Ашимов И.А. – Архитектоника и механика создания мифа и неомифа (Курс проблемных семинаров) (страница 1)

Ашимов И.А.

Архитектоника и механика создания мифа и неомифа (Курс проблемных семинаров)

Введение.

Добро пожаловать на цикл онлайн-семинаров, реализуемых в рамках научно-образовательной практики Виртуального Института Человека. Наш формат предполагает глубокое погружение в узкие и актуальные междисциплинарные проблемы на стыке семиотики, философии и литературоведения.

Особенностью данного курса является использование авторского нарративного материала. Мы не ограничиваемся теоретическими выкладками, а обращаемся к живому тексту романа-предостережения «Тегерек». Это позволяет нам наглядно проследить, как архаичные символы – горы, пещеры, узоры – оживают в пространстве современной культуры.

В условиях цифровой реальности и дефицита смыслов наши семинары становятся площадкой для поиска «нового миропонимания», где мифологический опыт прошлого служит алгоритмом для созидания будущего.

Проблемный семинар №1.

Центральный дискурс: Семиотика связи: Символ как мост между архаикой и современностью.

Задачи: Раскрыть механизмы символизации как способа рационализации мифа в современной культуре. Определить специфику неомифа как ресемантизации архаических символов. Изложить теоретические подходы к понятию «символ» в философии, семиотике и культурологии. Проанализировать на примере авторского романа «Тегерек», как художественные образы (горы, пещеры, узоры ковров) трансформируются в многозначные символы борьбы Добра и Зла. Показать роль сакральных пространств в формировании ценностного отношения человека к Земле и своей истории.

Контексты: Исследователи подчеркивают, что неомиф направлен на установление коммуникации с архаическим мифом, но взятом, как некоторый феномен, как мифологически прочитываемые ситуации, как ресемантизация тех или иных символов [В.А.Суровцев, 1998]. В этом смысле, неотъемлемой частью содержания неомифа являются аналогия, метафоризация, символизация и пр. Например, пещера в обычном понимании представляет собой пустоту, которую следует понимать, как проницаемое воздушное пространство, отграничивающее друг от друга не только материально конкретные предметы, но и разрывающие духовные связи с внесением в личности душевного хаоса, непонимания, разочарования.

Между тем, в эзотерика-философском романе-аллегории «Тегерек» (Ашимов И.А.), пустота пещеры выступает как «лазейка» в душах людей для проникновения темных сил. В этом аспекте, устами Суванкул-ава говорится о том, что внутреннее пространство пещеры значительнее, чем горы вокруг и самой скалы, в котором угнездилась эта пещера. В символическом плане, мир гор и пещер вместе выступают как гармонические творения, наделенные своими особыми пространственными характеристиками – трехмерностью, объемностью образов, темной загадочностью. В этом аспекте, каждая пещера имеет свою незримую историю, свою пустоту, как некую прозрачность, а следовательно, как средство перемещения из одной реальности в другую, как открытие «потусторонности».

Само по себе пустота пещер, как темнота и неизвестность в какой-то мере символизирует обиталищем темного, злого. В романе «Тегерек», легенды, связанные с пещерами Кара-камар, Астын-устун, а также новая интерпретация старого предания о трагической погибели невесты в пещере Келин-басты, по сути, являются также авторскими вымыслами. Нет каких-либо сведений о таких легендах и преданиях. Между тем, всех их объединяет именно феномен Зла.

О символах и проблемах символизации зла нужно отметить следующее. В книге «Символ в системе культуры» (1987), символ (греч. … – знак, сигнал, признак примета, залог, пароль, эмблема) понимается в трех смыслах: во-первых, как синоним понятия «знак»; во-вторых, как аллегорический знак; в-третьих, как знак, предметное значение которого обнаруживается только посредством интерпретации самого знака, то есть как знак, который связан с обозначаемой им предметностью так, что смысл знака и его предмет представлены только самим знаком и раскрываются лишь через его интерпретацию.

Нужно отметить, что правила интерпретации, как подчеркивает А.Ю.Нестеров (2002), исключают как однозначную «расшифровку» знака, так и произвольное толкование. В романе «Тегерек» говорится о том, что в любом случае Тегерек, как символ и как аналогия Великой Горы Сумеру, являющаяся Духовной Мандолой мира, повторяющего собой форму Великого Колеса Калачакры, может символизировать некую точку добра и зла, света и тьмы, рождения и смерти и в таком качестве может олицетворять зенит борьбы Добра и Зла. В этом отношении Тегерек является, по сути, физическим двойником горы Кайлас, что в Тибете. А почему бы нет? Никто не утверждает, что эти горы-двойники связаны между собой. Но они каждый в отдельности могут выступать пристанищем Добра и Зла.

В книге «Символы в культуре» (1992) говорится о том, что в отличие от образа символ не самодостаточен и относится к своему денотату (предмету), требуя не только переживания, но и толкования. Так или иначе в искусстве грань между образом и символом трудно определима, если не учитывать, что художественный образ приобретает символическое звучание, тогда как символ изначально связан со своим предметом. Тегерек напоминает о Зле, зарытом в глубине земли. Божественная роль горы, каньонов и пещер едина: создавать гармонию из противостояния противоположных сил природы, балансируя между ними. И люди чувствуют их силу и власть над своими судьбами, а потому бояться, остерегаются, проклинают и поклоняются им.

Как отмечает Тэрнер В. (1985), в отличие от понятия, для которого однозначность является необходимым требованием, сила символа заключается в его многозначности и динамике перехода от смысла к смыслу. Можно сказать, что, находясь между понятием и образом, символ, как подчеркивает С.С.Аверинцев (1971), одновременно передает многозначность денотата, используя образные средства, и передает однозначность образа, используя понятийные средства. Автор, ссылаясь на Голана А.В. (1993), утверждает, что отличие от аллегории и эмблемы символ не является иносказанием, которое снимается подстановкой вместо него прямого смысла.

В романе «Тегерек» есть такой эпизод, когда Ашим-бава говорит своим сыновьям о том, что на их род наложено проклятье зла. – «Не знаю, возможно, это случилось давно, когда наши предки попытались прикончить ажыдара. Возможно, случилось это тогда, когда я из любопытства вошел в нижний уровень той самой двухуровневой пещеры, в котором оказывается обитал ажыдар и всякая нечисть. Эту пещеру нужно назвать Астын-Устун, то есть Верх-Вниз, ибо, они и есть пристанище, соответственно, Добра и Зла. Пусть люди знают это гибельное место», – сказал он. В этом аспекте, пещера Астын-устун символизирует о том, что у людей всегда есть выбор между Добром, который якобы обитает в верхнем этаже пещеры и Злом, обитающим якобы в ее нижнем этаже. Неправильный выбор действительно может перевернуть судьбу человека вверх-тормашками.

Вместе с тем, по мнению В.Н.Топорова (1995), в отличие от притчи и мифа, символ не предполагает развернутого повествования, а в отличие от метафоры символ может переносить свойства с одного предмет на другой и устанавливать те или иные их соответствия не для взаимоописания этих предметов, а для отсылки к «неописуемому». Специфическими отличиями символа от всех упомянутых косвенных способов выражения смысла, как считает К.А.Свасьян (1980), являются следующие: во-первых, способность символа к раскрытию многообразия своего содержания в процессе соотнесения со своей предметностью при сохранении данной символической формы. Поэтому данный процесс, как подчеркивает автор, может пониматься не только как интерпретация заданного смысла, но и как одновременное порождение этого смысла; во-вторых, природа символов с необходимостью требует толкования и коммуникации. Причем, последняя, в свою очередь, создает предпосылки для организации сообществ «посвященных», то есть объединений субъектов, находящихся примерно в одном понятийном поле символа.

В этом аспекте, Тегерек, возможно, следует воспринимать как сакральную природно-энергетическую зону и в этом качестве, вероятно, он останется одним из уникальных инструментов «очищения» этого края – края каньонов и пещер. Будем считать, что сама Земля породила такое сакральное место. Безусловно, сюжетной основой является то, чтобы энергетика Тегерек «заработала» надо чаще помнить мифологические и мистические помыслы наших далеких предков, «соорудивших» эту гору-саркофаг, куда был упрятано тело ажыдара, как олицетворение зла. На наш взгляд, важен вывод о том, что в наше время роль святых мест люди пытаются заменить мечетями, но они не заменят святость Земли, ее объектов, отношение к которым всегда было и будет у людей более трепетным и заботливым.

Многие авторы, в том числе С.С.Аверинцев, А.Ф.Лосьев, А.Н.Афанасьев, Кассирер Э., Тэрнер В., Хосперс Дж. и др., высказывают солидарность с Голан А.В. (1993), который считал, что символ – в широком смысле понятие, фиксирующее способность материальных вещей, событий, чувственных образов выражать идеальные содержания, отличные от их непосредственного чувственно-телесного бытия. В отличие от него, А.В.Миронов (2005) считает безусловным то, что символ имеет знаковую природу, и ему присущи все свойства знака. Однако, если сущностью знака признать чистое указание, то сущность символа оказывается большей, чем указание на то, что не есть он сам.