Ашимов И.А. – Здравоцентризм: Новая парадигма клинического мышления (Курс проблемных семинаров) (страница 1)

Ашимов И.А.

Здравоцентризм: Новая парадигма клинического мышления (Курс проблемных семинаров)

Введение.

Данный цикл проблемных семинаров является ключевым образовательным вектором Виртуального Института Человека. В эпоху тотальной технизации медицинских услуг Институт ставит своей целью возвращение субъектности пациенту и смысловой глубины – врачебной деятельности. Мы рассматриваем медицину не просто как технологию, но как сложный психо-био-социальный феномен, требующий глубокой философской рефлексии.

Особенностью предлагаемых материалов является их наглядность и доказательность. Автор опирается не только на сухие академические выкладки, но и на уникальный врачебный и исследовательский опыт, накопленный за годы клинической практики и научной работы, а также литературные нарративы, которые служат экзистенциальными моделями для анализа сложнейших этических ситуаций, с которыми сталкивается современный медик.

Ключевые аспекты семинаров: во-первых, обоснование приоритета «здравоцентризма» над традиционным патоцентризмом в рамках смены парадигм; во-вторых, анализ духовного уровня человека как неотъемлемого фактора биологического здоровья в аспекте единства природы; в-третьих, повышение интеллектуальная зоркости – формирование навыков философского осмысления медицинской реальности; в-четвертых, в целях соблюдения техно-гуманитарного баланса поиск границ между эффективностью медицинских аппаратов и интуицией человеческого духа.

Проблемный семинар №1.

Центральный дискурс: Философия медицины в эпоху научно-технического прогресса: от патоцентризма к здравоцентризму.

Задачи: Сформировать у слушателей представление о медицине как о сложном психо-био-социальном феномене, обосновать необходимость философского осмысления медицинской реальности для преодоления гуманитарного кризиса и раскрыть роль «врача-философа» в условиях стремительного научно-технического прогресса.

Контексты: В.П.Кондратьев пишет: – «В качестве объекта медицины человек выступает, прежде всего, как особый биологический вид, характеризующийся своей специфической природой – наличие в ней наряду с телесным духовного уровня и сущностное единство духовного и телесного». В этом аспекте, предметное поле медицины – это человек, рассматриваемый сквозь призму полярных и диалектически взаимосвязанных категорий здоровья и болезни.

Как известно, в медицинской реальности можно выделить две относительно обособленные составляющие: во-первых, конкретные состояния человека, охватываемые полем зрения медицины, и меры медицинского воздействия на них: здоровье, болезнь (и ее проявления), лечение, исцеление, смерть и т.п. (эмпирическая составляющая); во-вторых, медицинские взгляды, знания разного рода и базирующиеся на них медицинские теории (идеальная составляющая).

Медицинская реальность такова, что в историческом аспекте возможности медицины расширяются. Если до начала ХХ в. смерть находилась фактически за пределами медицинской реальности, являясь преимущественно сферой компетенции Церкви, то успехи современной реаниматологии, существенно изменили положение, превратив умирание и смерть в медицинскую проблему. С развитием методов жизнеподдерживающего лечения, возникшая в связи с ними проблема эвтаназии превратила медицинскую проблему в медико-социальную проблему. Такая тенденция является предметом наших специальных исследований и отражены в 3-томной монографии, а также в научно-фантастическом романе «Биовзлом».

Существуют раздичные тенденции в восприятии образа той или иной медицинской реальности. В частности, в западной медицинской традиции приоритетное внимание уделяется болезни, а не здоровью, что предопределяет в ней доминирование лечебного дела и патологии над методами поддержания устойчивого здоровья. В то же время, восточная медицина, напротив, отличается глубоким и развернутым пониманием здоровья, наличием различных средств его сохранения. Вот так, по В.П.Кондратьеву, придаваемым категории здоровья значением предопределяется в целом профилактический или лечебный по преимуществу характер данной конкретной медицинской реальности.

Итак, характерные черты современного образа медицинской реальности – его плюралистичность и «переломность». Под плюралистичностью здесь понимается многообразие подходов к проблемам болезни и здоровья человека, которое проявляется в сочетании академической и традиционной медицины, восточной и западной традиций, в сочетании светских естественнонаучных и религиозных взглядов на природу болезни и здоровья, и т.п.

В.П.Кондратьеву (2002) под «переломностью» понимает совершающееся в настоящее время радикальное преобразование медицинской реальности одновременно во многих плоскостях, в глубоком пересмотре значения фундаментальных медицинских категорий – «здоровье», «болезнь», «лечение» и т.д. Так, в медицину все в большей степени внедряется технический фактор, а с другой стороны – человеческий, духовный, моральный, личностный фактор. Автор утверждает, что в мире предпринимаются попытки переориентировать медицину с «патоцентристских» установок на «здравоцентристские», а также с исключительно соматических на психосоматические.

Тенденция такова, что медицина развивается по пути все большей специализации знания, но одновременно с этим резко возрастает значимость общемедицинских исследований и теорий. Такое суждение выстроено нами по результатам обощения наших многолетних исследований. В.П.Кондратьев (2002) предлает введение понятия «медицинский космос», как упорядоченное единство неких понятийных «констант» медицины («здоровье», «болезнь», «диагностика», «лечение», «исцеление», «умирание», «смерть»), находящихся в логической взаимосвязи.

Итак, по автору, медицинский космос в отличие от медицинской реальности – это всецело идеальный, теоретический образ. Это скелет, схема, тогда как медицинская реальность – плоть, которой скелет обрастает, воплощение схемы. Образ медицинского космоса предполагает раскрытие его структуры и характеристику его составляющих, важнейшими из которых являются «болезнь» и «здоровье».

Как подчеркивалось мною в предисловии к книге, многие студенты и преподаватели медвузов во все времена и всерьез, задавались вопросом: нужна ли вообще медикам философия? Что она дает врачу? Нельзя ли обойтись без философии? Зачем включать философию в число обязательных медицинских дисциплин? Насколько оправдана необходимость обучать философии целых четыре семестра? Какова роль философии в ликвидации гуманитарного кризиса в медицине?

По мнению Мустафазаде Д.Т.(2014) – врача и философа, негативизм к философии среди студентов и преподавателей медвузов назревал уже в 70-80-е гг. XX в. По нашим наблюдениям, в 90-е гг., когда рухнул СССР, почти повсеместно начали сужать учебные программы по философии. Стало очевидным то, что при таком подходе в медвузе постепенно забудут роль философии для врача, медицине и здравоохранению. В частности, такая тенденция была и в КГМИ, когда в одну кафедру «слили» все общественные дисциплины, а учебную программу по философии сократили до двух семестров.

Так или иначе, начиная с 90-х гг., на наших глазах развивались предпосылки кризиса гуманитарного образования в медвузах всего постсоветского пространства. На рубеже XX-XXI вв. этот кризис наступил и виной тому не только рыночная анархия, экономические провалы, социальная и профессиональная дезадаптация, но и научно-техно-технологический прорыв в обществе.

Хотелось бы подчеркнуть тот факт, что в числе ученых-медиков, озабоченных проблемой гуманитарного кризиса в медицине, были и мы. Понимали, что нужно как-то действовать, что-то предпринять, чтобы ликвидировать предотвратить углубление данного кризиса. Так или иначе нашу научную судьбу определила ситуация в самой науке. Это было время смены методологии и философии науки, психологии и стиля научного поиска, идеалов и норм научного творчества.

В указанных условиях, ученый должен был научится давать быструю и глубокую оценку новым фактам, гипотезам, теориям, концепциям, использовать то существенное новое, что в них заложено и, быть в постоянной готовности к психологической адаптации к новым и сверхновым научным явлениям. Однако, к сожалению, указанные выше проблемы гуманитарного кризиса в научно-медицинском обществе того времени обсуждались вяло, непоследовательно, бессистемно.

В 2001 г. мы впервые обобщили собственный опыт анализа и синтеза философского основания медицины того периода. В этом обстоятельном труде (34 п.л.) по наукометрии медицинской науки рубежа XX-XXI вв. говорилось о том, что в рыночных отношениях важнейшим параметром медицины и здравоохранения является степень развитости рынка медицинских услуг, соответствующий уровень медицинского прагматизма, когда медицинские коллективы и учреждения превращают лечение в поточное массовое производство.

В этом случае, у врачей вырабатываются сугубо профессиональные инстинкты и алгоритмы. А это, безусловно, сопровождается «поломом» личности врача. «Разумеется, тут нет места абстракциям, вольностям суждений, разбросу мнений. Врачи, практикующие подобный «ролевой автоматизм» в профессии, составляют абсолютное большинство реальных врачей, – пишет Мустафазаде Д.Т.(2014).