Ашимов И.А. – Архитектоника и механика создания мифа и неомифа (Курс проблемных семинаров) (страница 7)
Итак, концепт отличается от идеи тем, что он, с одной стороны, имеет более широкое социальное и культурное основание, с другой – содержит в себе не только рациональный, но и более глубокие психологические уровни [Рассел Б., 2008]. По автору, традиция концепта имеет следующие характеристики: сохраняет верность образу, то есть представления о Дьяволе всегда соответствует исходному восприятию зла как индивидуального страдания; развивается во времени, то есть становится все более сложной; расширяет свои границы, а затем ее границы сжимаются, в них начинает выделяться некий центр [Рассел Б., 2007].
В настоящее время постановка такого вопроса, как существует или не существует Дьявол, на первых парах кажется чисто риторическим, – считают многие исследователи этой проблемы, частности В.Н.Топоров (1995), Г.Н.Шаповал (2002) и др. Некоторые авторы, в числе которых В.А.Суровцев (1998), Роулендс М. (2005) и др., полагают, что надо исходить из того, что ничто не может быть познано «абсолютно», «само по себе». Непосредственно и, бесспорно, мы знаем только одно, а именно: «нечто мыслит». Все остальное, включая и наше собственное существование как личности, постижимо только в акте мышления, подчеркивает Реймерс Н.Ф. (1992).
Фреге Г. (2000) подчеркивает, что у нас не может быть уверенности, что наше представление полностью соответствует реальности мира. Автор считает, что можно лишь предполагать, что существует определенная степень соответствия. Так или иначе, очевидно то, что реальность мира настолько сложна и многоаспектна, что наше представление о нем может в лучшем случае охватывать только малую часть свойств реального мира.
Рассел Б. (2008) рассуждает в следующем ключе: «разумеется, мы живем и действуем в мире так, как если бы наше представление о нем соответствовало действительности. Это разумно – ведь человечество просто не смогло бы ни выжить, ни эволюционировать, если бы соответствие между реальностью и нашими о ней представлениями полностью отсутствовало. А из разных представлений одно может быть более верным, чем другое, релятивизм здесь не срабатывает.
С автором выражает свою солидарность А.С.Майданов (2009), который подчеркивает, что истина не принадлежит монопольно какой-то единственной системе взглядов – она скорее есть предел, к которому сходятся различные системы, и мы можем лишь приблизиться к ней в динамическом процессе поиска, в неустанной и интенсивной умственной работе. Таким образом, невозможно однозначно ответить на вопрос – существует ли Дьявол, – считают не только Рассел Б. и А.С.Майданов, но и другие ученые. «Тот факт, что большинство людей в наше время отрицает эту мысль как устаревшую и даже опровергнутую» – есть результат незаконного смешения понятии, когда науку призывают вынести суждение о предметах, которые к ней не относятся», – пишет Рассел Б. (2008).
С.М.Телегин (1994), В.Е.Хализев (1999), С.В.Роганов (2005) и др. подчеркивали, что вопрос о существовании Дьявола невозможно осмысленно рассматривать с естественно-научной точки зрения, потому что наука по своему назначению ограничивается исследованием физических явлений и не может ничего сказать о явлениях духовного порядка.
Одним из аргументов является то, что Дьявол – это символика зла, а проблема зла относится к области моральных ценностей, изучение которых в компетенцию естественных наук не входит. Наконец, нравственное зло, а это то же самое, что и Дьявол, есть скорее результат свободного выбора, нежели проявление причинно-следственной связи, проявления свободной воли по определению не имеют причин – и, значит, наука ничего не может о них сказать, считает Рассел Б. (2001).
В целом, многие ученые, среди которых С.М.Телегин (1994), В.Е.Хализев (1999), С.В.Роганов (2005) Д.П.Козолупенко (2009) и др., вероятно, считают, что вопрос, не подлежащий научному исследованию, невозможно исследовать вообще Уверенные в том, что единственная реальность есть реальность материальная и, что нет ничего реального, чего не могла бы исследовать наука, они отвергают идею существования Дьявола как бессмысленную.
Бесспорно, Дьявол не существует в естественно-научном смысле, но он может существовать, как утверждает А.Ю.Нестеров (2002), в смысле теологическом, психологическом, историческом. В этом аспекте, можно лишь приблизиться к истине, изучая эти «смыслы». Тем не менее, изучение истории часто знакомит нас с иным, непривычным ходом мысли, иными мыслительными моделями, овладеть которыми гораздо поучительнее, нежели выискивать в прошлом только то, что согласуется с нашими умственными привычками.
Из монографии Рассела Б. «Дьявол» (2001) известно, что исторически Дьявол существует – как чрезвычайно живучая и мощ¬ная идея, помогающая постичь природу зла. Е.М.Мелитинский (1988), С.М.Телегин (1994), В.Е.Хализев (1999), С.В.Роганов (2005) и др., рассуждая о Дьяволе, начинает с того, что, во-первых, для науки Дьявол не существует, а, во-вторых, бессмысленно изучать ее как таковую. Но возможно, считает автор, что исследовать ее стоит лишь для того, чтобы понять «состояние умов», ее породившее, – состояние, обусловленное материальными, социальными условиями, которые историк-материалист признает единственной реальностью.
История сознает, что идеологическое мировоззрение и взгляды современников обоснованы не больше, чем взгляды, господствовавшие в прошлом, и потому находят нужным изучать воззрения других культур. Е.М.Мелетинский (1998) полагает, что идеи важны сами по себе, что идеи не только определяются материальными условиями, но и сами их определяют и потому имеют собственную жизнь и самостоятельное значение. По Расселу Б. (2001), идея Дьявола – важное понятие, способствующее пониманию зла, и, следовательно, ведет к истине. Стремясь к истине, мы обретаем знание – не вещей в себе, но феноменов, вещей в челове¬ческом восприятии. Феномены столько же коллективные, сколько индивидуальные, а потому они постижимы, поддаются описанию и имеют практическую ценность, – писал автор.
В книге «Философия: Энциклопедический словарь» (2004) приводятся четыре в корне различных понятия Дьявола: самостоятельная, независимая от Бога сущность; один из аспектов Бога; сотворенное Богом существо, падший ангел; символ человеческого зла. А.Чернышов (1992) подчеркивает, что сколь ни различны эти представления, все они участвовали в создании традиционного образа Зла, который в течение тысячелетий трансформировался, утра¬чивая одни черты и сохраняя другие.
По мнению Рассела Б. (2001), Зло в образе Дьявола насчитывает более пятнадцати веков развития, и его содержание при всей своей противоречивости в целом было достаточно глубоким. Это представление продолжало развиваться, оставаясь в целом единым для католиков и протестантов, мусульман и буддизма, иудаизма и индуизма. Между тем, в настоящее время, по мнению Реймерс Н.Ф. (1992), Фреге Г. (2000) и др., появились значительные расхождения в связи с возникновением новых идей и ценностей.
Как утверждает Ю.А.Шабанова (2009), при изучении феномена Дьявола возвращение к индивидуальному необходимо по следующей причине: никто из людей не может в своей жизни избежать причиняемого ему зла, точно так же никто из них не спосо¬бен воздержаться от совершения зла. Одна из величайших опасностей для человечества в том, что наше собственное зло мы склонны проецировать на других, так, что линия, разделяю¬щая добро и зло, пересекает каждого человека.
В романе «Тегерек» приведен такой сюжет. Широз-бахшы, прослышав о том, что у потомка Ак-киши-олуя – Саттар-молдо есть старинная книга, мечтает ее выкрасть. Ему это удается, однако, как-только он взял книгу в руки, листы начали рассыпаться в труху. В этом Широз-бахшы увидел горькое предзнаменование о том, что книга является заговоренной, а потому не найдет понимания у человека с темными мыслями. Значит тайна Тегерек ему не раскроется, и он простоит тысячи лет? – страшился Широз.
Вывод: Символизация в мифе и неомифе позволяет современному человеку осознать ответственность за свой этический выбор (между «Верхним» и «Нижним» миром), используя образы-амулеты и сакральную географию как ориентиры в духовном пространстве. Для носителя мифологического сознания миф – это не вымысел, а «абсолютно реальное знание» и модель для подражания. В современной культуре неомиф служит способом ресемантизации древних символов для решения актуальных духовных задач
Проблемный семинар №4.
Центральный дискурс: Генезис неомифа: Ресемантизация древних истин в современной литературе
Задачи: Исследовать механизмы и причины символизации зла в мифологических системах и их интерпретацию в современном неомифе. Проанализировать современные научные подходы к происхождению зла (генетический и социальный аспекты). Показать архетипический образ «ажыдара» (дракона/змея) как олицетворения природной агрессии и хаоса. Рассмотреть символику горы-саркофага как рукотворного объекта, предназначенного для изоляции зла. Раскрыть функции пространственной оппозиции «Верх – Низ» (вершина горы vs внутренность/подножие) в контексте пребывания добрых и злых сил
Контексты: В чем причина зла? По мнению С.М.Телегина (1994), Г.Н.Шаповала (2002) и др. одним из популярных сегодня ответов: причина зла заключается в том, что зло имеет генетические корни, что человеческая жестокость возникает из нашей животной природы. Эта бессознательная, «генотипическая» агрессивность уни¬версальна и достаточно могущественна, чтобы в сочетании со стремительным технологическим развитием уничтожить нас полностью.