Артём Аэр – Альтер 2. Песочница безумцев (страница 6)
— Чтобы скрываться, — тихо сказал я. — Как мы.
— Или чтобы скрывать что-то, — добавил Сайрус.
Зара задумчиво покрутила радужную прядь волос.
— Туда и правда никто не ходит. Даже Годвин. Говорит, там скучно. А я люблю, где весело, поэтому тоже не ходила.
— Значит, нам нужно провести разведку, — заключил я. — Аккуратно. Без лишнего шума.
— На ковре! — предложил Дедал. — Теперь он может на короткое время включать режим малозаметности. Примерно на десять минут.
— Десять минут туда, десять обратно, и ни минуты на саму разведку, — возразил Сайрус. — Не вариант.
— Тогда пешком, — вздохнул я. — Но с подготовкой.
План родился быстро, как и всё в этом мире, — криво, с багами, но с потенциалом. Завтра утром небольшая группа — я, Сайрус и Зара (потому что без неё мы в этой Песочнице были как без рук) отправятся к Зоне Тишины. Дедал останется караулить базу и дорабатывать ковёр, а Лео... Лео вызвался наладить «дипломатические отношения» с местными NPC, в частности, с тем самым барменом, чтобы выяснить, нельзя ли что-то полезное выменять на «питьевой продукт».
Ночью я не мог уснуть. Не из-за страха, а из-за странного возбуждения. Впервые после смерти и воскрешения у меня появилась не просто цель выжить, а цель... исследовать. Понять. Возможно, даже изменить.
Я вышел наружу. Ночь в Песочнице была не тёмной, а просто... менее детализированной. Звёзды на небе были статичными спрайтами, а луна — просто белым кругом с надписью
Рядом раздался шорох. Я обернулся. Это была Зара. Она сидела на краю колодца (который, по словам Годвина, иногда выдавал вместо воды жидкий шоколад, а иногда — пасту для обоев) и что-то напевала себе под нос.
— Не спится? — спросил я, подходя.
— Ага. Думала, — она откинула голову назад, глядя на статичную луну. — Ты ведь тоже Проснувшийся. Но ты... другой. Ты не просто видишь баги. Ты видишь, как всё должно быть. Правильно?
Я сел рядом.
— Не знаю насчёт «правильно». Но да, я вижу структуру. Каркас. И когда он ломается... это режет глаз.
— А мне нравится, когда ломается, — призналась она. — Это значит, что всё может быть иначе. Что нет одного-единственного «правильного» пути. Что можно взять и... нарисовать свой.
Она повернулась ко мне. В тусклом свете её разноцветные глаза светились, как два заблудившихся в мире светлячка.
— Спасибо, что не испугался меня сегодня, — вдруг сказала она совсем не безумным, а очень даже нормальным голосом.
— Я испугался, — честно признался я. — Просто уже привык, что здесь всё пугает.
Она рассмеялась. Тихим, приятным смехом.
— Тогда, может, завтра вместе испугаемся Зоны Тишины?
— Договорились.
Она неожиданно положила голову мне на плечо. И мы просто сидели так, глядя на ненастоящую луну в ненастоящем небе, в самом сердце огромной, сломанной, но невероятно живой ошибки.
А сзади, из нашего укрытия, донёсся тихий голос ковра-самолёта:
По-моему, это был самый точный прогноз не только погоды, но и всего остального.
Глава 7
— Анджей Сапковский, «Ведьмак»
Утро в Песочнице началось с того, что один из NPC-крестьян, мирно пасший овец-кубов у окраины Оазиса, внезапно заорал: «ВОТ ОНА, МОЯ ПРЕКРАСНАЯ ЛЮБОВЬ!» — и бросился обнимать кактус-бочку. Кактус-бочка, в свою очередь, издал обиженный писк и попытался отползти. Годвин, не долго думая, подошёл и аккуратно, плоской стороной молота, «вырубил» и крестьянина, и кактус. Оба замерли на месте с плавающими над головами значками
— Ранний глюк аффектов, — пояснил он, заметив наш взгляд. — Бывает. Сами разберётесь, когда поживёте.
Мы уже были готовы к вылазке. Сайрус насупился, проверяя свой импровизированный посох — на обычную палку он намотал клубок светящихся проводов, содранных с какого-то разобранного устройства. «Для фокусировки», — сказал он. Зара прыгала на месте от нетерпения, её радужные волосы сегодня были заплетены в безумные косы, в которые были вплетены болтики и светодиоды.
— Всё готово? — спросил я, проверяя, на месте ли нож (выкованный Дедалом из обломков интерфейса и потому умевший резать не только плоть, но и строки кода при особом усилии).
— Как никогда, — буркнул Сайрус. — Только меня смущает наш гид. — Он кивнул на Зару, которая сейчас пыталась поймать проплывающую мимо текстуру бабочки.
— Она знает местность, — напомнил я, хотя сам сомневался в адекватности нашего проводника. — И, кажется, её не трогают местные... опасности.
— Потому что она сама главная опасность, — пробормотал Сайрус, но пошёл за нами.
Дорога к Зоне Тишины вела через то, что Зара называла «Луг Случайных Ассетов». Это было точное описание: земля здесь была усеяна не травой, а обрывками 3D-моделей, текстурами, валявшимися как ковры, и одинокими анимациями (вот циклически машущая рука, вот вечно прыгающий заяц, привязанный к одному месту). Воздух звенел тихим гудением незавершённых процессов.
— Красиво, правда? — прошептала Зара, и в её шёпоте слышалось благоговение. — Это как мастерская богов. Только боги были в отпуске, а уборщики так и не пришли.
Мы шли осторожно, стараясь не наступать ни на что важное. Сайрус то и дело морщился, прикрывая уши.
— Здесь... гул другой, — сказал он. — Не системный. Как будто что-то фоновое работает. Очень старое.
Чем дальше, тем страннее становилась реальность. Цвета тускнели, звуки приглушались. Вскоре мы вышли к тому, что с полным правом можно было назвать границей.
Перед нами было Озеро Зеркальных Ошибок, как назвала его Зара. Вода в нём была идеально чёрной и неподвижной, но это была не тишина — это был вакуум. Ни ряби, ни отражений. А над ним нависала та самая Зона Тишины. Это было не место, а скорее... дыра в реальности. Пространство, где не было ни деталей, ни текстур, ни звуков. Просто серое, безликое ничто, всасывающее в себя всё, включая свет и, кажется, сам смысл.
— Вот, — сказала Зара, и в её голосе впервые не было веселья. — Сюда я не хожу. Здесь... пусто. Настоящая пустота. Не та, которую можно починить или развеселить.
— Как мы переберемся? — Сайрус указал на чёрное озеро. Лодок не было видно.
— А мы и не будем, — Зара улыбнулась, но на этот раз её улыбка была какой-то хитрой. — Мы пойдём под ним.
Она подошла к самой кромке «воды», нашла камень и бросила его. Камень не упал, а будто растворился, не издав ни звука, не оставив кругов.
— Озеро — не вода. Это... интерфейс. Занавес. А под ним... смотри.
Она присела и провела рукой по чёрной поверхности. Там, где прошли её пальцы, появилось окно, как в компьютере, показывающее то, что было под «озером». Туннель. Искусственный, ровный, освещённый холодным синим светом.
— Секретный проход! — объявила она. — Нашла его, когда убегала от стаи глючных голубей. Они хотели заклевать меня до смерти пикселями.
— И как мы туда попадём? — спросил я.
— Очень просто! — Зара разбежалась и прыгнула в чёрное озеро. Но вместо того чтобы утонуть, она провалилась сквозь него, как сквозь плёнку, и исчезла.
Сайрус и я переглянулись.
— Я определённо предпочёл бы смерть от младенца-антивируса, — вздохнул Сайрус.
— Поздно, — сказал я и шагнул вперёд.
Ощущение было странным — не падение, а скорее прохождение сквозь густой, холодный гель. На секунду всё вокруг почернело, а потом я мягко приземлился на металлический пол туннеля. Рядом уже стояла Зара, отряхиваясь.
— Видишь? Весело!
Через мгновение рядом появился Сайрус, выглядящий так, будто его только что вынули из стиральной машины, полной чёрных чернил.
Туннель был абсолютно стерильным. Ни пыли, ни следов. Стены, пол и потолок были сделаны из одного и того же блестящего металла, испещрённого едва заметными линиями — словно схемой или проводниками. Где-то вдалеке мерцал тот самый синий свет.