Ашимов И.А. – Трансплантация тела: Кто я, когда разум просыпается в чужой плоти? (страница 1)
Ашимов И.А.
Трансплантация тела: Кто я, когда разум просыпается в чужой плоти?
Метафизическая вертикаль «Пересотворить человека»
(Вместо предисловия к новому изданию)
Данный труд знаменует собой глубоко осознанное, зрелое возвращение автора к первоистокам своего многолетнего интеллектуального странствия — к новой публикации научно-фантастического романа «Пересотворить человека», осуществляемой спустя более чем десятилетие после его первого выхода в свет под литературным псевдонимом Кара Дабан. Возникшее в 2012 году как самобытное «протофилософское» высказывание, это художественное произведение изначально преследовало масштабную цель, выходящую далеко за привычные рамки традиционной беллетристики или праздной игры воображения на интригующую тему пересадки головного мозга.
Автор рассматривает этот роман как первичный, мощный импульс, который позволил ему нащупать, сформулировать и поставить перед научным сообществом фундаментальные экзистенциальные вопросы о самой возможности радикальной трансформации человеческого существа соматическим путем. Именно на страницах этой работы автор впервые предпринимает дерзкую попытку художественного и философского моделирования смены человеческого сознания, то есть феномена полного переноса уникальной человеческой личности в совершенно новую соматическую оболочку.
Впоследствии эти пионерские идеи и интуитивные прозрения легли в прочный фундамент фундаментальной «Теории трансплантационной этики» (2021) и монументальной трилогии «Моральная философия» (2024), а также послужили основой для создания целого ряда специализированных научных монографий, таких как «Кто где? Я – это он или он – это я?» и сопутствующих трудов.
По сути, перед взыскательным читателем разворачивается целостная, впечатляющая история многолетнего восхождения авторской мысли: от первичных, интуитивных художественных образов к строгой, верифицируемой научной монографии и далее — к масштабным теоретическим построениям в области трансфера сознания и рассмотрения человеческого тела как сложнейшего, комплексного трансплантата, подчиненного головному мозгу.
В этой концептуальной системе координат роман «Пересотворить человека» по праву выступает в роли своеобразного «первичного бульона» смыслов, в недрах которого зародились и оформились ключевые идеи автора. Новое издание концептуально трансформирует этот первоначальный импульс, превращая его из локального литературного опыта в отправную точку масштабного междисциплинарного исследования.
Роман «Пересотворить человека» действительно стал тем благодатным интеллектуальным зерном, из которого со временем выросла целая многомерная ментальная вселенная.Если детально охарактеризовать ключевую мотивацию к переизданию данной книги, то здесь необходимо особо подчеркнуть непреходящую важность, прежде всего, феномена интеллектуальной преемственности.
Автору было принципиально важно наглядно продемонстрировать сложный эволюционный путь развития идеи — от её первоначального художественного вымысла до превращения в строгую, развернутую научную систему «Теории трансплантационной этики». Это напрямую связано с объективной необходимостью актуализации смысловых пластов произведения. Сегодня возникает очевидная, назревшая потребность заново переосмыслить текст четырнадцатилетней давности сквозь призму новейших, ошеломляющих достижений современной нейротрансплантологии, биоэтики и нейробиологии.
Время неумолимо движется вперед, информационные и биомедицинские технологии развиваются гигантскими, стремительными скачками, из-за чего жизненный цикл отдельных концепций и теорий существенно сокращается. В итоге закономерно наступает качественная смена авторской идентичности, выражающаяся в решительном переходе от использования романтического псевдонима (Кара Дабан) к открытому, официальному представлению подлинного имени исследователя. Этот шаг символизирует окончательную интеллектуальную зрелость разработанной концепции.
С другой стороны, сама по себе практика создания так называемого «живого текста» неизменно обладает глубокой притягательностью как для автора, так и для читательской аудитории. Модернизированное издание превращает литературное произведение в интерактивное, пульсирующее интеллектуальное пространство. Это достигается за счет органичного введения развернутых авторских комментариев, актуальных диалогов и острой научной полемики, что делает читателя непосредственным соучастником и соавтором напряженного научного поиска.
Генеральная тема этого переиздания метафорически обозначена как «Метафизическая вертикаль». Она фокусирует магистральное внимание на векторе восхождения человеческого разума от интуитивного, образного познания к строгому рациональному анализу, а также на неразрывной, священной связи между творческим воображением художника и точной логикой ученого. Так или иначе, подобное обозначение глубокой преемственности между прошлым и настоящим изданиями задает уникальный контекст концептуальной «перезагрузки» всего произведения. Оно окончательно трансформирует его из раннего научно-фантастического романа в незыблемый, прочный фундамент современной «Теории трансплантационной этики».
Часть
I
. Пересотворить человека (Научно-фантастический роман)
К читателю
У всякой подлинной истории, у каждой глубокой проблемы и человеческой судьбы, как правило, обнаруживается множество истоков. Земное бытие непрерывно текло, течет и будет устремляться вперед до самого своего финального аккорда — до тех пор, пока окончательно не выгорит наше Солнце или пока всю нашу Галактику без остатка не поглотит ненасытная черная дыра. Однако в этой космической предрешенности очевидно одно: человеческая природа такова, что люди слишком часто остаются слепы и глухи к ментальному наследию и предостережениям своих предков.
Даже если бы мы применили самые изощренные, высокотехнологичные методы искусственного восполнения утраченной памяти, все равно нечто принципиальное — будь то сокровенные знания галактического масштаба, многовековой человеческий опыт или священные заветы дальновидных пращуров — неизбежно окажется преданным забвению. Нам хорошо известно, что даже самое бесценное духовное наследство, дорогие сердцу образы и память о близких безвозвратно стираются в сознании потомков на протяжении жизни всего лишь одного поколения. А ведь в данном случае речь может идти о куда более зловещих и глобальных феноменах человечества, таких как фатальное проклятье непрерывного Круга Зла.
Природа зла по самой своей сути метафизически бесконечна. Но что представляет собой Зло как таковое? В чем коренятся его подлинный смысл и имманентная логика? В свое время Василий Розанов в своей пророческой книге «Апокалипсис нашего времени» высказал потрясающую по своей дерзости мысль: «…Есть в мире какое-то недоразумение, которое, может быть, неясно и самому Богу. В сотворении его “что-то такое произошло”, что было unexpected и для Бога. Что такое произошло — этого от начала мира никто не знает, и этого не знает и не понимает Сам Бог. Бороться или победить это — тоже бессилен Сам Бог. Так и планета наша. Как будто она испугана была чем-то в беременности своей и родила “не по мысли Божьей”, а “по какому-то постороннему испугу”».
В рамках этого сложного, многомерного контекста концепт «Дьявола» можно интерпретировать сквозь призму трех принципиально разных умозрительных моделей: Первая модель: Дьявол как вполне конкретное, персонифицированное существо, которое сознательно и целенаправленно аккумулирует в себе всю несправедливость, порочность и жестокость земного мира. Вторая модель: Дьявол-отступник как мощный, безличный энергетический поток, порожденный коллективным разумом и страстями самих людей; этот поток несёт одним долгожданную свободу, а другим — невыносимую боль и страдания. Подобная концепция Дьявола гораздо сложнее для осмысления и требует от исследователя развитого абстрактного воображения. Третья модель: Дьявол как устойчивая, тотальная совокупность укоренившихся в нас превратностей и деструктивных воззрений на мир, которая наглядно олицетворяет собой душевную боль, злобу, экзистенциальную суету и ложь.
Крайне редко человек совершает осознанный, рациональный выбор, в какую именно из этих метафизических моделей Дьявола ему верить и стоит ли вообще связывать себя подобной верой. В большинстве случаев бурный, хаотичный поток обыденной жизни сам слепо бросает нас в то или иное ментальное русло, а мы впоследствии лишь механически ставим на этот результат штамп: «Мой сознательный выбор».
Как известно, выдающийся русский философ А. Ф. Лосев детально разработал глубокое неклассическое представление о природе символа как о сакральной точке встречи означающего и означаемого. Тем самым он ввел фундаментальный момент их сущностного тождества в качестве главного значения символа. Подобный методологический подход позволяет трактовать значение символа как его динамическую, неравновесную самотождественность, результатом которой становится непрерывное конструирование новых смысловых пластов.
Благодаря этому полностью снимается упрощенный вопрос о зеркальной тождественности символа и обозначаемой им объективной действительности; вместо него на передний план выдвигается вопрос о самих людях, которые посредством этого символа специфически воспринимают, переживают и выражают окружающую реальность.