пронизано стальным напряжением.
– Рина, встань на колени, – хрипло повелевает мой мужчина.
– Что?..
Его слова не сразу доходят до сознания. Кожа пылает после горячего душа. Сердце непроизвольно ускоряет ритм.
От Кира исходит что-то пугающее. Холодное и властное.
Другая аура… Другой Кир…
– Встань на колени, родная, и возьми меня в рот…
Пряжка ремня щелкает с металлическим звуком.
– Кир, ты…
– Просто. Сделай. Это. Ри. Возьми мой член в рот.
Он резко стягивает ремень и ловко швыряет его на кровать. Звук расстегиваемой молнии говорит о реальности всего происходящего.
Еще секунда – и его ладонь обхватывает большой возбужденный член.
– Иди сюда, моя хорошая… – обволакивающий голос обманчиво спокоен.
Внутри все пульсирует, огонь струится по венам, но это не потому, что я хочу… Мне страшно и неуютно одномоментно. Будто передо мной сидит не мой муж, а незнакомец, на лице которого я узнаю каждую морщинку и родинку.
Сглатываю вязкую слюну и подхожу ближе. К Киру… к моему незнакомцу. Колени сами подгибаются – и я уже перед ним. Перед любимым. Впервые вот так…
Где-то внутри себя слышу слабое: «Ты пожалеешь…».
В глаза его наглые смотрю. Они пылают дикой похотью и неизведанной мной жестокостью. Будто он хочет меня наказать… Вот только за что? Его рука медленно скользит вверх-вниз. Даже в полумраке я замечаю, насколько он сегодня тверд. Уже…
Глаза в глаза.
Останавливаю его прикосновением и перехватываю инициативу. Делаю несколько движений ладонью, убеждаясь, что он достаточно возбужден, и опускаюсь на него ртом.
– Бл*ть… – выдыхает Кирилл сквозь стиснутые зубы.
Его ладонь ложится на мою голову, надавливает и направляет.
Вбираю ствол глубже, провожу языком до самого основания. Скольжу по всей длине, дразня и играя. Снова насаживаюсь, ощущая его пульсацию. Когда хочу…
Резкий рывок.
Он грубо сжимает мои волосы в кулак и тянет назад. Вспышка боли пронзает виски. Затем с силой придвигает ближе, насаживает глубже…
– Жестче! – срывается на рык.
– Кир! – испуганно выдыхая, машинально отстраняюсь и упираюсь рукой в пол.
– Неужели так сложно нормально отсосать? – его голос напитывается сталью и злостью.
Он отталкивает меня, будто я не любимая жена, а какая-то маловажная вещь. Резко встает с кресла и мотает головой несколько раз, будто пытается что-то скинуть с себя. Делает шаг в сторону ванной, но даже этот шаг дается ему с трудом. Пошатывается, пытаясь поймать равновесие с явным усердием.
И только сейчас я осознаю, что он сильно пьян. Он, мать его, пьян!
Зрачки мутные, неестественно расширенные.
Он не просто под действием алкоголя – он оторван от реальности.
Раздраженно срывает с себя рубашку, бросает ее на кровать, разворачивается и уходит. Дверь захлопывается с глухим ударом.
Я остаюсь одна.
В темноте. На холодном полу.
Не дышу, сдерживая потоки слез.
Горло стянуто солоноватой обидой и вязким горьким пониманием…
Глава 9 Марина
Веки распахиваются. Между ног непозволительно влажно. Пылающий огонь возбуждения охватывает пламенем бедра и живот. Соски и шею покалывает приятным холодком. Ребра пульсируют. Пальцами сминаю простыни – и с губ срывается пронзительный стон.
Мой клитор в плену горячих настойчивых губ. Умелые круговые движения доводят меня до исступления. Все тело плавится воздушным зефиром и вот-вот сгорит от наслаждения.
Обида никуда не исчезла, но тело непослушно подчиняется своему хозяину.
– Ммм… Кир… – не выдерживаю и глухо вскрикиваю.
Лихорадочные мурашки проносятся от корней волос до кончиков пальцев, сладкое удовольствие патокой растекается по телу, наслаждение заглушает голос рассудка. Даю себе буквально минуту, чтобы отдышаться и подготовиться к монологу раскаяния.
«Все было совсем не так, как казалось со стороны». Я знаю. Я прекрасно знаю, что он будет давить на жалость.
Удовлетворенный реакцией моего тела, мой плохой хищник тянется за поцелуем, но я успеваю увернуться и подставить шею. Кир чуть прикусывает тонкую кожу – в том месте, где пульсирует венка.
– Марин… прости, любимая… – теплое дыхание ласкает мою кожу.
Я почти… почти готова сдаться, но не могу позволить себе такую роскошь. Простишь раз – будешь прощать вечно.
– Спасибо за оргазм, но я не хочу с тобой разговаривать, – деловито отрезаю и, толкнув мужа в каменную грудь, встаю с кровати.
Ноги дрожат, пропуская через себя остаточное удовольствие, но я, гордо виляя бедрами, бодрым шагом направляюсь в ванную. Не даю мужу даже на секунду помыслить, что спущу на тормоза его ночную выходку и гадкое поведение!
Нет, нет и еще раз нет!
За спиной – шорох и твердые шаги. В зеркале отражаются тени и черные круги под глазами. Щетина на скулах, которая ничуть не помешала доставить мне удовольствие несколько минут назад.
– Рина, давай поговорим? – хрипло.